Чтение онлайн

— А вот теперь можно, — удовлетворенно добавил он, — Пошли на свидание... Джавин.

— Ха-а, — выдохнула Джавин в какой-то кипучей смеси раздражения и восхищения, а дальше продолжила этим своим лисьим певучим тоном, — теперь уже я так не могу.

Патрик понятливо попятился к дверям и откланялся. Она подождала звука хлопнувшей входной двери, потом бросила на Сина взгляд из-под длинных ресниц.

— Момент.

Она вышла в коридор, потом за ней закрылась дверь. Вернулась она в платье со сложной системой шнуровки на спине.

— Боюсь, мне придется довериться специалисту по шнуркам, — мягко сказала она, разворачиваясь к нему полуголой спиной.

Син технически никогда не был специалистом по шнуркам. Он был специалистом по лабиринтам с опасными ловушками, по инженерным решениям в постройке зиккуратов и планированию кровостоков. В нынешней жизни бригадир очень хвалил его способность копать.

Кроме того, его очень отвлекала маленькая темная родинка под острым углом лопатки. Он не удержался, провел кончиком пальца от нее и выше, по ложбинке позвоночника к шее, чуть нажал на выступающий позвонок…

— К сожалению, — мурлыкнула Джавин, — у нас нет времени на массаж, но, если тебе очень хочется вправить мне шею, ты же можешь это самое время и заранее зарезервировать...

— Я отправлю тебе официальный запрос через приемную городской стражи, — пообещал Синосу, — ты мне только объясни, как именно тебе это затянуть.

— А форму запроса тебе не подсказать? — фыркнула Джавин и вдруг безудержно рассмеялась.

Син вежливо подождал, как дурак пытась понять, куда ж эти веревочки вертеть. В платье было слишком много... Прорезей и петель.

— Признаться честно? Я сама понятия не имею. Купила как-то по дешевке в маскарадной лавке под настроение, и так и не разгадала загадки. Может, там вообще каких-нибудь ремешков не хватает. Все надеялась найти кого-то достаточно опытного в расшнуровывании, чтоб догадался, как расшнуровывать обратно...

— Но расшнуровывать проще! — жалобно запротестовал Син, — и вообще в мое время конструкции женских платьев не требовали от мужчин разбираться в инженерном деле!

Он не выдержал и тоже рассмеялся, и почему-то все никак не мог остановиться, уткнулся лбом в ее полуобнаженное плечо и продолжил смеяться, украдкой выдыхая легкий запах лаванды от ее кожи и волос.

А потом они оба как-то опомнились, неловко замерли — она отстранилась, слегка нахмурившись, полуобернувшись.

— Что, никакой надежды, господин инженер-копатель?

Он все еще держал в руках эти несчастные завязки.

— Ну давай разве что перекрестим? — предположил он слегка дрогнувшим голосом, пытаясь подражать строгости ее тона.

У нее дрогнул уголок рта.

— Перекрещивай, — разрешила она.

Спустя каких-то двадцать минут и еще пару взрывов смеха они разобрались.

Полностью зашнурованная и готовая к выходу, Джавин поправила у зеркала прическу, недовольно покосившись на седину, снежинками украшавшую волосы у корней.

— Тц, — сказала она, поймав в зеркале Синов взгляд, — нет, так тоже не пойдет. Ты в этой хламиде все ходишь и ходишь.

Син пожал плечами.

— Ну местные пугала не одевают во фраки и не снабжают цилиндрами...

— Момент! — она снова скрылась в комнату, а потом вернулась, неся в руках мужское пальто, скроенное из множества других пальто. Не такое пестрое, как его мантия, лоскутки были подобраны с большим вкусом, чтобы сочетаться, но в итоге все равно получилось что-то желто-охрово-зелено-оранжевое, как осенняя листва.

Пестрое, разноцветное несуразное — оно понравилось с Сину с первого взгляда.

— Соседка старое пальто отдавала, — пояснила Джавин, — и у меня возникла идея. А то ты легковато одет...

— Ты и шить умеешь?

Джавин хмыкнула.

— Нет, конечно, мне вернули услугу. Я предложила идею, мне воплотили. И я избавила людей от старых пальто, так что еще и остались должны. Примерь.

Син спокойно сбросил через голову мантию, ставшись в относительно свежей рубашке и мешковатых штанах. Знал бы, что сегодня будет, озаботился бы чем-нибудь посимпатичнее, но и так Джавин, кажется, понравилось.

Сина давно, уже много веков, никто не одевал. И довольный огонек в прищуренных глазах Джавин грел даже лучше, чем пальто. Он не стал ее спрашивать, когда она сняла мерки. Профессиональный глаз-алмаз, не иначе.

— Я думала отдать тебе чуть позже, когда молодежь костры разожжет. Чтоб ты тоже согрелся. Но раз такой случай…

— Я согрелся, — искренне улыбнулся Син, — спасибо.

Джавин смешалась, слегка отвернулась, скрывая замешательство.

— Пойдем? — предложила она, — Пить виски, следить за герцогиней? Вроде бы в Жемчужинке собирались читать стихи… Вдруг даже будет не очень отвратительно.

— Пойдем, — кивнул Син, — все, что скажешь. Хоть они там споют.

— Пощади! — рассмеялась Джавин и увлекла его к двери за запястье.

И они пошли.

Следить за герцогиней.

На свидание.

Он бы за Джавин вообще куда угодно пошел.

Не хотелось расходиться.

Херк проснулась куда раньше, чем должны были подать завтрак.

Она так вымоталась этой ночью, что вовсе не видела снов. Раньше она думала, что ее изводят сны, но теперь, после того, как вынырнула из черной дыры краткого забытья, в котором не было ничего, совсем-совсем ничего и никого не было, она почувствовала такую тоску и безнадежность, что как-то внезапно осознала: эти сны до сих пор помогали ей не повеситься.

Можно было злиться на свое предательское тело и думать, как бы укротить его сегодня, превращая ежедневную рутину в полезное упражнение и борьбу с собой. А так... Ну что, тело поборото.

Быть может, руки больше не вернутся, чтобы греть ее огромную холодную постель теплом своих объятий. Кушай свою победу большой ложкой, герцогиня, в одиночестве можешь даже обляпаться, никто не увидит, если вовремя утрешься батистовым платочком.

Она чувствовала себя очень разбитой, но снова заснуть не смогла. Вчера они пышно отпраздновали день рождения воспитанника, и все легли спать очень поздно. Сегодня же сон покинул ее слишком рано, покинул совсем, не оставив и шанса на возвращение. Сколько бы она ни ворочалась, сон не шел.