Чтение онлайн

– Ты сказала хамство и брань?

– Да, Деметрио, я выразилась грубо, но, к несчастью, ты ведешь себя именно так. Может, скажешь мне, что с тобой? – Вероника выжидательно посмотрела на мужа.

– Мне нечего сказать, – Сан Тельмо отвел глаза.

– Деметрио!

– Что еще?

– Скажи, что я тебе сделала?

– Мне? Абсолютно ничего, любимая.

– Деметрио, милый.

– Ради Бога, Вероника, прошу тебя, я предпочитаю прежний тон. Возражай, спорь, упрекай меня в грубости.

– Ты предпочитаешь грубость моей нежности, моей любви, моему горячему желанию сделать тебя счастливым даже ценой собственного счастья?

– Никогда не видел ничего глупее и нелепее, чем стремление осчастливить другого.

– Деметрио!

– В этом мире все несчастны, – оборвал жену Деметрио. – Что ты ответишь человеку, который пожертвовал самыми лучшими, самыми светлыми годами своего отрочества и юности, чтобы проложить младшему брату дорогу к счастливой жизни? И вот после стольких хлопот, когда дело сделано, брата подтолкнули к самому беспросветному отчаянию, к самым отвратительным порокам, а возможно, и к самоубийству. Ну, что ты скажешь на это?

– Это ужасно и очень прискорбно, но я не понимаю, причем тут мы.

– Не понимаешь? Когда ты перестанешь лицемерить?

– Деметрио, о чем ты?

– Ты прекрасно притворяешься наивной и безгрешной. А какое изумление написано на твоем лице!

– Ты сошел с ума?

– К несчастью, нет. Говорят, что сумасшедшие скрывают свои мысли, уходя от слишком горькой действительности. Я не смог разбить эти оковы. Моя действительность тут, вот она.

– Ради Бога, Деметрио, если ты не сошел с ума, то пожалей меня, иначе ты сведешь меня с ума!

– Пожалеть тебя! Ну нет, милая, жалость не входит в мои планы. А теперь отстань от меня. Я должен посмотреть, не прибыл ли индеец.

– Деметрио! – Вероника попыталась остановить мужа, но он, не обернувшись, торопливо пошел по широкой галерее, вдоль которой росли папоротник и маланга. Вероника смотрела ему вслед, сдерживая желание побежать за ним и поговорить. Она хотела узнать ключ к тайне, которая с каждой секундой все больше опутывала ее и страшила.

***

Деметрио обыскал все причалы и нижние, и верхние, но все напрасно. Кругом – каноэ, шлюпки, плоты, дюжины маленьких, утлых лодчонок привязаных к столбам, или плавно скользящих по тихим водам реки; покинутое экипажем старое суденышко, на котором они приплыли сюда, безмятежно покачивающееся у причала; желтый песчаный берег, усеянный соломенными лачугами; прачки у реки – но ничего похожего на длинную пирогу и мускулистую, богатырскую фигуру Игуасу.

– Проклятый индеец! Какого черта он еще не здесь? Что ему помешало? – раздраженно пробормотал он.

– Месье Сан Тельмо… Месье Сан Тельмо… – раздался за спиной чей-то смутно знакомый голос.

– Кто Вы? – Деметрио резко обернулся. Когда-то он уже слышал этот своеобразный, грассирующий говорок. Увидев спешащего к нему приветливо-улыбчивого высокого толстячка с румяными щечками, маленькой бородкой и франтоватыми усиками в высоких кожаных сапогах и белой расстегнутой рубашке, Сан Тельмо вспомнил, что встречался с ним и раньше.

– Бонжуг, месье Сан Тельмо… Добгый день, добго пожаловать! Пгимите мои поздгавления, мон ами… Я – Бел'o… Месье Бел'o… Это моя фамилия. Вы меня не помните?..

– Нет-нет, постойте, кажется, припоминаю…

– Вы дважды оказали мне честь, остановившись в отеле “Сан Педго”… Я помню Вас, хоть Вы так поспешно уехали. Знаете, я никогда не забываю знатных гостей. А Вы были так благогодны и щедгы, дгуг мой… По-моему, вы чуть-чуть осунулись, однако, это немудгено. Как говогится, от счастья тают, не так ли?

– Я не понимаю, что Вы имеете в виду, господин Бело!..

– Чогт побеги, какой Вы скгомный!.. И какой скгытный!.. Почему Вы не послали мне телеггамму, не написали, что пгиедете с женой? Мы пгиготовили бы комнату, достойную мадам Сан Тельмо, постелили бы на догожке ковег из цветов…

– О чем Вы?..

– Ох, месье… Вы – самый счастливый человек в Бгезиль!

– Ради бога, господин Бело!

Когда Вы с женой пгиехали, я уже спал… Я так не научился гано вставать даже в диких лесах Бгезиль. Сквегная привычка тех лет, когда я был шансонье в самых лучших кабаре мон наталь Пари… О, золотые вгемена богемы… Минуло двадцать лет, а я до сих пог не забыл их… Но позвольте мне договоить. Я пгоспал, и не встгетил Вас… Не встгетил мадам Сан Тельмо… Ваша жена – исключительная женщина, чудесная богиня!.. Пгостите, дгуг мой, но с тех пог, как я покинул мон Пари, я ни газу не видел такой женщины.

– Позвольте узнать, где Вы ее видели?

– Поднимите голову, дгуг мой, и посмотгите во-он туда.

– О, Боже! – Деметрио невольно вздрогнул.

Вероника де Кастело Бранко, облокотившись на перила, с потерянным видом стояла на балконе, выходящем на реку, и о чем-то думала. Она была совсем рядом, гораздо ближе, чем думал Деметрио, но так далека от них, унесенная мыслями вдаль.

– Она – кгеолка, угоженка здешнего кгая? – месье Бело улыбнулся.

– Нет, из Рио-де-Жанейро.

– Но Вы не были женат, когда пгиесжали сюда в пгошлый газ. Месье, котогый женился на такой женщине, как мадам Сан Тельмо, не может печалиться, а у Вас было такое ггустное лицо.

– Вы слишком галантны по отношению к моей жене, господин Бело, но тогда я, действительно, не был женат.

– И когда же Вы добились этого счастья?

– Пять дней назад…

– О, мон дьё!.. Свадебное путешествие, се манифик!.. это так чудесно – свадебное путешествие в Куябу!

– В Порто-Нуэво, месье Бело. Как только приплывет пирога, о которой я договорился заранее, мы двинемся дальше, вверх по реке.

– Погто-Нуэво?.. Но Вы же не повезете туда мадам Сан Тельмо?

– Напротив, сеньор Бело, именно туда и повезу. В Порто-Нуэво у меня дела, и мы будем жить там.

– И она согласилась?..

– По-моему, это очевидно!..

– Но, чегт побеги!.. Мадам Сан Тельмо не только самая пгекгасная женщина в Бгезильен, но и самая отважная и самая гешительная!..

– Ах, бросьте, сеньор Бело!

– Не злитесь, дгуг мой! В здешних местах все люди маются печенью, это все климат. Я спасся лишь благодагя тому, что не пью воду. У меня есть восхитительный винный погъебок. Любые вина на выбог: “Сотегн”, “Шато Боггон”, коньяк и признанный шампань фгансез… с Вашего позволения я немедленно пошлю бутылку охлажиденного шампань мадам Сан Тельмо.

– Не стоит беспокоиться, это лишнее.

– Никоим обгазом, мон ами, никоим образом. Напготив, с вашего позволения для меня будет большой честью пгипасть к ногам мадам Сан Тельмо.