Марионетки в зазеркалье
Шрифт:
— Я проиграл, — сообщил тот, помахав ладонью у него перед носом, и направился к ванной.
— Ты специально, — догадался Чуя, наблюдая, как Дазай опускает руку в наполненную кровью воду и вытягивает пробку.
— Тебе было бы неприятно это делать, — пожав плечами, сообщил тот, бинты на его руке и рукав формы промокли и покрылись безобразными коричнево-багровыми пятнами.
— Внутри оболочки не так критично, — вместо благодарности ответил Чуя, глядя, как закручиваясь спиралью, стекает в сток вода, обнажая бледное женское тело, повсеместно покрытое глубокими порезами.
Потоками воды ключ с брелком принесло к решётке слива. Выведенные на брелке белой краской цифры, сейчас были покрыты красными разводами. Подцепив ключ за кольцо, Чуя открыл кран, мутноватая вода потекла тонкой струйкой.
— Четыреста пятнадцатая, — сообщил он, отмыв брелок, — совсем близко. Кран работает, лампочка моргает, надпись хорошо видна. Всё соответствует поданным данным, — окинув комнату взглядом, подытожил Чуя.
— Угум, — отозвался Дазай, всё его внимание было приковано к многочисленным порезам на руках девушки. И рассматривал он их, как показалось Чуе, с нездоровым интересом, едва касаясь кончиками пальцев бледной кожи и потёков засохшей крови на ней.
Чуя ощутил острое желание сделать напарнику замечание, сам толком не осознавая о чём, когда планшет в руках издал тихий звук, сигнализируя о пришедшем сообщении. Опустив глаза на экран, он убедился, что Тара сообщает о скором конце смены и просит завершить все дела.
— Через пару минут нас отключат, на сегодня всё, — сообщил Чуя Дазаю, тот лишь кивнул, не оборачиваясь.
Оставив напарника в мрачного вида комнате, Чуя вышел в коридор и, тяжело вздохнув, закрыл глаза. Перед внутренним взором всё ещё копошились пауки, проворно взбирались вверх по руке, ныряли в рукава и, казалось, тут же оказывались повсюду, едва ощутимо касаясь своими цепкими лапками кожи. Копошащиеся насекомые будили дурные воспоминания. Чуя открыл глаза и устало потёр переносицу, отгоняя непрошеные мрачные мысли. Коридор быстро погружался во мрак. Вскоре стало настолько темно, что невозможно уже было что-либо разобрать. Вспыхнули и погасли расходящиеся веером перламутровые разводы.
Чуя моргнул и сел прямо, разминая внезапно затёкшее плечо. Рядом тихо жужжали и пищали приборы. На столе перед монитором, отслеживающим их перемещения внутри локации, лежали наполовину заполненные бланки отчёта по смене. Тара что-то искала под ним, отодвинув в сторону стул. Дазай ещё лежал в кресле, веки его чуть подрагивали, словно он видел тревожный сон: начинающим работать внутри оболочки порой требовалось больше времени, чтобы прийти в себя после отключения.
Сняв с руки браслет и тонкие хирургические перчатки следом, Чуя скормил их утилизатору и надел уже привычные, будто вторая кожа, свои чёрные.
— Что-то потеряли? — поинтересовался он у Тары, подходя ближе.
— Нет, да, ой, — Тара резко попыталась подняться и стукнулась затылком. — Ручку обронила и никак не могу найти, — призналась она, выбираясь из-под стола и поднимаясь на ноги. — Вот отчёт не заполнила до конца, — с досадой добавила она.
— Возьмите мою, — предложил Чуя, доставая ручку закреплённую у обложки блокнота, в котором собирался делать пометки наблюдений для доктора Пасседа, да только так и не начал.
— Большое спасибо, — отозвалась Тара, протягивая руку, но так и не решаясь взять. — Это ничего, если я её возьму? — неуверенно поинтересовалась она.
— Берите насовсем, — великодушно предложил Чуя, вручая пресловутый подарок просиявшей ассистентке.
— А, мистер Накахара, вы не подскажите мне, — набралась смелости Тара, привлекая его внимание. — Тут в нескольких местах мне не совсем понятно, что я должна указать. Мы заполняли бланки несколько другого образца, и вот...
— Да, конечно, где именно? — наклоняясь над бумагами, поинтересовался Чуя. — Я задержусь немного, иди в общежитие сам, — обратился он к Дазаю, заметив краем глаза, что тот ждёт его у дверей. — Хорошо поработали.
Дазай постоял ещё пару минут, словно размышляя, и молча вышел из кабинета.
На помощь с отчётом Таре Чуя потратил ещё около часа, а потому по пути в общежитие думал только о том, как замечательно было бы сейчас обнять подушку и отключиться на несколько часов. Но его планам явно не суждено было осуществится так просто: первым, кого он заметил в коридоре, был Дазай, дежуривший у его двери.
— Чего не спишь? — поинтересовался Чуя, отпирая дверь.
— Хочу к тебе в гости, — заявил Дазай.
— Нет, — отозвался Чуя, протискиваясь в свою комнату и пытаясь закрыть дверь, в которую его новый напарник намертво вцепился. — Я устал и хочу спать. Завтра нам снова в ночь работать, так что иди к себе и как следует выспись.
Захлопнув, наконец, дверь, Чуя запер её на замок, но не успел сделать и пары шагов, как раздался тихий стук.
— Дазай, я не собираюсь тебя развлекать, иди к себе и ложись спать, — посоветовал он двери.
Выждав пару минут и убедившись, что стук не повторился, Чуя поплёлся к кровати. Едва он успел переодеться в удобную слегка растянутую футболку, привезённую с собой, и шорты — как привык спать дома — и завалиться на кровать, как раздался телефонный звонок.
— Да? — отозвался Чуя, предчувствуя недоброе.
— Мистер Накахара, — раздался взволнованный голос Тары, — извините, что беспокою вас в нерабочее время, это по поводу вашего напарника. Не могли бы вы впустить его...
— Нет, не мог бы, — перебил ассистентку Чуя. — И будьте так любезны, если не произойдёт какое-то стихийное бедствие, не беспокой меня до следующей рабочей смены. Спасибо, — отключив телефон, так и не услышав ответа, Чуя оставил его на тумбочке и, обняв подушку, закрыл глаза.
Едва он успел задремать, как телефон зазвонил снова, Чуя издал протестующий звук и зарылся в подушку, но телефон продолжал ползать по тумбочке от вибрации и сотрясать воздух трелями мелодии. Смирившись с неизбежным, Чуя протянул руку и взглянул на дисплей. На экране высвечивался номер дежурного по общежитию.
— Чуя Накахара, — на автомате представился он, — я вас слушаю.
— Мистер Накахара, мне очень совестно тревожить вас по столь, — мужчина на том конце трубки помолчал, явно подбирая нужное слово, но так и не справился с задачей, — странному вопросу, но не могли бы вы помочь унять вашего напарника по работе. Он мешает жителям общежития и я, честно говоря, не знаю, как урегулировать этот вопрос, не прибегая к административным мерам.
— Мешает, как? — сонно поинтересовался Чуя, потирая глаза и пытаясь хоть немного вникнуть в суть дела.
— Даже не знаю, как сказать, — дежурный вздохнул, явно собираясь с духом, — он сидит в коридоре у вашей двери, ставит подножки всем, кто проходит мимо, и даже грозился повеситься на балке напротив.
— Хорошо, я вас понял, — отозвался Чуя, поднимаясь на ноги и направляясь к двери. — Я решу эту проблему, прошу, не беспокойтесь.
— Ох, — дежурный с облегчением вздохнул, — я буду вам безмерно благодарен.