Чтение онлайн

Его ладони скользнули по моей талии, остановились, снова сжались — осторожно, но уже не отстранённо.

Я сама прижалась ближе.

И почувствовала, как он дрогнул.

Этот сильный, уверенный, невозможный мужчина дрогнул от моего прикосновения.

И это было почти невыносимо.

— Ты сводишь меня с ума, — хрипло сказал он у моих губ.

— Взаимно.

Он вдруг тихо рассмеялся.

Низко.

Счастливо.

И от этого смеха у меня внутри всё стало мягким.

До боли.

Он поднял меня на край стола легко, будто я ничего не весила, и встал между моих коленей.

Я ахнула от неожиданности.

— Артём…

— Остановиться?

Нет.

Нет.

Нет.

Я покачала головой и сама притянула его к себе.

Это было безумие.

Запретное.

Опасное.

Неправильное по всем пунктам моей старой жизни.

Но когда он целовал меня так, будто я нужна ему до боли, всё неправильное вдруг казалось единственно настоящим.

Он касался меня бережно, даже когда в поцелуях становился почти отчаянным.

Пальцы скользили по волосам, по спине, по рукам.

Я чувствовала его дыхание у шеи и понимала, что уже не вернусь прежней.

Не после этого.

Не после того, как позволила себе хотеть.

Не после того, как перестала убегать.

Где-то за дверью хлопнуло.

Мы оба замерли.

Сердце у меня чуть не вылетело из груди.

Шаги в коридоре.

Голоса.

Смех студентов.

Реальность вернулась резко, холодно и болезненно.

Артём медленно отстранился, но рук не убрал.

Мы смотрели друг на друга в полной тишине.

Я сидела на краю стола, растрёпанная, с горящими губами и расстёгнутой верхней пуговицей рубашки.

Он стоял между моих коленей, тяжело дыша, с потемневшими глазами и таким выражением лица, будто ему понадобились все силы мира, чтобы не продолжить.

Господи.

Что мы творим?

В коридоре кто-то прошёл мимо двери.

Потом тишина.

Я закрыла глаза и судорожно выдохнула.

— Это безумие.

Артём осторожно коснулся моего лба своим.

— Да.

— Нам нельзя.

— Знаю.

— Но я…

Голос сорвался.

Он сразу напрягся.

— Что?

Я открыла глаза.

И впервые сказала это без защиты.

Без шутки.

Без попытки спрятаться за возрастом.

— Я не хочу, чтобы ты уходил.

Что-то в его лице изменилось.

Словно эти слова попали прямо в сердце.

Он медленно провёл пальцами по моей щеке.

— Я никуда не ухожу, Лен.

Я хотела поверить.

Очень.

Но страх всё ещё жил внутри.

Тихий.

Липкий.

Упрямый.

— Ты не понимаешь. После этого всё станет сложнее.

— Уже стало.

— И опаснее.

— Да.

— И если кто-то узнает…

— Мы разберёмся.

Я горько усмехнулась.

— Ты говоришь так, будто всё просто.

— Нет. Я говорю так, потому что ты не одна.

У меня снова защипало глаза.

Господи.

Эти слова.

Всегда эти слова.

Не «я всё решу за тебя».

Не «не думай».

А именно: ты не одна.

Артём осторожно помог мне спуститься со стола.

Я поправила рубашку дрожащими пальцами, он поднял с пола мои бумаги.

Несколько секунд мы молча собирали рассыпанные листы.

Странная, почти бытовая тишина после такого безумия.

И от этого стало ещё страшнее.

Потому что между нами теперь было не «почти».

Не «если».

Не «когда-нибудь».

Мы перешли черту.

Не до конца.

Не окончательно.

Но достаточно, чтобы больше не притворяться.

Артём подошёл и положил папки на стол.

— Лен.

Я подняла взгляд.

Он смотрел серьёзно.

— Я не буду давить. Не буду торопить. Но больше не хочу делать вид, что ты просто мой преподаватель.

Сердце сжалось.

— А я не хочу быть твоей ошибкой.

Он шагнул ближе.

— Ты не ошибка.

— Тогда кто?

Артём посмотрел на меня так, что у меня снова сбилось дыхание.

— Женщина, из-за которой я впервые в жизни готов ждать.

Тишина стала почти болезненной.

Я не знала, что ответить.

Поэтому просто взяла его за руку.

И на этот раз первая переплела наши пальцы.

Он посмотрел на наши руки.

Потом на меня.

И тихо улыбнулся.

Так нежно, что внутри всё дрогнуло.

— Вот теперь верю, что ты не убежишь.

Я слабо усмехнулась.

— Не зазнавайся, мальчик.

Его улыбка стала шире.

— Поздно, тёть.

И я вдруг рассмеялась.

Тихо.

Нервно.

Счастливо.

Слишком счастливо для женщины, которая только что сделала самую опасную ошибку в своей жизни.

Хотя, может быть, это была вовсе не ошибка.

Может быть, это была первая честная вещь, которую я позволила себе за много лет.

Глава 25

После вечера в кабинете всё изменилось окончательно.

Теперь между нами была тайна.

Опасная.

Живая.

Сводящая с ума.

И, Господи…какой же сладкой она оказалась.

Я проснулась в шесть утра от вибрации телефона.

Первое, что увидела — сообщение от Артёма.

«Ты даже не представляешь, как мне сейчас тяжело не приехать к тебе».

Сердце моментально дрогнуло.

Боже.

Ещё вчера я бы испугалась таких слов.

А сегодня лежала в постели и улыбалась как полная идиотка.

Я.

Елена Сергеевна Воронцова.

Тридцать четыре года.