Марина Цветаева. Письма 1937-1941
Шрифт:
О здесь. Здесь много новых и уже никого старого. Уехал Ной Григорьевич, рассказывавший мне такие чудные сказки. Есть один, которого я сердечно люблю — Замошкин [603] , немолодой уже, с чудным мальчишеским и изможденным лицом. Он — родной. Но он очень занят, — и я уже обожглась на Т<агере>. — Старая дура.
— Годы твои — гора. Время твое — царей. Дура! любить — стара, — Други! любовь — старей: Чудищ старей, корней, Каменных алтарей Критских старей, старей Старших богатырей… [604]603
Н.И. Замошкин. См. письмо к нему.
604
Стихотворение Цветаевой (24 января 1940 г.). См. также стихотворение «Пора! Для этого огня…», написанное днем ранее и обращенное к Е.Б. Тагеру (СС-2. С. 366).
Так я всю жизнь — отыгрывалась. Так получались — книжки.
Ваши оба письма — дошли. Приветствую Ваше тепло, — когда в доме мороз все вещи мертвые: вздыхают на глазах, и несвойственно живому жить среди мертвецов, грея их последним теплом — сердечным. Молодец — Вы, этой удали у меня нет.
О себе (без Т<агера>) — перевожу своего «Гоготура» [605] — ползу — скука — стараюсь оживить — на каждое четверостишие — по пять вариантов — и кому это нужно? — а иначе не могу. Мур ходит в школу, привык сразу, но возненавидел учительницу русского языка — «паршивую старушонку, которая никогда не улыбается» — и желает ей быстрой и верной смерти.
605
Поэма Важи Пшавелы «Гоготур и Апшина», над переводом которой работала Цветаева. См. также письма к В.В. Гольцеву.
Ну, вот и все мои новости. Хозяйка едет в город — тороплюсь.
Очень прошу: когда будете брать у Т<агера> книгу — ни слова о моей обиде: много чести.
Не знаю, как с бумагой, но лучше бы каждое стихотворение на отдельном листке, чтобы легче было потом составить книгу, без лишней резни. И — умоляю — если можно — 4 экз<емпляра>, п<отому> ч<то> целиком перепечатываться эта книга навряд ли будет.
Обнимаю Вас и люблю. Пишите.
МЦ.
Впервые — Грани. Франкфурт-на-Майне. 1990. № 155. С. 141–144 (публ. И. Шенфельда). СС-7. С. 669–670. Печ. по СС-7.
9-40. В.Я. Эфрон
<1 февраля 1940 г.>
Голицыно
Милая Вера!
Очень большая просьба. Мне предлагают издать книгу избранных стихов. Предложение вполне серьезное, человек с весом [606] . Но — дело срочное, п<отому> ч<то> срок договоров на 1940 г. — ограниченный. Хочу составить одну книгу из двух — Ремесла и После России. Последняя у меня на днях будет, но Ремесла нет ни у кого. Ремесло, Берлин, Из<дательст>во Геликон, 1922 г.
606
…человек с весом. — По предположению М.И. Белкиной, этим влиятельным человеком мог быть П.И. Чагин. Именно по его распоряжению заключили с Цветаевой договор на сборник стихов (Белкина М.И. С. 212). См. коммент. 2 к письму к Т. Имамутдинову от 16 августа 1941 г.
Эта книга есть в Ленинской библиотеке, ее нужно было бы получить на руки [607] , чтобы я могла ее переписать, т. е. ту часть ее, к<отор>ая мне понадобится. А м<ожет> б<ыть> у кого-нибудь из Ваших знакомых — есть?
Главное — что меня очень торопят.
Целую Вас, привет Коту [608] .
МЦ.
Ремесло в Ленинской библиотеке — есть наверное, мне все говорят.
607
В.Я. Эфрон в это время работала в Государственной библиотеке имени В.И. Ленина (Российская государственная библиотека).
608
Домашнее прозвище Константина Михайловича Эфрона (1921–2008). сына В.Я. Эфрон и М.С. Фельдштейна.
— Нынче (1-ое февраля) Муру 15 лет.
Впервые — НИСП. С. 392. Печ. по тексту первой публикации.
10-40. В.В. Гольцеву
Голицыно, дом писателей,
2-го февраля 1940 г.
Милый Виктор Викторович,
Договор я получила, но подписать его в таком виде никак не могу [609] .
609
Все письма Цветаевой к Гольцову посвящены ее работе над переводом поэм В. Пшавелы. Гольцев был составителем и редактором антологии грузинской поэзии, а также одним из редакторов будущей книги В. Пшавелы «Поэмы». См. письмо к И.А. Новикову и коммент. 3 к нему.
Во-первых — срок: 25-ое февраля на обе вещи — боюсь, что не справлюсь, а если подпишу — от страху наверняка не справлюсь. Гоготура у меня пока сделано 3/4 , а Барс вовсе не начат, из остающихся же 23-х дней — несколько уж наверное выпадут — на поездки в город, приезды знакомых, домашние дела — и прочее. Считаясь с медленностью моей работы (не больше 20 строк [610] , а когда и меньше, а на 330 сделанных строк — уже целая громадная черновая тетрадь, могу показать), я никак не могу поручиться за срок — тем более, что дней пять у меня еще уйдет на правку Гоготура.
610
Эту цифру подтверждает и Пастернак: «Она (Цветаева — Сост.) не понимала, как можно переводить с языков, которых не знаешь. Жаловалась мне, что делает только 20 строк в день. Я в то время мог делать по 150» (цит. по кн.: Масленникова З.А. Портрет Бориса Пастернака. М.: Сов. Россия, 1990. С. 39–40).
Второе: в договоре неверное количество строк: в Гоготуре не 424 строки, а 442, в Барсе — не 140, а 169, — в общем на 47 строк больше, чем сказано в договоре. Давайте так: либо 25-ое февраля — на одного Гоготура, либо 10-е марта — на обе вещи, как хотите, но только не 25-ое февраля на обе. Я не хочу гнать через пень-колоду, подгоняемая страхом. Меня подгонять вообще не надо: я всегда даю свой максимум, не моя вина — что он так мал.
Вполне возможно, что я обе вещи закончу раньше 10-го марта — это уже дело удачи — тогда и представлю их раньше, но раньше, чем они будут совсем хороши — не сдам, поэтому и не хочу этого срока.
До Вашего ответа договор держу у себя — и работаю дальше. Если не хотите писать — позвоните мне в Голицыно, Дом Писателей, где я ежедневно бываю от 1 ч<аса> 30 м<инут> до 2 ч<асов> 30 м<инут> и от 6 ч<асов> до 7 ч<асов> и немножко позже (9-го вечером и 10-го днем меня не будет).
Шлю Вам сердечный привет и надеюсь, что Вы поймете серьезность моих доводов. Первый заинтересованный — Ваш (или: наш) автор.
МЦ.
Впервые — ВРХД. 1979. № 128. С. 189 (публ. В.Л. Швейцер). СС-7. С. 682–683. Печ. по СС-7 (текст сверен по копии с оригинала из РГАЛИ).
11-40. Л.В. Веприцкой
Голицыно, 3-го февраля 1940 г.
Дорогая Людмила Васильевна,
Вчера вечером, с помощью Ноя Григорьевича — моего доброго гения — звонила Т<агеру>. Говорила любезно и снисходительно, и выяснила следующее: он не знал, что это «так спешно» (хотя предупреждала его, что книга — чужая, дана мне на срок, и т. д.), с Вами у него вышло «какое-то недоразумение», как раз нынче собирался мне звонить, и даже как-нибудь мечтает приехать — словом, все очень мягко и неопределенно. (Я ни слова не сказала ему о тоне Вашего письма, — только, что Вы до сих пор от него книги не получили.) Когда же я стала настаивать, чтобы он немедленно (хорошее немедленно, когда он уехал 23-го!) Вам книгу свез, он стал петь, что его цель — получить оттиск, а Вы ему такового не дадите. — Да, но моя цель — возможно скорее иметь свой оттиск, п<отому> ч<то> это нужно для Гослитиздата! — но тут случился сюрприз; оказывается, у него на руках и другая моя книга, к<отор>ую я ищу по всей Москве, и тоже до зарезу мне нужная [611] (из двух будет (если будет) одна). Пришлось сдержать сердце — и даже просить — чтобы он меня выручил, т. е. одолжил на время.
611
Цветаева пишет о своем сборнике «Ремесло» (1923). См. письмо к В.Я. Эфрон от 1 февраля 1940 г.