Чтение онлайн

Дазай сделал пару шагов назад и хлопнул в ладоши. Оживший мертвец дёрнулся, развернулся и побрёл в его сторону, припадая на одну ногу. Двигался он довольно медленно. Оставив Дазая играть в догонялки с зомби, Чуя продолжил поиски. Убедившись, что в каменном гробу ключей нет, он перебрался к большому лаковому чёрному, лежащему на земляной насыпи вниз изголовьем. Чуя потянул крышку, ожидая увидеть, что угодно: хрипящего мертвеца, тянущего к нему истлевшие руки, или забывшегося сном вампира, но никак не облезлую крупную крысу, с истошным писком бросившуюся ему под ноги. Отшатнувшись в сторону, Чуя проследил, как та убегает, петляя между гробами и постаментами, пока она не скрылась в тёмном углу. Внутри не нашлось больше ничего, кроме пары белых костей, источенных мелкими острыми зубами.

Ключи нашлись в маленьком, с виду детском, гробу, лежащем на боку сразу за земляной насыпью. На его крышке был грубо нацарапан кривой покосившейся крест над дугой, означавшей, вероятнее всего, могилу. Внутри лежала потрёпанная соломенная кукла, обвязанная разноцветными лентами, на одной из которых болтался небольшой ключ с биркой.

— Двести девяностая, — сообщил Чуя, отвязав ключ.

Ещё около десяти минут он потратил на то, чтобы проверить, открываются ли остальные гробы, не заедают ли замки. В процессе, Чуя отыскал ещё одного подвижного зомби, который тут же присоединился к игре в салочки, что явно порадовало Дазая: теперь тот развлекался, сталкивая мертвецов, ориентирующихся только на звук, друг с другом.

На полке нашлась ещё одна масляная лампа. Чуя зажёг её, проверяя работает ли, потушил и снова зажёг. Достал из коробка несколько случайных спичек, каждой чиркнул по коробку, все они исправно загорелись.

Решив закончить на этом с проверкой функционала данной подлокации, он направился к верёвочной лестнице, поднялся по ней и толкнул дверь. Та поддалась, открываясь и наполняя склеп в подвале дома слабым светом.

— Идём, — позвал Чуя, выбираясь обратно в коридор.

— Поиграем ещё как-нибудь в другой раз, — пообещал зомби Дазай.

Подняв с пола большой камень, он запустил его в противоположную сторону. Камень врезался в стену, издав при этом, глухой звук, упал на пол и откатился в сторону. Ожившие мертвецы развернулись и, слепо шаря руками перед собой, побрели в том направлении. Выждав, пока они отойдут подальше, Дазай потушил лампу, поставил её на пол и поднялся по лестнице в коридор.

Закрыв дверь в шестьдесят девятую комнату, чтобы ненароком не провалиться вниз, если доведётся вновь проходить этим коридором, напарники направились дальше в поисках нужной двести девяностой. По мере их продвижения, закреплённые на стенах светильники загорались, освещая дорогу, в то время, как оставшиеся за спиной гасли, погружая коридор позади во мрак.

Уже через десять дверей их ждала развилка. Чтобы сократить время на поиски, всё же им предстояла работа по тестированию функционала, а не развлекательный квест, Чуя заглянул в файл расположения комнат. Нужная им находилась справа.

Сразу за дверью обнаружилась небольшая комнатка с единственным окном, зарешеченным как снаружи, так и изнутри. В самом центре доски пола были выпилены по кругу, и в землю был вкопан широкий котёл. Кроме него в комнате был лишь небольшой столик у самой двери, на нём стояла фигурка-оригами в форме собачки. Развернув бумагу, Чуя обнаружил короткую записку, состоящую всего из одной фразы: «ключи на дне котла».

Отложив измятый лист бумаги обратно на стол, он направился к центру комнаты, попутно осматриваясь по сторонам: нет ли видимых глазу дефектов. Дазай шагал за ним по пятам, что-то насвистывая себе под нос. Стоило им отойти на метр от двери, как та с тихим хлопком закрылась.

Вскоре стало заметно, что в котле что-то копошится. При ближнем рассмотрении оказалось, что он до середины наполнен разного размера и форм пауками. Они медленно лениво ползали из стороны в сторону, перебираясь друг по другу и явно не старались выбраться наружу.

— Твоя очередь, — заявил Чуя, оборачиваясь к напарнику.

Дазай не стал спорить: опустившись на колени рядом с котлом, он спокойно опустил руку в кишащую массу. Пауки засуетились, несколько из них с интересом стали взбираться вверх по шершавым бинтам повязки на рукав. Понаблюдав с минуту, как Дазай с невозмутимым видом шарит рукой в поисках ключей по дну котла, а сотни пауков перебирают множеством тонких и толстых, длинных и коротких, голых и махровых лапок, Чуя отвернулся, потёр нестерпимо зудящую кожу на руке и направился к окну.

Первым, что бросалось в глаза, был разросшийся кустарник с узкими тёмно-зелёными листьями сразу под окном. Чуть поодаль можно было рассмотреть асфальтированную дорогу, то тут, то там покрытую выбоинами, пару припаркованных автомобилей. Дома напротив почти полностью терялись в молочно-белом густом тумане. Лишь по тёмным и слегка размытым контурам удавалось опознать деревья, фонарные столбы и нечто напоминающее старую телефонную будку.

Чуя ухватился за решётку с внутренней стороны окна и подёргал. Убедившись, что та намертво приварена, он ещё раз обошёл комнату, но так и не отыскал ничего, что помогло бы достать ключи из котла с пауками каким-либо другим способом.

Тем временем Дазай всё же отыскал и вытащил из кишащей массы пауков ключ с брелком.

— Четыреста первая, — сообщил он, стряхивая мелких паучков, успевших забраться на рукав, обратно.

— Похоже нам на второй этаж, — резюмировал Чуя, открывая дверь и выходя в коридор, нужно поискать лестницу.

Прогулявшись по коридору до конца, они упёрлись в тупик. Пришлось вернуться к развилке и направиться в обратную сторону. На этот раз поиски увенчались успехом: они наткнулись на лестницу, ведущую на второй этаж, сразу за первым же поворотом. Нужная комната оказалась самой крайней на этаже.

За дверью их ожидало совсем небольшое помещение, стены его были полностью покрыты кафелем. Под потолком болталась на тонком проводе мигающая лампочка. Посреди комнаты стояла ванная, до краёв наполненная кровью, из которой виднелись узкие тонкие плечи и запрокинутая голова. Закатившиеся глаза являли взору чуть отдающие желтизной белки со вздувшимися прожилками синих вен. Свесившаяся наружу тонкая бледная рука от запястья до локтевого сгиба была чем-то изрезана поперёк. Неровные края ран разошлись в стороны, кожа была перепачкана в уже подсохшей крови.

На полу образовались лужи грязной воды. На бледно-зелёном кафеле в мутных разводах, прямо над ванной красовалась написанная кровью, уже подсохшая и теперь больше коричневая, чем красная, надпись: «под водой».

— Камень, ножницы, бумага? — предложил Дазай, протягивая сжатую в кулак ладонь.

— Хорошо, — легко согласился Чуя, — камень, ножницы...

— Покажи камень, — перебил его Дазай, широко улыбаясь.

— Бумага, — договорил Чуя, вытягивая указательный и средний палец и недовольно щурясь на напарника.