Чтение онлайн

— Так это вы! — воскликнула я, пожимая крепкую мозолистую ладонь. — Это вы нашли бабушку без сознания? Я давно хотела с вами встретиться и поблагодарить!

— Не стоит благодарности, Ульяна, мы дружили с вашей бабушкой, — ответила она. — Я часто заходила к Ане за травками и ягодами. А в тот раз она меня не встретила, и я решила побродить вокруг дома. Нашла её на тропинке, которая вела к болотам.

— Если бы не вы, она могла бы погибнуть.

— К счастью, я оказалась поблизости. Надеюсь, с Аней всё будет хорошо.

— Доктор тоже так говорит, — ответила я. — Но прошло уже три недели…

— Не переживай, — Зоя незаметно перешла на «ты», но я не возражала. — Твоя бабушка настоящий боец, она справится.

«Настоящий боец»? Наверняка это про то, что двадцать пять лет назад бабуля потеряла единственную, горячо любимую дочь, и в одиночку вырастила «сложную» внучку. Судя по всему, баба Аня действительно подружилась с хозяйкой конной базы, если рассказала о нашей семейной трагедии.

— Спасибо большое, — от души сказала я Зое, а она в ответ тепло улыбнулась.

Кажется, впервые в жизни у меня появилась подруга.

Только бы не сглазить!

Марку новые знакомцы тоже понравились — и владелица конюшни Зоя Ярцева, и мой одноклассник Дима Истомин. Они все обменялись рукопожатиями, улыбками и приятными словами. За обычными формулировками вежливости я почувствовала искреннюю симпатию.

Третьим гостем оказался мужчина чуть постарше Марка и Зои. На вид я дала бы ему лет сорок пять, но, возможно, он был намного младше. Выглядел он как бомж-алкоголик, живущий под мостом, — бородатый, обросший, с обветренным лицом кирпичного цвета и грязными обломанными ногтями. Только маленькие живые глазки, сверкавшие умом и проницательностью, говорили о том, что он не антисоциальный элемент. Может, дауншифтер какой-нибудь или дикий турист-одиночка? Тут такие регулярно встречались, бродили по лесам в поисках неизвестно чего.

Треф подвёл его к нам:

— Марк, Уля, позвольте представить вам самого необычного жителя Мухобора — Антона Денисовича Калача, — сказал Треф, развязно похлопывая гостя по тощему плечу. — Он профессор археологии из Московского университета. Год назад приехал в Мухобор на раскопки, да так и остался. Поселился в коттедже у Димы. Превратился, можно сказать, в нашу мухоборскую достопримечательность.

— У меня дом большой, места всем хватит, — пробурчал Дима, будто оправдываясь за доброту, проявленную к московскому учёному. — После развода совсем пусто, почему бы не приютить хорошего человека?

— Только не археологии, а антропологии, — заметил Калач, обращаясь к нам. — Зовите меня Антоном, я человек простой, церемоний не люблю.

— А в чём разница? — поинтересовался Марк.

— Археология — это изучение старых черепков, — охотно пояснил профессор Антон, — а антропология — изучение людей. Чувствуете разницу? Она небольшая, но есть.

— Но вы… Ты тоже что-то копаешь? — спросила я.

— Обязательно! Копаю с утра до вечера! Когда Зоя в прошлом году затеяла строительство гостиницы, бульдозерист наткнулся на древние кости. Хорошо, что моя студентка отдыхала поблизости и приехала взглянуть, что это за кости. Могли же быть современные, верно? Кто-то кого-то убил несколько лет назад и закопал труп на опушке леса. Такое постоянно происходит, люди убивают друг друга. Но мне повезло, это были о-о-очень старые кости!

— Насколько старые? — спросил Марк.

— Приблизительно десять тысяч лет!

Муж присвистнул.

— Здорово, — ответила я, не зная, что ещё сказать.

Энтузиазм антрополога заражал, но я не могла поддержать беседу, потому что абсолютно не разбиралась в предмете.

— Я обнаружил стоянку неандертальцев — возможно, самую свежую стоянку в истории. Это потрясающее научное открытие! До этого считалось, что последний неандерталец умер двадцать четыре тысячи лет назад, а теперь выяснилось, что они жили относительно недавно. Я даже больше скажу! Они мирно сосуществовали с нашими предками, кроманьонцами, потому что генетическая экспертиза показала большой процент метисации…

— Они и сейчас живут среди нас, эти чёртовы неандертальцы! — хохотнул Треф, увлекая говорливого профессора на террасу, где дымился гриль. — Одного из них я недавно подстрелил.

Он говорил о раненом с таким пренебрежением и сарказмом, что я скрипнула зубами от ярости. Обозвать человека неандертальцем — ну надо же додуматься!

Когда шашлыки зажарились, мы расселись вокруг большого деревянного стола и приступили к ужину. Треф сел рядом со мной и взялся наливать вина, но Марк, сидевший с другой стороны, с вежливой, но твёрдой улыбкой отобрал бутылку. Продемонстрировал, что сам обо мне позаботится. Треф ничего не сказал, но лицо его досадливо искривилось. Он понял, что не сможет ко мне подобраться, пока рядом муж.

— Ну что, вы нашли зверя, за которым охотились? — спросила я, когда Марк отвлёкся на разговор с Зоей.

Меня переполняла злоба к охотникам, но я хотела узнать, как продвигаются поиски. Ждать ли какую-нибудь подлянку?

— Убежал, тварь. Или спрятался где-то неподалёку, забился в нору, чтобы раны зализать. Мы обыскали весь район — не нашли его. Ну ничего, завтра я протрезвею, отосплюсь и пойду дальше искать. Мне интересно, кто это такой и где он затихарился. Далеко уйти эта зверюга не могла. Кровищи из него вытекло — жуть, литра три, наверное.

— А собака? У вас же была собака, она взяла след? — спросила я, делая безразличный вид и стараясь унять нервную дрожь.

— Собака… — Треф отхлебнул вина. — Она взяла след, но повела себя странно: начала скулить и пятиться, как будто испугалась. Короче, не пошла по следу, как мы её не пинали.

— Надо же… Чего она испугалась? Раненого лося?

— А я не знаю, — ответил Треф, — лось это был или медведь. Или кто похуже.

— В смысле?

— Бабай, — пошутил Треф.

А потом я поняла, что он не шутит.

— Ну какой бабай? Это сказки для маленьких детей.

— Я раньше тоже так думал, но потом… — Он оглянулся и понизил голос: — Ты уехала из Мухобора сразу после школы и никогда не интересовалась этой темой. Ты хоть раз гуляла по лесу? Ходила на болота?

— Нет, — я облизнула губы, и Треф машинально сделал то же самое, — мне бабушка запрещала.

— Вот видишь! Твоя бабушка мудрый человек. Да тут все мудрые, идиотов нет. Никто не шляется по лесам, кроме самых отмороженных придурков.

— Типа тебя? — не удержалась я от подколки.

— Типа меня, — не обиделся Треф. — Но я же не по собственной воле шляюсь, у меня работа такая. Приезжают люди, хотят на охоту и рыбалку. Тут, знаешь, какая рыба водится? Нигде такой нет — форель, хариус, судак. И зверья до дури — даже самый косорукий охотник подстрелит зайца или кабана. — Треф откусил кусок мяса и продолжил с набитым ртом: — А после охоты народ хочет развлечений: посмотреть на развалины замка, покататься на лошадях, пройти каменный лабиринт, а теперь прибавилась ещё одна достопримечательность — черепа неандертальцев. Калач показывает их всем желающим и заодно читает лекцию по антропологии. Туристы косяком едут. Вон, Зоя гостиницу построила — никогда свободных номеров нет. Всё забито.