Чтение онлайн

Эскулап же с противным хрустом вгрызлась в яблоко. Как оно попало к ней в руку, Медей не заметил.

— Видишь ли, иногда стигма может выкидывать на более глубокие этажи подземелья…

Девушка действительно заинтересовалась его повестью. Даже вяло похлопала в ладоши, пока дожирала яблоко острыми, больше кошачьими, нежели человеческими зубками.

— … А потом мужик закинул меня в закрытый класс, — закончил Медей, после чего тут же спросил:

— Ты не слышала раньше о подобных способах безмолвного колдовства? Можно и не совсем подобных.

Он и не думал прятать свой интерес: с таким опытом полубог сразу увидит попытки скрыть очевидное. Зато мог спрятать за жаждой силы отнюдь не праздный интерес к магии, похожей на свою.

— Существует немало разных таинств, которые можно назвать «безмолвным колдовством», — она прищурилась Медею в лицо, — тот случай с внутренним миром — один из таких. Раньше подобный способ пользовался популярностью. Сейчас почти забыт, хотя старые семьи все еще практикуют подобное.

— Почему его убрали на полку?

Эскулап вскинула брови, однако поняла аналогию:

— Сложная ментальная дисциплина. Высокие требования. Душа мага для каждого такого артефакта, плюс один проводник для поддержания области, проверки входящих, да мало ли придумали функций. В итоге: тяжело, затратно, редко окупается, легко сломать.

— Впечатляет.

— Впечатляет, — повторила за ним целительница, — как и то, что тебе хватило тренированности разума для использования этого ритуала.

— Как много нам открытий чудных готовит просвещенья дух, — нагло усмехнулся Медей.

Его оппонентка поддержала игру акульей улыбкой.

— Как насчет кофе? — предложил Медей, — первая порция бесплатно, если научишь меня нормально его готовить.

Он поставил мешочек с ягодами прямо на простынь кровати. Выглядел жест слегка двусмысленно.

— Наглец, — улыбка очертила две очаровательные ямочки, прямо под белыми чешуйками Эскулап, — откуда у тебя вообще взялись целые ягоды? Их же запретили к продаже любому, кто не целитель или… ты хоть знаешь, что вообще делает чистый кофе? Как применяется?

— Ах, мне хотелось выяснить по ходу пьесы.

— Боги, дайте мне сил. Когда-нибудь твоя лень обернется такой трагедией, что сам Менандр будет записывать твои заключения: «по ходу» и кричать от восторга.

— Фу, подруга. Звучит по-гейски…

Эскулап все же рассмеялась, пока доставала из закромов медное блюдце.

— Ты же знаешь, что он приобретает разные свойства, в зависимости от заварки, времени суток, влитой маны…

— Чего-о-о?!

«Это же просто кофе, камон!»

Тяжкий вздох великой врачевательницы мог бы вогнать в краску и мертвого. Ну, технически, Медей все еще жив, поэтому не обратил на ее разочарованную мину никакого внимания. Он этих кривляний из памяти отродья насмотрелся на все будущие реинкарнации.

— Я пробовал только раф и бензиновый шмурдяк. Они, действительно, различались по эффекту. Ну и вкусу, понятно.

— Понятия не имею, о чем ты, — раздражение, намек на вопрос.

Медей описал, как мог, свои ощущения и от первого, из нормальной кофейни, и от второго, дегтярно-блевотного выкидыша желудевого кофе кайзеровской Германии.

Зато второй хорошо торкнул, подарил вдохновение, а также убойную дозу пофигизма перед последствиями. Что он и описал заинтересованной лоле в халатике.

— Хм. Интересно, — протянула она, пока звенела разными склянками у вытяжного шкафа, — этот твой «раф» — просто обычный напиток из слабого порошка кофе, который мололи магически инертным металлом. Серебром, наверное.

— А второй?

— О, а вот «шмурдяк», — она хихикнула, когда произносила незнакомое ей слово, — довольно редкое явление. Почти уникальное.

—?

— Скорее всего, некий недоучка достал подгнившие ягоды, использовал обычную бронзу, то есть оставил в них магию, вдобавок пересушил. Как вариант: сам концентрат перекис, но не полностью.

— То есть, повторить не получится?

— Без вариантов, — она мило не стала спрашивать, «зачем», — это хороший результат один, а плохих может быть бесконечное множество.

Шлеп-шлеп босыми ногами. Сандальки она носила только перед «официальными» посетителями, из рядов которых выгнала несчастного Медея после первого же контакта.

— И чем он так хорош?

— Непредсказуемостью, — змеи с кадуцея довольно зашипели в унисон ее мурчащим ноткам, — такая ошибка может усилить твои способности, может, наоборот, ослабить, закупорить, подарить видения или срыв, возбудить или погрузить в сон.

— Ого. А его эффект можно как-нибудь преодолеть?

— Конечно, это ведь концентрат. Он и на половину не такой сильный, как правильный напиток из хорошо засушенных ягод. Хотя свойства конкретной гадости остаются неизменными.

— Прикольно, — оценил Медей.

— Тебе, можно сказать, повезло. Слабый, более-менее управляемый результат, да еще и положительный. Сам говоришь, придумал нечто полезное.

— Ты бы говорила по-другому, если бы попробовала на вкус, — проворчал Медей, — то есть, та бурда уникальна?

— Ага, наверняка пылилась у них со времен Титаномахии, пока один олух не решил проверить лежалый товар на съедобность. Эх, жаль, я не могу выходить в город — обязательно бы попробовала и закупила немного впрок…

Несмотря на солидный возраст, томные нотки женских намеков выходили у милашки на удивление топорно.

К ее неудовольствию, Медей рассмеялся.

— Что за глупый смех, нахал! — она рассерженно шлепнула ножкой по полу и чопорно скрестила руки на груди.

Легкий румянец досады он заметил только из-за ее удивительно светлой кожи и контраста белых чешуек.

— Я понял намек, о прекрасная врачевательница. Твой покорный слуга доставит лежалую хрень, даже если ему придется умереть… от рук Колхиды! — пафосно провозгласил он.

— Так-то лучше, — великая целительница улыбнулась против воли, покачала головой и сграбастала мешочек с кофе.

"Так, надо бы реально пойти забрать. Эскулап ладно, мне и самому стало интересно. Мало ли, где такой странный чифир пригодится? Отравить кого-нибудь или травануть или подсыпать с гнусной целью. Ах, какой богатый спектр воздействия! Блин, как бы денег на все найти?