Чтение онлайн

– Что за ерунда? – озвучивая вопрос, Алекс посмотрел под ноги, наблюдая, как сотрясается пол.

– Не знаю! Такого не случалось раньше! Вернемся и взглянем? – Макс, не дожидаясь ответа, резко развернулся и быстрым шагом двинулся в обратном направлении.

Но в это же мгновение новая резкая волна, сотрясающая пол, свалила его с ног и он, рухнув на бетон, выронил дозиметр, пластиковый корпус которого тут же покрылся паутинкой трещин.

– Уходим отсюда! Давай под арку! Сейчас эта конструкция начнет рушиться, – Алекс протянул руку Максу и одним рывком поднял его с пола.

– Куда идти? – услышав эту фразу от Макса, Алекс впервые увидел, как человек, уверенный в каждом шаге, сделанном в саркофаге, вдруг растерялся.

– Уходим из саркофага! Он же сейчас рухнет и завалит нас. Мы отсюда не выйдем! – прокричал Алекс. – Как быстрее попасть в арку?

Гул продолжал нарастать, не давая уже расслышать собственных слов. Алекс увидел, как вдруг глаза Макса закатились, и он, потеряв сознание, стал падать вдруг ослабевшим телом. От вибрации воздух стал наполняться подрагивающей пылевой взвесью… или так только казалось. Выбиваясь из сил, Алекс тащил, взвалив на себя, неподвижное тело своего спутника. После очередной мощнейшей волны вибраций он, не устояв на ногах, тоже оказался на бетоне. Сверху, мешая встать, на него навалилось тело Макса, которое, несмотря на худобу, казалось теперь просто неподъемным. Распластавшись по бетону, Алекс ощущал, как под ним оживает серая масса саркофага. К окутывающему его страху примешивалось отвратительное ощущение собственной беззащитности перед лицом стихии, которая привела в движение конструкцию весом в сотни тысяч тонн.

Приподняв очки и немного оттянув маску респиратора, Алекс нанес Максу несколько ощутимых ударов по лицу, отчего тот резко открыл глаза и, осмотревшись, попытался встать.

Бегство из саркофага напоминало спасение с тонущего корабля, который вот-вот окажется под слоем воды. Путая коридоры и проходы, Алекс почти тащил за собой по этому лабиринту приходящего в себя Макса, который пытался указать кратчайший путь. Дыхания, ограниченного пыльным респиратором, не хватало, но снимать его он не решался. Позади слышалось, как где-то внутри рушатся перекрытия. Этот грохот перебивал даже всезаглушающий гул.

Только оказавшись снаружи саркофага, удалось немного перевести дух. Находясь здесь, становилось понятно, что источник пугающего гула находится не в останках энергоблока, а где-то под землей. Земля под ногами продолжала дрожать. Купол арки раскачивался из стороны в сторону. Она походила на желейную массу, в которую ткнули пальцем… «Только бы выдержали антирезонаторы», – в его голове тут же промелькнула профессиональная мысль. Хоть конструкция и была рассчитана на самое мощное из возможных землетрясений, но кто знает, что именно происходило в этот момент. Но, возможно, сейчас его сила, порожденная мощнейшими тектоническими процессами, вызванными массовыми ядерными ударами, превысила предельные расчетные значения, и через некоторые мгновения этот гигантский маятник, вознесшийся над землей, обрушится вниз на обезумевших от страха людей и станет циклопическим надгробием для жалких остатков цивилизации.

Из ходившего ходуном и скрипящего металлическими ребрами саркофага вырывались клубы пыли, которые придавали воздуху в арке сероватый оттенок. Арка тоже вибрировала и колыхалась. Алекс вел Макса в свое укрытие. Когда дверь открылась, даже сквозь респиратор они ощутили неприятный запах, идущий из помещения. Но сейчас было не до этих мелочей. Сбросив пластикатовые костюмы перед дверью и плотно закрыв ее изнутри, проклеив зазоры оказавшейся под рукой липкой лентой, они смогли немного осознать происходящее.

– Нужно включить пылеподавление, иначе нам конец, – хрипя проговорил Алекс.

– Включай! Задохнемся же в этой пыли! И вытяжную вентиляцию не забудь!

Алекс приподнял защитный колпачок установленной на операторском столе кнопки и твердой рукой нажал на нее. Через мгновения из множества распылителей, расположенных по периметру под сводами арки, вниз полетели капли воды, смешанные с растворяющимися кристаллами борной кислоты. Казалось, что эта влага усмиряла и землетрясение, которое теперь постепенно затихало. После непродолжительной работы борных распылителей, осадивших радиоактивную пыль, вырывавшуюся из всех отверстий саркофага, дублирующая защитная система принялась изливать вязкую жидкость, которая, опускаясь вниз, превращалась в прозрачное покрывало, похожее на застывающий клей. Вся пыль была погребена под ней.

– Ну, вот и испытали систему пылеподавления, – Алекс нервно вглядывался в экран, пытаясь разобрать, что происходит внутри арки, но камеры оказались залеплены липкой субстанцией. – Теперь эта масса будет несколько часов застывать, а потом ее придется собрать и как-то попытаться утилизировать. Правда, все убрать вряд ли выйдет, но хотя бы дезактивировать основные маршруты движения и некоторое оборудование нам придется. Работы много, но пока можем немного передохнуть, спешить некуда.

Макс грязной рукой вытер со лба пот, намочив из бутылки с водой какую-то тряпку. Безумными глазами он молча стал осматриваться. Потом, хрипя, произнес:

– В саркофаге такая же система была, но она не использовалась и уже не заработает, наверное, никогда. Можем забрать имеющиеся там запасы борной кислоты, чтобы заново загрузить хранилище арки, – он помолчал. – Похоже, плиты пришли в движение.

– Какие плиты? – удивился Алекс.

– Тектонические, ты же мне сам недавно говорил о том, что станция была расположена на разломе земной коры…

– На разломе, – кивнул Алекс. – Значит, думаешь, все не закончилось первичными подвижками земной коры.

– Какие подвижки?

Алекс жестом пригласил Макса к монитору и запустил видеозапись ракетных ударов, присланную космонавтами. Оба замерли. Даже вновь пересматривая эти кадры, Алекс испытывал те же разрывающие его душу чувства. Вновь накатила волна воспоминаний о семье, и также снова хотелось кричать, но он старался не подавать виду. Он задавал себе только один вопрос: «Почему?». Почему он не умер вместе со всеми в первые минуты, почему смерть не настигла его в первые дни, а до сих пор он жив и вынужден, подобно живому мертвецу, скрываться в гигантском саркофаге?

Макс, на удивление Алекса, наблюдал за происходящим без каких-либо явных эмоций на лице, но что происходило в его душе, едва ли можно было представить. Только когда экран погас, он перевел взгляд на Алекса и, тяжело вздохнув, проговорил:

– Смерть наелась с лихвой. Никакой фантазии не хватит, чтобы такое придумать. Значит, часть материков ушла под воду в первые же минуты. То есть, добрая треть населения даже не ощутила на себе самого ядерного поражения, а только цунами и наводнения.

– Счастливые, – усмехнулся Алекс.

– Вполне, – протянул Макс. – Я думаю, многие вообще даже не узнали, что произошло на планете. Для них все кончилось в одно мгновение. Что же люди натворили…

– Если такие сейсмические удары будут продолжаться и нарастать, то нам придется искать другое убежище, – проговорил Алекс, утвердительно кивнув в ответ на слова собеседника.

– Ядерное оружие оказалось способно изменить не только политическую карту мира, но и физическую. Иначе и не скажешь. Другого убежища мы не найдем. Это уникальное в своем роде место, и ничего подобного в мире больше нет. Ты же понимаешь, что мы здесь оказались практически в тепличных условиях с готовыми противорадиационными укрытиями, фильтрационной системой вентиляции, готовой инфраструктурой, запасами продуктов и всем прочим, наши блага в этом мире можно перечислять бесконечно и нас напрямую не касается весь происходящий снаружи кошмар. Такого нет больше нигде, это самое современное противорадиационное укрытие. И если бы не было арки, саркофаг оказался бы не способен защитить от всех негативных воздействий, а арка без саркофага никогда в истории бы не появилась на свет. Так что выходит, что лучше быть ничего не может. Поэтому выброси все мысли о возможности переселения в другой объект. Будем держаться за это место до конца, – кулак Макса тяжело опустился на стол, как бы ставя точку во всех подобных рассуждениях, и не согласиться с этим Алекс не мог лишь по одной причине – он был абсолютно прав.