Чтение онлайн

Что навевало грустные мысли о десятом уровне. Ну серьезно, много ли бы он тут навоевал искрами, металлическими иглами или даже своим ползучим железным песком? Без усиления безмолвными чарами или сокрушающим ударом свинцовых шариков под «Гинн». Немного. Сдох бы еще на моллюске. Или сбежал.

Медею повезло нарваться на уязвимых к его куцему стилю противников. Однако, по подземелью могут двигаться и другие мощные страховидлы, с другим, непреодолимым для арсенала отродья набором уязвимостей. Ну их нахер.

Дольше думать Медей не стал. Повернулся к стражу, крутанул левую руку и показал жест вверх правой.

? Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей ?

Пушкин

Мужик со вкусно пахнущей бородищей оценил буркалами его застенчивый жест, секунду подумал, затем надменно кивнул, после чего

— Ма-а-а-а-ма-а-а!

Словно гигантский людоед схватил его за подмыхи, облизал затылок, сморкнулся на темя, херакнул по спине, аж дыхание сперло, раскачал у себя между ног а потом ка-а-ак закинул вверх

— Я ж башкой треснусь, крети-и-о-о…

О!

«Кажется, я на месте».

Он открыл глаза, воровато огляделся по сторонам. Пустая аудитория, незнакомая отродью, но без следов запустения — уже приятно. Медей расслабленно выдохнул. На первый взгляд, помещение не сильно отличалось от только что покинутой залы в подземельях.

Подумаешь! На каждом из нижних уровней попадаются как полностью разгромленные аудитории, лекционные залы или малые арены, так и практически целые комнаты. Время в них точно застыло, законсервировалось в столетиях.

Однако ни один человек не смог бы спутать жилые пространства замка Эвелпид с подземельями. Исчезло давящее чувство тревоги, ушел маленький колокольчик, что трезвонил о постоянной опасности, те же самые стены перестали давить своим превосходством.

Воздух свободен от обещания скорой смерти.

«Может быть, мы ищем в жизни именно это, только это — нестерпимую боль, чтобы стать самими собой перед тем, как умереть. Да, Селин?» — хмыкнул Медей.

После чего попытался отряхнуть хитон, безуспешно, прошагал к двери, подергал за ручку. Заперто. Ожидаемо. Но когда какие-то там трудности останавливали бравых попаданцев, владельцев гарема из гоблинов, убийц любвеобильных тянок

«Надо наоборот, разве не?»

«Не», — отмел он собственный же внутренний голос, — "по-любому, несчастные попадуны и трансмиграторы плакали в уголке, после ласки уродливой гоблинши, а затем садились и ваяли писанину про свою душераздирающую крутость.

Кто вообще верит этим глупым книжонкам и анимированным исекаям?Чел из офиса, с достижением резинки от трусов по карате и красным дипломом по залипанию в телефон, нагибает приспособленных к жизни местных. Ага, дайте два! Чтобы сперва друг дружку, а деньги в кружку.

Туда же всяких спецназовцев и других крутых парней, приспособленных чисто под наши условия. Кто ты, спец, без своего автомата? Просто челик с мышцами и привычкой решать все насилием. У офисного планктона и то шансов больше, ей-Богу.

Но я-то не такой! У меня все будет по-другому! Например, сдохну не от первой же вражеской плюхи, а от второй. Может, проживу дольше оригинала на денек-другой. Я щитаю: достойно".

Медей примостился к недружелюбной двери, поплевал на руки, затем скривился, вытер их об дверной косяк, опять ухватился за ручку. Все еще не открывается. Надо было крякать перед плевком. Эх, минус один сюжетный троп. Значит, время вспомнить любимую магию отродья.

«Гинн Алу Сфагиазе»

Он отошел от двери сразу на десяток шагов, к середине комнаты, пафосно вытянул руки вперед.

«Не съем, так понадку-у-о-ох-БАЛИ-А-А-А»

Целый шквал мощных железных не игл даже — арбалетных болтов вырвался из его ладоней, смел неподатливую дверь, точно таранным массивом. Грохот, пыль, свист преисподней, плаксивый треск сломленных досок, визг железных рикошетов от стен

Медей в ужасе закрыл голову руками, мимо уха прогудел острый обломок. Другой с размаху ткнулся в инстинктивную пленку Вард, спасибо рефлексам отродья. Стук щебенки из побитых стен, остатки зарядов преодолели сопротивление, стали бить дальше

Из-за поднятых в воздух щепок, древесной пыли и железного грохота он не мог ни видеть, ни слышать, ни мыслить. Из-за недостатка опыта — отменить заклинание вовремя. Так и стоял скрюченный, с мерцающим Вард вокруг тела. Дурак-дураком, дубина-дубиной и неким средним знаменателем первых двух, пока поданная в заклинание мана окончательно не иссякла.

Медей покачнулся на месте, чуть не осел на пол, однако смог выпрямиться и даже не закричать от боли в опять перетруженном духовном теле. Зато закрыл одну цель: довел себя до истощения. Осталось только выпить один славный напиток и сочинить вису о подвигах. Точнее, спереть подходящую песню или стих из своего духовного наследия.

Медей хмыкнул и тут же застонал от едкой, кислотной боли в суставах, груди, вокруг позвоночника…

Маны в теле оставалось процентов пять, не больше. Все еще довольно неплохо, если учесть прошедший бой, а также стремительный подъем обратно в замок, который тоже отщипнул себе кусочек его магической энергии.

Он выпрямился, открыл глаза, закашлялся от поднятой пыли и каменного крошева. Ну, оценить ущерб оказалось легко даже в полумраке, через пыльное облако. Дебелое полотно превратилось в одну большую дыру с бахромой по краям, стена вокруг него иссечена злой металлической магией, а дальше

Первым, что сумел разглядеть несчастный наставник сквозь оседающий дым — бензиновые разводы чужого Вард прямо напротив двери. А за ними — выпученные глаза вездесущей Колхиды. Распахнутый рот вездесущей Колхиды. Удивительно причесанные волосы с ранней сединой каменной пыли у вездесущей Колхиды

«Ах ты падшая женщина, не могла другое место выбрать, что пройти мимо?!» — искренне возмутился он.

Падшая женщина захлопнула отклянченную челюсть. Глаза сверкнули красным, волосы позади стали развеваться, как в дешевых ужастиках, моментально утратили последние следы борьбы с расческой.