Чтение онлайн

– Не тебе решать, что мне делать, – даже в таком состоянии Анна оставалась Анной, не успевая утирать крупные слёзы, катящиеся по щекам, из-за чего ей пришлось отвернуться, мысленно крича на себя, и давать словесные пощёчины, чтобы успокоиться.

– Генрих Шварц, – в один голос поторопили его стражники, стоявшие около мощных врат ада.

– Минуту, – бросил им через плечо парень, после чего медленно подошёл к сдержанно плачущей девушке и обнял её со спины, уткнувшись носом чуть выше левого уха. Ему было жаль, что он не может снова вдохнуть аромат её волос, не может почувствовать тепла её тела, однако счастье рождалось лишь от того, что его воспоминания были не подвластны смерти. Он всё ещё помнил, каково это любить её, ловить каждый взгляд чёрных, словно японская ночь, глаз. Этого было достаточно, чтобы поблагодарить за их встречу судьбу, хоть и сыгравшую с ним в жестокую игру. – Только не вздумай спускаться ко мне, – не исключая такой возможности добровольного отказа от рая, наказал ей Генрих. – Твоя душа достойна большего.

Но ответить на это Анна не могла. Его слова, будто бы вирус, заставили горечь боли разлиться по всей душе и закусить губу, дабы из её уст не вырвался сдавленный и полный страданий стон.

Так они стояли действительно запрошенную парнем минуту на прощанье, и как только аристократ понял, что пора расставаться, он открыл закрытые до сего момента глаза и внезапно наткнулся на весьма необычное явление.

– Анна, что с тобой происходит? – парень тут же разжал руки и обошёл девушку, схватив её ладони, которые сияли и искрились золотым светом. Медиум и сама, толком не заметившая этого, мыслями будучи совершенно в иной стороне, не могла понять, что с ней происходит, пока наблюдавшая за романтическим прощанием со стороны небесная стражница вдруг не воскликнула.

– О Духи! Поздравляю! Такое происходит крайне редко, так что от всей души поздравляю! – ангел радовалась так, будто она выиграла миллион, а то и миллиард долларов.

– Что со мной такое? – не смогла разделить её радости Анна, не понявшая и не уловившая сути.

– Тебе выпал редкий случай: ты возвращаешься к жизни!

– Что?! – как-то совершенно нелогично, с испугом, воскликнула девушка, продолжавшая видеть, как не только руки, но и ноги начало окутывать золотым сиянием и тянуть куда-то вниз.

– Видимо, Асакура даже против того, чтобы нас связывала смерть, – абсолютно искренне и счастливо улыбнулся Генрих, прекрасно понявший, чьих это рук дело.

– Нет, – испуганно металась взглядом по своему исчезающему телу девушка, видя спокойное, но неудержимо печальное лицо Шварца. Она очень хотела вернуться к Йо, и она не сомневалась в своём желание, но в то же время получалось так, что сейчас она бросала Генриха одного в аду, где неизвестно, что может случиться с его душой. Снова её мучило чувство предательства, пусть и невольного, но от этого японке не было легче.

Вновь чувствовалось горечь и укоры совести, ведь где-то там, в жизни, она будет с любимым, а он снова брошенный и уничтоженный останется всего лишь памятью в её сердце. Анна не хотела бросать друга в беде. Да, как и сказал аристократ, Йо умел заражать своей добротой и других, но что толку от этой доброты, если сейчас она не могла ничего поделать, кроме как приносить боль и страдания.

– Пообещай мне две вещи, – подойдя совсем близко к девушке, положив свою ладонь ей на шею и соприкоснувшись с ней лбами, чтобы её голова перестала вертеться в панике, очень тяжело начал говорить Генрих. – Первое, что ты не будешь ни о чём сожалеть и станешь счастливой несмотря ни на что.

– А второе? – уже не могла, да и не хотела Анна сдерживать слёз, рыданий и боли, рвущейся наружу. Да! Да! Она не железная, чёрт возьми! Она обретает снова жизнь, но при этом потеряет друга – лучшего друга, и, будь весь мир проклят, если это не заслуживает и слезинки.

– Прости меня за всё... и за это тоже, – он просто не смог отпустить её от себя, не запечатлив в своей памяти этот поцелуй – этот, пропади всё пропадом, полный боли от разлуки поцелуй.

Лишь не почувствовав губ и присутствия любимой, не услышав её надрывных рыданий, Генрих медленно, словно боясь, открыл глаза и увидел лишь золотые частицы пыли, витавшие в воздухе.

Рядом с ним тихонечко шмыгнула носом небесная дева, смахнувшая маленькую слезинку с правого глаза и с добротой в сердце сказавшая:

– Мне очень жаль.

Шварц и сам понимал, что настал момент, который изменить никому неподвластно. Шагая вперёд, навстречу ужасающим своим величием и тёмной силой вратам, Генрих ещё раз улыбнулся бессмысленно прошедшей жизни, как будто до конца не сдавшись отчаянию, после чего прикрыл глаза и слышал лишь то, как тяжело и громко в действие пришёл механизм, открывающий двери. Сквозь них стали доноситься мучительные крики людей, лай собак и протяжные вопли неизвестных существ.

Лишь открыв веки, он смог удивлёнными глазами, полными ужаса и страха перед масштабами этого места, увидеть то, как на сотни или даже тысячи километров простирается каменистая пустыня; как горы и вулканы тянутся ввысь, прорезая чёрное небо и грозовые тучи; как бьёт во все стороны молния и бушует кипящая лава, текущая рекой по всей долине. В небе летали огромные монстры, похожие на доисторических птеродактилей, готовых спикировать в любой момент и растерзать свою добычу, внизу пугали лишь одним своим видом церберы, а воздух был пропитан запахом смерти и мучений. Таков он был – ад.

За спиной молодого и рано ушедшего из жизни аристократа вспыхнула яркая вспышка серебристого света. Он понял, что это появилась очередная душа, пришедшая сюда за решением великого короля духов, но его не волновало, кто это и какова его история. Шварц лишь шагнул вперёд, ощущая невыносимый жар под ногами, но вдруг резко остановился, как только до него донёсся очень знакомый и серьёзный голос.

– Береги себя.

Чуть ли не подпрыгнув на месте, аристократ стремительно развернулся, не понимая, как такое вообще возможно, и стоило ему повернуться, как в тот же миг его догадка оправдалась, и в ту же самую секунду он встретился со взглядом тёмных глаз, несущих в себе слишком много чувств, чтобы передать их словами. И сожаление, и доброта, и даже спокойствие – всё такое непохожее, но всё такое единое делало из Асакуры Асакуру.

Поверить в то, что Йо мёртв, Генрих однозначно не мог. В его понимании это было нереально, хотя в глубине души он сразу же догадался, что стало причиной его смерти.

– Асакура, что ты... – поспешив назад, чтобы расспросить и узнать, что произошло с сильнейшим шаманом, Генрих выглядел весьма ошарашенным и сбитым с толку, от чего совершенно не понимал, как со стороны выглядят его действия.

Но, к сожалению, врата ада резко и категорично захлопнулись прямо перед носом аристократа, видимо, сочтя его рвение поговорить с шаманом за попытку бежать с территории, на которую он уже успел ступить, и вот так двери ада закрылись до следующего приказа, а разговор двух бывших... соперников в любви так и не состоялся.

====== 175. Чудо, сотворённое единением душ. Часть 1. ======

Сколько бы не было боли и страданий, для желания жить ради друзей всегда найдутся силы. Бежать вперёд, ведомый тревогой за жизни дорогих людей, хранить бесстрашье в сердце и не допускать даже мысли о собственном благе – это всё и есть дружба – пожалуй, самое прекрасное, хоть и редкое чувство во всей Вселенной.

Мчась на всех парах, сбиваясь со счёту от бесчисленного количества минувших за спинами коридоров, ведущих иной раз в тупик, молодой детектив, темноволосая англичанка и королева далёкой планеты рассекали своим бегом воздух так, что после них он ещё оставался горячим и полным волнующих их сердца эмоций.