Чтение онлайн

— Чутка поздновато.

Герцог сдул щёки. — Моей эпитафией станет — слишком поздно, слишком поздно. Я прибыл под Светлый Бор, но задержался на два дня и прыткий Сальер дал бой и проиграл без меня. Так Каприл остался беззащитным перед вашим хорошо задокументированным гневом. — Эта версия тех событий рассчитана на придурков, но Монза покамест держала мысли при себе.

— К Мусселии я прибыл со всей своей мощью, подготовившись удержать великие стены и заблокировать вам Теснину Этриса, и обнаружил, что вы прибрали город к рукам за день до моего появления, уже обобрали его и теперь удерживаете его стены уже против меня. — Несчастная правда получила очередные травмы, но Монза сохраняла спокойствие.

— Затем у Высокого Берега я оказался по независящим от меня обстоятельствам скован недавно скончавшимся генералом Ганмарком, пока также недавно скончавшийся герцог Сальер, твёрдо решивший, что не будет одурачен вами во второй раз, был одурачен вами во второй раз, а его армию разметало, как мякину сильным ветром. Так Борлетта… — Он высунул язык между губ, ткнул вниз большим пальцем и выдул громкий пердящий звук. — Так храбрый герцог Кантайн… — Он провёл пальцем по своей глотке и выдул ещё один звук. — Слишком позно, слишком поздно. Скажите, генерал Муркатто, как получается, что вы всегда являетесь на битву первой?

— Я рано встаю, затемно иду срать, проверяю, что смотрю в нужную сторону и ничему не позволяю себя остановить. Вот так — и ещё я на самом деле стараюсь туда добраться.

— На что вы намекаете? — потребовал объяснений молодой человек подле Рогонта, с ещё более кислой, чем у остальных физиономией.

— Намекаю? — повторила она, выпучив глаза как слабоумная, а затем обратилась к самому герцогу — На то, что вы могли бы вовремя успеть под Светлый Бор, но решили изобразить смятение, зная, что надменный толстый Сальер начнёт мочиться до того, как опустит штаны и скорее всего растратит все свои силы, победит он или нет. Он проиграл и его выставили идиотом, а вас осмотрительным напарником, точно как вы и надеялись. — Пришла очередь Рогонта замолчать. — Двумя сезонами позже вы могли бы успеть к Теснине вовремя и удержать её против целого света, но вам было выгодней промешкать и позволить мне преподать гордым мусселианцам тот самый урок, которому вы хотели их обучить. То бишь быть скромнее перед вашей предусмотрительной светлостью.

Весь чертог притих пока скрежетал её голос. — Когда вы поняли, что время уходит? Что вы промедливали слишком часто и чересчур истощили силы ваших союзников, а сила Орсо наоборот чересчур возросла? Не сомневаюсь, вам хотелось бы в кои-то веки добиться успеха у Высокого Берега, но на вашем пути оказался Ганмарк. И всё потому, что играть в доброго союзника к тому времени было… — Она наклонилась ближе и прошептала. — Слишком поздно. Вся ваша политика готовила вас к роли сильнейшего, старшего партнёра после будущей победы Лиги Восьми. Грандиозное и тщательно выполненное намерение. Если конечно не считать, что победил Орсо. И Лига Восьми… — Она просунула язык между губ и выдула длинную похабную трель собравшимся здесь лучшим представителям рыцарской мужественности. — Слишком часто опаздывали, долбоёбы.

Самый настойчивый из их породы шагнул к ней, сжав кулаки. — Я не стану слушать больше ни слова, вы… вы дьявол! В Светлом Бору погиб мой отец!

Похоже у каждого были свои требующие мщения обиды, но у Монзы и собственных ран выше крыши, чтобы терзаться болью других людей. — Спасибо, — произнесла она.

— Что?

— Раз ваш отец предположительно был среди моих врагов, а цель битвы есть убить их, я воспринимаю его смерть как комплимент. Солдату мне бы не пришлось такое объяснять.

Его лицо покрылось пятнистой смесью розового и белого. — Если бы вы были мужчиной, я бы убил вас на месте.

— Точнее, если бы вы были мужчиной. Всё же, раз я отняла у вас отца, будет често если я кое-что отдам взамен. — Она свернула язык и харкнула ему в лицо. Он тупо бросился на неё с голыми, как она и предполагала, руками. Любой человек, которого с таким трудом пришлось выводить из себя не должен оказаться чересчур боязливым, когда наконец дойдёт до дела. Она собралась, метнулась вбок, ухватила за верхний и нижний края его позолоченой кирасы и пошатнула, используя его собственный вес. Точно подставленным сапогом зацепила его носок. Когда он беспомощно пролетал рядом, отчасти на бегу, отчасти в падении, она схватила и выдернула с перевязи его меч. Он с криком повалился в бассейн, взметнув фонтан сверкающих брызг, а она крутанулась вокруг себя с клинком наготове.

Рогонт закатил глаза. — О, смилуй… — Его люди, пихаясь, ломились мимо него, каждый впопыхах вытаскивал меч, с руганью чуть не опрокинув столик — так они спешили до неё добраться. — Без стали, джентльмены, будьте добры, уберите клинки! — Офицер уже выплыл или по крайней мере пытался это сделать, барахтаясь и бултыхаясь. Узорчатый доспех тянул его вниз. Двое других спутников Рогонта ринулись вытаскивать его из бассейна, покуда остальные в беспорядке поскальзывались навстречу Монзе, толкая друг друга в стремлении ударить её первыми.

— Разве это не вам положено отступать? — шикнула она отходя назад между колонн.

Ближайший ткнул в её сторону. — Умри, проклятая…

— Хватит! — взревел Рогонт. — Хватит! Хватит! — Его люди скорчили мрачные мины, как непослушные детишки, которых призвали к ответу. — Отставить фехтовать в банном зале, будте любезны! Неужто мой стыд продлится вечно? — Он испустил долгий вздох, затем взмахнул рукой. — Вы, все — оставьте нас!

Усы его самого преданного соратника вздыбились в ужасе. — Но, ваша светлость, с этим… нечистым созданьем?

— Не страшитесь, я останусь в живых. — Он выгнул дугой бровь. — Я умею плавать. Теперь вон, пока кое-кто не поранился. Кыш! Вон!

Нехотя они вложили мечи в ножны и ворча побрели прочь из зала, промокший воин яростно хлюпал, оставляя мокрые следы. Монза с усмешкой швырнула в бассейн его позолоченый меч. Там он и скрылся во всплеске. Победа может и небольшая, но в эти дни приходилось радоваться тем, что ей удавалось одержать.

Рогонт молча ждал, пока они не остались наедине, задем тяжко вздохнул. — Ты сказала мне, что она придёт, Ишри.

— Как здорово, что мне никак не надоест быть правой. — Монза дёрнулась. На высоком подоконнике, в доброй паре шагов над головой Рогента, на спине лежала темнокожая женщина. Её скрещенные ноги упирались в стенку, одна рука и голова свисали с узкого выступа, так что её лицо оказалось почти-что перевёрнутым. — Ибо такое случается часто. — Она соскользнула задом наперёд, в последний момент перекувырнулась и беззвучно приземлилась на все четыре, шустрая, как ящерица.

Монза не могла понять, как не заметила её в начале, но то, что всё таки упустила, ей не понравилось. — Ты кто? Акробат?

— О, вовсе ничего столь возвышенного. Я Восточный Ветер. Думай обо мне, как об одном из множества пальцев десницы Божьей.

— Мелешь чушь, будто жрец.

— О, вовсе ничего столь сухого и пыльного. — Её глаза закатились к потолку. — Я страстно несу свою веру, но, слава Богу, лишь мужчины могут облачиться в мантию.

Монза нахмурилась. — Агент императора гурков.

— Агент звучит слишком… закулисно. Императора, Пророка, Церкви, Государства. Я бы назвала себя скромным представителем Южных Сил.