Чтение онлайн

Ребёнком. Неполных семнадцать. Характер сложный. Поведение конфликтное. Склонность к побегам и воровству. Тлетворное влияние на других воспитанников. Вот таким ребёнком она была. Не повезло с ней Доротее Аркадьевне. Никому не повезло.

– А сейчас что? – Голос Доры сделался требовательным. – Во что ты снова вляпалась, Юлия?

Ю усмехнулась. Семь лет прошло, а вопросы всё те же. Во что ты снова вляпалась?..

– В жизнь. Я вляпалась в жизнь, Доротея Аркадьевна!

Хотелось сказать спокойно, по-взрослому, а получилось по-детски зло.

– Бывает. – Её ответ не удивил. Ничего другого от неё, похоже, не ждали. – Все мы время от времени… вляпываемся.

Дора сделала глубокую затяжку и закашлялась, а потом спросила:

– Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Ответить Ю не успела, не придумала, что ответить, а Дора продолжила:

– Тогда не помогла, так хоть сейчас.

Ю хотела сказать, что не нужна ей никакая помощь. Простили, и на том спасибо! Но было во взгляде Доры что-то такое… выжидающе-требовательное.

– Можете, – сказала Ю решительно.

– Слушаю тебя.

– У меня есть деньги. – Слова давались тяжело, но все же не так тяжело, как раньше. – Есть прямо сейчас, а будет ещё больше.

Дора молчала, смотрела пристально. Это она умела, а Ю это ненавидела. Ещё с детства.

– И я хотела бы по… поучаствовать в вашем проекте. Финансово. Как-то же, наверное, это можно оформить юридически. Спонсорская помощь… Благотворительность… Как-нибудь, главное, чтобы моё имя нигде не всплывало.

– Сколько? – спросила Дора, задумчиво барабаня пальцами по столешнице.

– Сто тысяч… Долларов.

Вот она и нашла применение деньгам старика Славинского. Ей они точно счастья не принесут. Зато могут послужить прекрасной расплатой за то давнее преступление.

Дора вскинула бровь, во взгляде её появилась холодная настороженность, как когда-то давным-давно, когда она вызывала Ю на ковер за очередную её провинность. Сейчас не было провинности, но и доверия не было.

– Это чистые деньги. Совершенно законные. – Ю вдруг пожалела, что не курит. Не нравилось ей это дело, с той самой первой пачки «вишневых» сигарет не нравилось. Но говорят, успокаивает. Ей бы спокойствие не помешало.

– Откуда, позволь спросить?

Их беседа все больше походила на допрос. Пока ещё без пристрастия, но с Дорой ничего нельзя знать наверняка. Она никогда не применяла в доме физических наказаний, но вот этот полный сомнения взгляд был куда страшнее самого тяжёлого наказания.

– Наследство. – Врать Доре нельзя. Вранье она чует за версту. Раньше точно чуяла.

– Наследство? – А вот сейчас во взгляде Доры появилось не удивление даже, а изумление.

Да и то верно, откуда у Ю наследство? Нет, от деда когда-нибудь что-то да перепадет. Домик в лесу, звериные шкуры, возможно, золотишко. Ещё безымянные псы, если им доведется вдруг пережить своего хозяина. Но не кэш! Дед до сих пор жил натуральным хозяйством и в товарно-денежные отношения не вовлекался. Как-то обходился.

– Может, и не совсем наследство, но плата. – Ю замолчала, подбирая правильные слова.

– За что плата? – Хватка у Доры была как у бультерьера. Если вцепится, то челюсти уже не разожмёт.

– За анализы. – Ю хихикнула. Смешок получился истеричный. – В смысле, не за анализы, а за экспертизу, доказательство родства.

– Какого родства, Юлия?

Вот словно бы и не было этих семи лет самостоятельной взрослой жизни. Все расскажи, обо всем отчитайся. Забыла Доротея Аркадьевна, что Ю уже не прежняя маленькая девочка, а вполне себе взрослая девица, не обязанная ни перед кем отчитываться. Взрослая и при бабках.

– Никакого, Доротея Аркадьевна! Вы же знаете, что у меня нет никого кроме деда. Но тому… человеку почему-то померещилось, что я могла бы быть…

Она не договорила, потому что сама не до конца понимала, что могло померещиться старику Славинскому, который, если судить по фото, был едва ли не старше её деда.

– И как зовут этого человека, которому померещилось? – спросила Дора. Голос её стал низким и сиплым, почти мужским.

– Не могу сказать, – соврала Ю. – Связана обязательствами и пунктом о неразглашении.

Ничем она не была связана. Она вообще в глаза не видела ни завещания, ни договора, который ей ещё только предстояло подписать.

– Но деньги тебе уже пообещали?

– Деньги пообещали.

– Сто тысяч долларов?

– На первых порах.

– А потом?

– А потом как карта ляжет.

Дора встала из-за стола, ушла на кухню. Вернулась она спустя несколько минут со свежесваренным кофе. Одну чашку придвинула к Ю. Вторую взяла себе. Кофе у Доры был хороший, ничем не хуже, чем у Алекса.

– Ты в беде, Юлия, – сказала она, делая маленький глоток.

– Я не в беде, Доротея Аркадьевна. – Ю тоже сделала глоток.

– Это не вопрос. Это констатация факта.

Рассказать ей про Графа? А зачем? Граф человек опасный, незачем впутывать ещё и Дору в их и без того сложные отношения.

– Я собираюсь уехать, – сказала Ю, хорошенько взвесив все «за» и «против». – Далеко. Пока не знаю, куда.

– В таком случае, тебе самой понадобятся деньги.

– У меня есть.

С собой она заберет «грязные» деньги. Нет, не грязные, а, скажем так, добытые не совсем честным путем. Но она никого не обокрала, никого не убила на пути к этим деньгам. Можно сказать, она взяла своё. То, что плохо лежало. Прямо у неё под ногами лежало. А Доре она предлагает совсем другие деньги. За ними никто не придет в полночь с обрезом наперевес, о них никто не знает, кроме Ю и Алекса.

– У меня есть, – повторила Ю уже увереннее, – а вам пригодится. Если всё восстанавливать, если нанимать людей… Пригодится.

– Пригодится. – Дора задумчиво кивнула, сделала ещё один глоток. – Вот и думай, это согласие или что?

– Только у меня их пока нет, – продолжила Ю и тут же почувствовала себя идиоткой, которая делит шкуру неубитого медведя. – Пока нет, но скоро будут. И как только они появятся, я сразу же проконсультируюсь с юристами, чтобы сделать все по закону. Чтобы у вас не было с ними проблем. Хорошо?

Прежде чем ответить, Дора долго молчала, а когда заговорила, голос её звучал как раньше. Не было в нём ни сомнений, ни волнений.

– Хорошо.

Ю кивнула, за кивком этим пряча вздох облегчения.

– Оставь мне номер своего телефона, – велела Дора. Выходит, рано расслабилась.

– У меня его нет. – И вот это совсем уж подозрительно. В наше время мобильника нет только у отшельников, как её дед, и у тех, кто в бегах. Собственно, как она сама. – Потеряла!

Вряд ли такое пояснение успокоит Дору. Видно же, что всё шито белыми нитками, но, в конце концов, Ю давно взрослая. Не нужно за неё волноваться.