Чтение онлайн

— Я растил преемника, — говорил Сальватор, и в его голосе всегда звучала сталь. — А не слабого мальчишку.

Мать… Она всегда молчала, подчинённая воле отца. Никаких нежных рук, никаких тихих колыбельных. Только взгляд, полный страха и покорности.

Сестра… Она практически потерялась где-то далеко, в многочисленных закрытых школах, куда её отправили, чтобы защитить от жестокости мира, потому как Семья всегда была в состоянии войны. Она выросла чужой для него. И когда вернулась, была лишь отголоском семьи, но не опорой.

А он сам? Он учился выживать. Учился дышать сквозь боль. Учился убивать и быть хищником. Так он стал тем, кем должен был стать: новым доном. Когда отца убили на совете, он не колебался. Приказал казнить всех, кто был уличен в заговоре. Семья Вентуро теперь осталась только в воспоминаниях в назидание другим, он уничтожил всех без жалости.

Кайро сжал кулак, вспоминая Энцо — друга, которому доверял как брату. Энцо был честным и преданным, но предательство было хуже яда. Энцо погиб от его руки. Друг или враг — разницы не было, если есть угроза.

— Энцо, — прошептал Кей, глядя на кровь вина в бокале. — Прости.

Женщины? Для него они всегда были слабыми созданиями. Они рождались, чтобы удовлетворять мужские желания и рожать детей. Вереница желающих разделить с ним ложе тянулась до горизонта. Все одинаковые — лживые, жадные, трусливые.

Но теперь — брак. Необходимость. Стратегия.

Он представил свою жену — Джулию.

Италия всегда полниться слухами. Имя его будущей супруги было у всех на языке.

Она водит «Харлей», не признает автомобилей – разве что скоростных. Честолюбива, как и донна Валентина, уверенна в том, что вскоре займет трон матери. Позволяет себе быть таким вот ангелом во плоти – но если перейти ей дорогу, можно поплатиться.

Не та жена, что сохранит невинность до брака. Об этом тоже ходили слухи. Но девчонке уже двадцать четыре года. В ней есть огонь. Жаль только, она сломается под ним за считанные дни. Одна из многих. Жертва во имя мира между кланами. Кей сдержанно усмехнулся.

— Чтобы я её уважал, — подумал он, — она должна пройти через ад. Выстоять. Только тогда я смогу называть её своей женщиной.

Его жена будет рожать детей, учиться молчать, подчиняться. Он позаботится. А если она сможет выжить в его мире — тогда он может даже полюбить её.

Когда рев мотора прогремел у ворот, Кей уже стоял на веранде, бокал вина оставив на столике. Валентина подошла за его спину, но он почти не заметил её. Его взгляд был прикован к ней — к Джулии.

Она въехала во двор, словно стрела. Кей отметил, как дернулись парни из его охраны – но оружие выхватить не успели. Видимо поняли, что пожаловала сама хозяйка имения.

И вот Кей смотрит, как роскошный байк замирает, рев затихает, и она медленно снимает шлем.

Он будто смотрит топовый блокбастер в замедленной съемке.

Волосы волной рассыпаются по плечам, блестя в свете садовых фонарей. Она тянет молнию куртки с томной плавностью, обнажая простую светлую кофту, которая лишь подчеркивает изгибы тела. Черные брюки облегают стройные ноги, как вторая кожа.

А потом — этот жест. Джулия не смотрит в его сторону, хотя, Кастелло уверен – заметила издалека, как только ворвалась во двор. Она гладит байк по капоту, проводя ладонью так, будто это мужчина. Каким чудом железный конь еще не урчит от удовольствия – непонятно.

Взгляд Кайро темнеет, а дыхание сбивается. Внутри всё сжимается в тугой комок, накатывает пульсирующее желание, тяжелое, как свинец в крови. Он ощущает, как напрягается всё тело — от кончиков пальцев до паха.

"Чертова сука," — проносится в голове.

Её дерзость. Её свобода. Она дразнила его, осмеливаясь играть перед ним этот спектакль. И это сводило его с ума. Никто и никогда не осмеливался так себя вести перед ним.

Всё внутри него требовало разомкнуть эту дистанцию, встать перед ней, схватить за волосы, заставить замолчать её дерзость и показать, кто здесь хозяин.

Он представил, как бы это было — прижать её к байку, обхватить рукой талию, впиться в губы и заставить кричать от желания. Её жаркое тело под ним, её волосы рассыпаны по кожаному сиденью. Сколько она продержится, прежде чем взорваться на его члене множественным оргазмом, признавая его власть и собственную капитуляцию?

Он стиснул зубы, прогоняя картинку, но член уже налился тяжестью и болью. Чёрт, он хотел её прямо сейчас. И ещё больше — он хотел, чтобы она поняла, что прежней свободы он ей уже не даст.

— Наконец-то мы дождались мою дорогую невесту, — произнёс он, не отрывая взгляда от Джулии.

Внутри у него закипал вулкан.

Донна Санторелли едва ли догадывалась, что происходит в глубине души ее гостя, несмотря на отрешенный, равнодушный тон.

Все необходимые протоколы встречи гостей были соблюдены. Это означало – никакого оружия, ссор и неуважения к членам дома, в котором принимают как гостя. И тем более категорическое исключение причинения вреда кому бы то ни было.

Кайро Кастелло умен и умеет держать себя в руках. В данной ситуации донна больше переживала относительно поведения своей дочери, чем опасного гостя.

Валентина, шагнув вниз с веранды, сдержанно улыбнулась наследнице. В её взгляде горел ледяной огонь — гнев, скрытый под маской донны. Но при госте она не могла позволить себе слабость. Хорошо еще, что Кей, медленно спускаясь, оставался за ее спиной и не мог видеть выражения лица.

— Джулия, дорогая, ты решила наш вопрос? — голос её был ровным, почти ласковым, но в нём звучала сталь.

Это был их знак, когда нужно было подыграть, или не разыгрывать недоумение.

Джулия, не поднимая взгляда на Кея, словно он был пустым местом, произнесла громко и чётко:

— Да, мама. Предатели найдены и теперь кормят рыб в заливе.

Кей стоял чуть в стороне, наблюдая за этой сценой, но внутри его всё кипело. Он понимал, что это спектакль. Она играла роль. Играла превосходно. Но ему было всё равно — он жаждал её здесь и сейчас.

Он смотрел, как она ослепительно улыбается, как будто ничего не произошло. Но её взгляд был острым, будто клинок, а в уголках губ читалось лёгкое превосходство, будто она знала, что способна обойти его.