Чтение онлайн

— Было очень круто. Мегакруто! Ты молодец и у тебя отлично получается. Это талант! Ты…

Такой хороший и классный гад? Да?

— Спасибо. Что-то еще? — стряхиваю пепел и той же рукой с сигаретой тянусь за стаканом яблочного сока. — М?

— Мы, — она переводит взгляд на Снежок, потом обратно на меня, потом опять меряется буферами с клубной леди, — могли бы с тобой где-нибудь приватно поговорить? Сереж?

— О чем?

— Мы ведь, — замолкает и опускает голову, — не расстались? Это не конец? А? Ты меня не забыл? Я даже не знаю, что еще сказать… Давай на секундочку выйдем. Хотя бы вон туда, — куда-то в неизвестном направлении, в чрезвычайно неопределенную сторону, мотает головой.

О! Чудесный расклад — именно такой, как я люблю. Ну что, подруга, тебе присвоим номер «шесть», а ей — оцениваю взглядом нынешнюю даму — пожалуй, «семь», еще три позиции вакантны — наверное, все же до конца года доберем на двузначное круглое число.

— Лиз, иди домой, малыш, — настойчиво ей рекомендую.

— Сергей, пожалуйста, давай поговорим наедине, — жалобно выпискивает просьбу. — Прошу тебя. Тут же есть какие-нибудь приватные комнаты, гримерки, подсобки или кулисы? — осматривает взглядом полутемное накуренное помещение. — Или пойдем тогда в туалет?

Этого мне только не хватало! Та самая неувядающая классика жанра — мрачный андеграунд, обкуренная рок-звезда и визжащие девчонки-группи:

«Возьми меня! Меня! Меня!».

Что-то как-то не по себе — только бы как миролюбивый Леннон* на закате не уйти! Что ей надо от меня? Все уже как будто выяснили, кое-кто сделал даже зарубки на будущее, так сказать, опытную сетку обновил! Теперь-то что не так? Что еще? Я так от этих «брачных» склок отвык. С неохотой и откровенно скучающим и пренебрежительным видом поднимаюсь с насиженного места, высоко задираю колени — очень бережно и элегантно переступаю через сплетение ног, раскинутых сумбурно под столом, юркой змейкой просачиваюсь между пацанами и случайными бабами, подхватываю Элизабет за острый локоть и веду к служебным помещениям.

— Что ты хочешь? — разворачиваю и впечатываю гибкое тело в небрежно окрашенную в зеленый цвет стену. — Ну? Я жду.

— Ты чего? — как кукла хлопает глазами.

— Лиз, давай без вот этих дебильных вопросов: «Чего я, когда я, кто я, что я, что мы, расстались, развелись, разбежались или снова вместе, как ничего и не бывало?». Еще раз повторить? Чего надо?

— Ты мне не звонишь…

— Все?

— Разве этого мало? Сереж, я думала, что ты остынешь и наберешь мой номер — мы поговорим, обсудим все, помиримся. А? Я не знаю… Ты как-то резко оборвал контакт.

Да ты что! Господи! Юные девицы — Вселенское неотвратимое зло. Она прикидывается идиоткой, что ли? Или накурилась, напилась — очередной заскок-приход?

— Не звонил, Лизон, не звоню, и даже, сладенькая, не собираюсь этого делать. В какую-то из недавно канувших в небытие суббот ты весьма четко обрисовала свою позицию относительно наших возможных отношений. Я принял к сведению твое особое мнение и все усек! Не дурак — в долбаных повторах не нуждаюсь. Ты вот, видимо, забыла! Тебе напомнить?

Она подозрительно молчит и начинает смачивать глаза:

— Не надо этого, — указываю пальцем попеременно то на одно ее веко, то на другое, — никогда не помогало, а со мной вся эта херня действует наоборот. Не работает ваша бабская система! Я, сука, зверею и, вообще, перестаю себя контролировать, могу и не рассчитать с речью и обидеть невзначай. Поэтому заканчивай, золотко, и не нагнетай. Вопросы?

— Сереж, ты разговариваешь…

Что-то, блин, она меня достала!

— Что ты хотела, Лиззи? Говори и кончим этот задушевный разговор.

— А тот маленький мальчик все еще с тобой?

Ухмыляюсь и отхожу от нее подальше — упираюсь спиной в противоположную стену и перекрещиваю ноги:

— Да, со мной.

— Он твой? — шепчет и опускает взгляд. — Ты сделал тест, как обещал?

— Безусловно, детка. И нет, сладенькая, Святослав не мой.

Твою мать! Сучка облегченно выдыхает:

— Значит, все решилось само собой.

— Вполне, Лиза. Неожиданно и так эффектно. Все?

— А это кто? — кивает подбородком на хохочущую Снежану. — Она ведь с тобой?

— Мой менеджер — Снежа, Снежок, Снежик, Снеговичок, Снежана. Красивая, правда? — паскудно вру и совершенно не краснею. — Сейчас поделим гонорар и пойдем отпразднуем в «БишО». Потом гостиница, естественно, секс, душ, бессонная ночь, шампанское, клубника, шоколад, еще раз секс… У Снежки двое детей и слабенький на передок муженек. В прямом смысле, понимаешь? — корчу рожу — выстраиваю солидарное несчастье на лице. — Импотент, тот самый человек-мотыль! Знаешь, кто это такой?

Отрицательно качает головой. Ну, само собой! Детский возраст у ребенка!

— Раз, два, три, четыре, пять — начинаю мотылять, — изображаю обозначенное действие возле своей ширинки. — Дошло?

— А-а-а! — чтобы все же в грязь лицом не ударить, что-то Лизонька пытается понять.

— А я ей по доброте душевной помогаю. Ей очень нужно — у Снежи сверхсекретная и нервная работа. Ведь я великий и ужасный «СМС»! Еще какие вопросы?

— Вы вместе с этой теткой? Ты с ней спишь?

Надоело! Отталкиваюсь задом, подхожу к ней ближе, аккуратно заправляю овечью золотую прядку за крохотное ушко и прикасаюсь к кончику маленького веснушчатого носа:

— Прощай, Элизабет.

Ох! Это что еще значит? Лиза прикасается ладонью к моему паху — четко метит стерва, даже больно! С нажимом проводит снизу вверх, а затем несколько раз сжимает член и яйца — дышу, как загнанный жеребец, и из носа искры с паром выпускаю:

— Лиз, — шепчу, склонившись к ней, на ухо, — у тебя гордость-то есть?

— Сережа, — скулит и убыстряет равномерные движения, — Сереженька, милый, пожалуйста…

— А как с достоинством, малыш? — мне очень трудно говорить — все, как в молочном тумане, но я усердно вывожу. — Я ведь не хочу тебя, не видел столько времени, и не страдал. Понимаешь? Не страдал! Я ни разу не вспомнил о тебе. Ни одного гребаного раза, Лиза. Остановись! Что же ты делаешь?

— Ты был обижен, — не прекращая своих движений, она поднимается на носочки и касается зубами проколотой мочки моего уха. — Ты злился, обдумывал свою месть. Вот нашел какую-то несвежую телку, решил мне отомстить, хотел заставить ревновать… Я ревную, Сереженька! Очень! Слышишь…

Я сейчас взорвусь! Она так классно все это делает, что я…

«Лечу! Лечу! Лечу! Какое великолепие, какая красота, блаженство! Сергей, смотри! Тут же весь город, как на раскрытой ладони! — Женя, пожалуйста, спустись оттуда, оторвись от перил и подойди ко мне! — Хорошо, иду…».