Чтение онлайн

— И при этом работы в оболочке не приостановлены? — вновь удивился Чуя.

— Приказа о приостановке работ не поступало, — мисс Кант поджала губы, похоже, эта ситуация и её не сильно устраивала. — У рабочих мест для подключения к программе и станций, обеспечивающих её стабильное функционирование, отдельный источник питания. Нам, как исполнителям, остаётся только работать согласно графику и ждать распоряжений от начальства.

— Значит, будем работать, — вздохнул Чуя, устраиваясь в кресле и активируя браслет.

Едва разлившуюся под веками темноту, сменили змеящиеся радужные переливы. Ненадолго ярко вспыхнув, они угасли. Он оказался на аллее в тени деревьев, вытянувшихся в ряд вдоль дороги. Ухоженные, постриженные и побелённые деревца на первый взгляд мало отличались от фотографий аллеи у дороги к клинике. Чуя прекрасно понимал, что при детальном рассмотрении отыщется множество несоответствий. Пустая дорога лентой убегала вдаль в одну сторону, с другой же сворачивала к виднеющемуся зданию клиники. Воздух был насыщен озоном, как после дождя, но дорога была абсолютно суха, а небо — безоблачно.

Чуя достал планшет, коротко описал проблему и отправил сообщение о доработке. Дазай склонился над дорогой, стоя чуть поодаль в тени деревьев.

— Что там? — поинтересовался Чуя, подходя ближе.

— Половинка от люка, — отозвался тот, рассматривая половину крышки люка на обочине дороги.

Вторая её часть, как и самого отверстия, отсутствовала, упираясь в бордюр рассечённой пополам петлёй.

— И про разметку отметь, — велел Чуя набирающему сообщение Дазаю.

Сплошная линия разметки на дороге не только резко разделялась на две полосы, но и меняла свой цвет с белого на грязно-жёлтый.

Издалека заметив пучки пожелтевшего иссохшего репья посередине цветущей ухоженной клумбы, Чуя медленно направился туда, сверяясь по координатам объекта с базой локации. Воздух внезапно стал сухим, слабый ветерок донёс запах разогретого асфальта. В воцарившейся духоте медленно раскрывали и закрывали крылышки бабочки на бутонах.

— А могли бы прикрутить облачка, — заметил Чуя себе под нос.

Репейника в центре клумбы, само собой, тоже не было в описании. Отправив координаты лишнего объекта, Чуя медленно побрёл вдоль дороги. Солнце заливало улицу. От воцарившегося зноя спина тут же взмокла, и рубашка прилипла к телу. Вяло толкались мысли в голове, вновь и вновь возвращаясь к утренним новостям.

Что-то тихо хрустнуло у него под ногой. Опустив глаза, он с удивлением увидел скованную льдом лужу прямо посередине дороги. Крохотные трещинки ещё разбегались из-под его ботинка, множась и тихо похрустывая. Чуя присел на корточки, стянул перчатку и коснулся льда кончиками пальцев. Тот оказался внезапно гладким, несмотря на сеть покрывших его трещин.

На глазах мутно-белый лёд стал прозрачным. Под ним раскинулась чёрная прорубь с плещущейся водой. Один в один, как во сне этой ночью. Чуя резко поднялся на ноги. Лёд вновь захрустел и проломился, резко уходя у него из-под ног. Чуя инстинктивно взмахнул руками и провалился в воду.

Его стремительно затягивало вниз, словно в воронке водоворота. Одежда вмиг промокла и взялась ледяной коркой. Холод пробирал до костей. Тело цепенело, руки и ноги онемели, теряя чувствительность. Холод влился в лёгкие, сжимая глотку в судорожных спазмах попыток вдохнуть.

В глазах потемнело, когда падение прекратилось. Чуя упал спиной на тугую витую сеть. Кашель рвал лёгкие на куски, булькающим звуком вырываясь из глотки, обдирая горло. Тело ломило, покалывало кончики пальцев. Болезненно сводило мышцы.

Когда приступы кашля сошли на нет, и перед глазами перестали мерцать радужные пятна, Чуя попытался пошевелить рукой. Тело отяжелело и плохо слушалось. Ему удалось лишь чуть приподнять кисть: от запястья и до локтя рука прочно прилипла к перекрученным нитям.

Чуя запрокинул голову, осматриваясь. Он лежал на переплетении нитей огромного ловца снов, головой к центру. По краю, далеко над его ногами, покачивались на фантомном ветру лёгкие птичьи перья. Белый пух вперемешку с остро очерченными гранями чёрных маховых.

Над отверстием в центре клубилась белёсая дымка. Поднималась вверх причудливыми завитками и рассеивалась, исчезая без следа. Сквозь него показалась большая чешуйчатая змеиная голова. Золотые глаза с чёрной трещиной зрачка неотрывно следили за ним. Высунулся и исчез длинный раздвоенный язык. Змей поднимался вверх. Тихо скрипели, трущие друг о друга чешуйки. Его тело завивалось чёрными дымными кольцами. Он покачивался у Чуи над головой, раскрыв пасть и обнажив длинные жемчужно-белые клыки, с которых капал вниз обжигающий едкий яд. Где тот коснулся кожи, её жгло, словно от кипятка. Змей покачнулся и кинулся вперёд.

Чуя резко открыл глаза, рывком садясь на твёрдой больничной кушетке и судорожно хватая ртом вентилированный прохладный воздух. На локтевом сгибе под пластырем налился тёмный синяк, видимо, от иглы капельницы. Чуя перевёл взгляд на запястье, татуировки на нём, ожидаемо, не было. Из-за шторки, отделяющей кушетку от палаты, показалась медсестра.

— Пришли в себя? Как самочувствие? — поинтересовалась та, окидывая его взглядом.

— Голова немного кружится, — признался Чуя. — Что со мной произошло?

— Вы потеряли сознание во время подключения к оболочке, — ответила она. — Вас отключили, следуя всем установленным процедурам, и переместили в медицинский блок.

— Ясно, — Чуя поднялся на ноги, его слегка качнуло, лёгкое головокружение не отпускало.

— Вы можете идти или остаться, если ещё чувствуете дурноту, — предложила та.

— Всё хорошо, лишь лёгкое головокружение, — заверил её Чуя. — Я лучше пойду и лягу спать дома.

— Ваш напарник не хотел уходить один, — сообщила медсестра, когда он зашнуровывал ботинки. — Здесь положено находиться лишь пациентом, поэтому я отправила его дожидаться в зал отдыха. Если он ещё не ушёл, то, наверное, сейчас там. Ваши личные вещи в третьей камере на входе, — она протянула ему ключ с биркой и его идентификационную карту. — Берегите себя.

— Благодарю, — отозвался Чуя, и на нетвёрдых ногах вышел за дверь.

Пустынный коридор был слабо освещён: горело лишь несколько лампочек. Попадающиеся ему по дороге двери палат были плотно прикрыты. Из-за них иногда доносился приглушённые голоса, в остальном было довольно тихо. Забрав свою сумку из камеры хранения, Чуя переоделся в раздевалке и направился в столовую. Именно этим путём быстрее всего было пройти в зал отдыха.

Спустившись с лестницы, он завернул за угол и столкнулся с высоким мужчиной. Из рук того на пол посыпались папки с документами. Негромко вздохнув, он присел на корточки, собирая их. Его длинные русые волосы были стянуты в хвост, небольшие очки-половинки соскользнули на кончик носа.