Чтение онлайн

Купер прижимает палец к моим губам.

– Хватит. С Джейком все будет в порядке. И у нас с Джейком все будет в порядке.

Я киваю, и Купер убирает палец.

– Как ты понимаешь, я не просто так попросил тебя прийти.

– Ты хотел избавить меня от приступов паники, да?

– Именно. – Купер указывает на вереницу пакетов, выстроившихся вдоль стены. – Сегодня я сходил в магазин и купил… все.

– Для?..

– Для парада. Мы же собрались превратить мою машину в киоск.

– А. Да. Хорошо.

– Но я понятия не имею, что делать, – говорит Купер.

Я иду к пакетам и принимаюсь вынимать оттуда все, что он накупил.

– Так, ладно, я никогда ничего подобного не делала, но мне нравится придумывать прикольные штуки, – говорю я.

– Точно. Мне как раз понадобится твое творческое видение.

– Думаю, лучше всего будет, если мы обернем всю машину вот в эту зеленую материю в цветочек, – говорю я, взяв с пола большой рулон. – Давай займемся этим, а потом по низу пустим бахрому из фольги и «косичку» из искусственной кожи.

Купер таращится на меня.

– После слов «в цветочек» мой мозг завис.

Я закатываю глаза и ухмыляюсь при виде его недоумевающей физиономии.

– Ладно, просто дай мне инструменты и стой тут.

– С красивым видом?

– Именно.

Я разрываю упаковку.

– В другой ситуации я бы предложила зафиксировать все скрепками, но на машине у нас такой номер не пройдет. Нет у тебя случайно суперклейкого двустороннего скотча?

– Я такого не покупал, но дома должен быть, сейчас принесу.

Купер уходит за скотчем, а я выкладываю серебристую бахрому вокруг машины. Когда он возвращается, мы оборачиваем автомобиль в ткань, по низу пускаем порезанную фольгу. В итоге фургончик потихоньку начинает преображаться в парадный киоск.

– Теперь что? – спрашивает Купер.

– Дай подумать. Я хотела сделать из него что-нибудь забавное, но… – И тут я ахаю, потому что меня осеняет.

– Точно. Поняла. – Я принимаюсь срывать бахрому.

– Что ты делаешь? – спрашивает Купер. – Мы только что ее приклеили.

– Тащи коричневую бахрому.

– Как скажете, босс, – отвечает он, но во взгляде чувствуется скепсис.

Мы приклеиваем коричневую бахрому на место серебристой. И отходим, чтобы посмотреть на результат.

– Так, – говорю я. – Коричневое – это тропинка, зеленое – трава, а дальше… барабанную дробь, пожалуйста…

Купер ухмыляется и качает головой, но подыгрывает мне и принимается отбивать руками ритм.

– …а дальше стоит пряничный домик, весь в пирожках и прочей выпечке. Разумеется, ненастоящей и огромной.

– Что? – хихикает Купер. – Ты хочешь сделать из моей машины пряничный домик?

– Да! Что-то вроде того. Декорации сделаем из пенопласта. Попросим Слоану и Ашера помочь нам с ними. И в итоге, – с ухмылкой продолжаю я, – ты будешь стоять за домиком в костюме печеньки и продавать свои десерты, а Джейк в костюме ведьмы будет возить тебя по городу. Конечно, если он согласится.

Купер хохочет.

– Ладно, убедила. Но знаешь, даже если мы с ним окончательно помиримся, Джейк все равно заявит, что он слишком хорош, чтобы быть ведьмой. Я прямо представляю…

Купер изображает Джейка и деланным голосом произносит: «Чувак, от меня так все дамы разбегутся!»

Не поспоришь.

– Ладно. Я тогда Слоану попрошу. Будет очень весело, – говорю я. – Но ближайшие две недели нам придется очень усердно поработать.

Купер пожимает плечами.

– Думаю, мы справимся. Будем приходить сюда каждый день после школы.

– Только не по средам, у тебя работа.

Купер удивленно улыбается.

– Откуда ты знаешь?

Я пожимаю плечами.

– Так…

Купер медленно приближается ко мне.

– Все еще не верю, что это происходит на самом деле.

Я подхожу к нему вплотную и обнимаю за шею.

– Я тоже.

Купер наклоняется ниже и целует меня, но я отстраняюсь прежде, чем мы успеваем раствориться в ощущениях.

– Можно задать вопрос? – спрашиваю я.

– Конечно.

Жар приливает у меня к щекам еще до того, как слова срываются с губ.

– Ты теперь… хм… мой парень?

Купер вскидывает брови, а потом его губы медленно складываются в лукавую улыбочку.

– А ты этого хочешь?

– Надо подумать. Теперь, когда страсти улеглись, ты больше не будешь приносить мне печеньки?

– В этих «страстях» для меня не было ничего приятного. Я уже говорил, что последние недели превратились в пытку. Но ты сама запретила приносить тебе печеньки. И жарить бекон.

– Это было раньше. Теперь я хочу и то и другое, и как можно больше, – говорю я.

– Ладно. Тогда считай, что печеньками и беконом ты обеспечена. – Купер прижимается своим лбом к моему и улыбается. – И считай, что я твой парень.

Я улыбаюсь так широко, что боюсь, как бы лицо не треснуло.

– Ладно. Хорошо.

Купер наклоняется, чтобы поцеловать меня.

– Купер? – слышится из дома голос его мамы.

Купер замирает и издает нечто среднее между стоном и всхлипом.

– Она что, не понимает, что я как раз собираюсь поцеловать свою девушку?

Я смеюсь.

– Кажется, мне пора.

Дверь за спиной Купера распахивается, и я отхожу назад. Мама Купера с понимающей улыбкой смотрит на нас.

– Извините, – говорит она. – Просто хотела убедиться, что вы живы.

– Живы и в полном порядке, мам, – говорит Купер. – Но я как раз собирался проводить Эллис домой.

– Рада снова видеть вас, Аманда, – говорю я.

– И я тебя, Эллис. И надеюсь теперь видеть тебя у нас как можно чаще, – говорит она, подмигивает мне и уходит обратно в дом.

– Я так понимаю, ты все рассказал маме? – спрашиваю я.

Купер пожимает плечами.

– Да. Мама мой самый лучший друг. Я ей почти все рассказываю.

Боже мой. Я и не думала, что могу влюбиться в Купера еще сильнее.