Чтение онлайн

— Считайте меня заинтригованным, — абсолютно невозмутимо сообщил Милорадович. В его тоне слышалась та самая смесь удивления и одобрения, которую я уже научился различать.

— Попозже расскажу, там история смешная, хоть и с душком, — пообещал я. — Сейчас у меня к вам просьба. Нужна помощь в новой разработке.

— Этим я заинтригован в меньшей степени, но помочь готов всегда. Рассказывайте.

Я коротко, без лишних технических дебрей, изложил ему концепцию «Тишины». Активная защита, перехват выстрела, выжигание оружия противника антимагией.

Князь слушал внимательно, не перебивая.

— … и вот, мне нужны замеры показателей при стрельбе из магострела, — закончил я. — Каких конкретно? Всех возможных, которые можно уловить магическими сенсорами. Спектр, колебания фона, скачок напряжения в момент разряда. Причем желательно знать, как выглядят эти показатели со стороны цели, и чем отличаются от тех, когда стреляют не в нее, а рядом.

— Ни слова более, — прервал меня Милорадович. — Полагаю, некоторым моим людям не повредит внеплановый визит на стрельбище. Им полезно встряхнуться.

— Спасибо, — искренне сказал я. — Неловко, правда, поднимать ребят посреди ночи ради моих экспериментов…

— Ваша неловкость напрасна, Дмитрий. Есть среди них такие, кто на стрельбы готов сорваться и в три часа ночи, и в праздники. Особенно без ограничений по патронам.

Я невольно улыбнулся. И сам в армии стрельбы обожал — благо, с частью повезло, стреляли мы много и с толком. Истории некоторых друзей про «два по десять за весь год» вызывали сочувствие и душевную боль.

— Еще раз благодарен.

— Ваша безопасность будет лучшей благодарностью, — серьезно ответил князь. — Тем более, ваши наработки могут быть крайне ценны для государства. Когда — и если — вы решите ими поделиться, разумеется. Хорошего вечера, Дмитрий Сергеевич.

Он отключился.

Я посмотрел на телефон. Решили вопрос с базой данных. Замечтательно.

— Ну что, Баюн? — подмигнул я коту. — Наука требует жертв, но сегодня мы обойдемся водой из-под крана.

Я подхватил банку с водицей, кисточку и полез на стремянку. Предстояла веселая ночка.

Остаток вечера прошел в режиме «акробат-любитель». Я скакал по квартире со стремянкой, макая кисточку в банку с водой, рисовал линии вдоль плинтусов, выводил сигилы в углах под потолком, замыкал контур на дверных косяках и оконных рамах.

Со стороны это выглядело бы как приступ шизофрении: взрослый мужик мажет стены водой. Но я чувствовал, как за кистью тянется невидимый, но плотный след. Вода испарялась, а кристаллическая решетка солей оставалась, намертво сцепленная с моей волей и влитой в нее энергией.

Последний штрих над входной дверью. Готово.

Я слез со стремянки, отряхнул руки. В голове тихо гудело — алгоритм встал на место, ожидая калибровки. Ему нужно было «понять», что такое ноль.

Я посмотрел на кота, который с интересом наблюдал за моими прыжками с кресла.

— Баюн, — сказал я. — Прошу на выход.

Кот картинно округлил глаза, прижав уши.

— Выгоняешь? — трагическим шепотом спросил он. — Но чем я тебя прогневал, о суровейший хозяин? Неужто тем, что спас твою шкуру от гранаты?

— Не паясничай, — усмехнулся я. — Не выгоняю, а даю приложить лапу к революционной магии. Ты мне нужен для теста. Давай, дружище, не подведи. Выйди на лестничную клетку, постой там пару секунд, а я откалибрую систему. А потом я сам выйду.

Баюн фыркнул, спрыгнул с кресла и с видом оскорбленного достоинства поплелся в прихожую. Я открыл ему дверь.

Кот вышел.

И тут же это случилось. Не звук, не картинка перед глазами. Просто в мозг, в тот сектор сознания, который я выделил под интерфейс «Весов», упал пакет данных. Чистая, дистиллированная информация. Дельта массы: минус двадцать целых и три десятых килограмма.

Работает. Черт побери, работает как часы!

Я распахнул дверь. Баюн сидел на коврике и вылизывал лапу.

— Батюшки, — присвистнул я. — Ну и тяжелый же ты, дружище Баюн. Двадцать кило! У тебя кости чугунные, или что?

— Ох, чья бы корова мычала, — парировал кот, заходя обратно в квартиру. — Это у тебя кость широкая, а у меня — плотность магического тела. Теперь давай, твоя очередь. Вали отсюда.

Я вышел на площадку. Закрыл дверь.

Секунда.

В голове снова щелкнуло. Изменение массы. Дельта: минус…

Цифра четко отпечаталась в сознании.

Баюн сидел в прихожей, и на его усатой морде читалось такое ехидство, что его можно было намазывать на хлеб вместо масла.

— Так что, сработал алгоритм? — спросил он.

— А то! — весело ответил я, вешая ключи на крючок. — Как швейцарские часы.

— А масса насколько изменилась? — с нарастающим интересом уточнил кот.

Я замер, снимая тапочки. Театрально, показательно-смущенно потупил взгляд, будто на полу под моими ногами находилось что-то очень интересное. Решил подыграть пушистому троллю.

Баюн не отступал:

— Так насколько, Дима? Цифры в студию.

— Вообще-то, про такие вещи спрашивать невежливо… — пробормотал я.

— Уж не тебе меня вежливости учить! — фыркнул он. — «Ну и тяжелый же ты, дружище Баюн!» — передразнил он мой голос, и весьма похоже. — Сам начал, сам и получай.

Я выпрямился, изобразив на лице праведное возмущение:

— И вообще, я это… Мышц наростил! Тренируюсь, между прочим. А мышцы тяжелее жира, это научный факт!

— Ага, и пресс вон какой, — ехидствовал кот, кивнув на мой живот, который хоть и стал меньше, но до идеала ему было как до Китая пешком. — Монокубик, так сказать. Цельный, литой! А у меня, может, масса харизмы и многовекового опыта!

Я не выдержал и рассмеялся.

— Да ладно, если без шуток, то ты просто здоровый. И это круто! Больше кота — всегда лучше.

Баюн перестал ухмыляться, посмотрел на меня серьезно.

— Ну да, ты тоже, — сказал он вдруг совершенно другим тоном. — И вообще, я б сказал, что у тебя солидный процент массы составляют яй… Эм, то есть, характер и сила воли, учитывая события последних дней. Другой бы на твоем месте уже сломался или запил, а ты еще и шутишь.

Я посмотрел на него с удивлением. Вот так вот. Начали с подколов про жир — закончили комплиментами про хребет. Плохо, что ли? Хорошо!