Чтение онлайн

— Спасибо, Баюн, — сказал я просто. — Это ценно.

Я снова отправился в душ. Скачки по стремянке заставили меня знатно пропотеть, футболку хоть выжимай. Стоя под горячими струями, я чувствовал, как физическая усталость берет свое, но мозг продолжал работать на высоких оборотах.

Когда я вышел, вытирая голову полотенцем, на часах было уже далеко за полночь.

— Пора спать, — констатировал Баюн, устраиваясь на спинке дивана так, чтобы видеть и входную дверь, и окна. — Ложись. Я покараулю. Мой слух и твои «Весы» — муха не пролетит незамеченной.

— Да не хочу я спать, — честно признался я, бросая полотенце в корзину. — Надо, понимаю. Но не лезет сон. Глаза закрою — и опять начинаю схемы в голове крутить. Или про Илью думать.

— Сейчас захочешь, — загадочно произнес кот.

— Это вряд ли. Снотворного у нас нет, а коньяк я пить не собираюсь.

— Есть кое-что получше, — Баюн прищурился, и его глаза сверкнули в полумраке. — Помнишь, я рассказывал тебе про способ возможного контакта с твоей семьей? Там, в твоем мире?

Меня словно током ударило.

Последние два дня — покушение, больница, граната, разработка защиты — выбили этот разговор из моей головы напрочь. Это казалось чем-то далеким, нереальным, из другой жизни. Но теперь…

Теперь я вспомнил. Тот самый разговор после выписки из больницы. Баюн говорил, что имеет идеи, как связаться с моей семьей. Про связь через грани миров.

— Помню, — выдохнул я. Голос сел. — Конечно, помню.

— Так вот, — кот дернул хвостом. — Это называется «сноходчество». И сегодня самое время попробовать.

Я лежал в темноте, закинув руки за голову, и слушал кота. Баюн расхаживал по полу рядом с кроватью, как лектор по кафедре, и вещал.

А я думал.

В любой другой ситуации, услышав предложение потратить драгоценные часы отдыха на освоение какой-то эзотерической мути, я бы послал советчика лесом. У нас тут война. На меня охотятся профессионалы, в моем унитазе находят гранаты, а мой добрый товарищ лежит в коме. Казалось бы, какой к черту «контакт с родными»? Это роскошь. Сантименты, которые я сейчас просто не мог себе позволить. Нужно было думать о том, как выжить самому и уничтожить врагов, а не о том, как передать привет маме в другую вселенную.

С точки зрения стратегии, это выглядело бы глупой тратой ресурса. Но. Спать-то все равно надо.

А с наукой Баюна оно может и на руку быть. Сон — это физиологическая необходимость. Я не мог не спать, иначе через пару дней превращусь в овощ, и меня пристрелят, как хромую утку. Но что такое сон с точки зрения системы? Это простой. Треть жизни сервер находится в режиме гибернации, выполняя только фоновые процессы дефрагментации и очистки кэша.

Треть жизни. Чудовищная, нерациональная трата времени.

А если этот процесс можно использовать? Превратить из пассивного отдыха в активную тренировку?

Тогда это меняло все. «Сноходчество» переставало быть мистикой и становилось натуральным подарком в вопросе управления временем. Оптимизацией ресурсов — плюс восемь активных часов в сутках! Если я смогу работать, пока сплю… Черт, да это же мечта любого управленца! Если он, конечно, неисправимый трудоголик, и кроме работы ничего в своей жизни не имеет.

— … таким образом, — вещал Баюн, — сон есть не просто продукт твоего воспаленного подсознания, переваривающего дневные впечатления. Это пространство. Общее поле. Эфир, если угодно.

— Сервер, — вставил я.

— Что? — сбился кот.

— Сервер. Общее облачное хранилище. Продолжай.

Баюн вздохнул, смиряясь с моей терминологией.

— Пусть будет облако. Границы миров, Дима, обычно жесткие. Как стены. Пробить их в бодрствовании — задача для архимагов, и то не факт, что выйдет. Но сон… Сон — это пограничная зона. В теории, подчеркиваю, в теории, там можно встретить кого угодно. Даже тех, кто находится очень далеко.

Он сел, сверкая глазами в темноте.

— Связь строится на эмоциональной привязке. Чем ближе тебе человек, тем ярче его «сигнатура» в этом пространстве, друг он или враг. Если твоя семья тебе дорога, если связь крепка — ты сможешь их найти. Дотянуться. Поговорить.

Звучало заманчиво. Слишком заманчиво, чтобы быть правдой.

— Но есть нюанс, — предугадал мой вопрос Баюн. — Чтобы кого-то искать, нужно сначала научиться ходить. Большинство людей во сне — бревна, которые несет по реке сюжетов. Они не управляют собой. Просто смотрят кино, в котором играют главную роль, но не читали сценария.

— Осознанные сновидения, — кивнул я. — Слышал.

— То, что ты слышал — это детские игры в песочнице, — фыркнул кот. — Сноходчество — это искусство. Дисциплина. Ты должен не просто понять, что спишь, но сохранить волю, разум, память. Стать якорем в океане хаоса. Это первый шаг, и он самый трудный.

— Насколько трудный?

— Обычно на это уходят годы медитаций и тренировок, — честно ответил Баюн. — Монахи тратят жизнь, чтобы научиться делать во сне осознанный шаг. Это долгий процесс, Дима. Он не терпит спешки. Здесь нельзя «срезать угол» или взломать систему, как ты любишь.

Годы.

У меня не было лет. Возможно, и недели не было.

Но я вспомнил пустой стол Ильи. Вспомнил ощущение беспомощности, когда не мог найти следы убийц.

Нужны были любые инструменты, любые преимущества. Даже если они дадут результат через год — начинать надо сегодня. Я умел играть вдолгую, мой бизнес тоже не за один день строился.

— Я готов, — сказал я в потолок. — Спать мне все равно придется. Так почему бы не совместить полезное с… Ну, скажем так, с познавательным?

— Настрой правильный, — одобрил кот. — Но не жди чудес. Скорее всего, сегодня у тебя ничего не выйдет. И завтра тоже. Но вода камень точит.

— Что делать?

— Ложись удобнее. Расслабься. Закрой глаза.

Я подчинился. Тело ныло после прыжков по стремянке, но это была приятная усталость.

— Слушай мой голос, — замурчал Баюн. Теперь он не говорил, а именно мурлыкал, и этот звук, казалось, вибрировал прямо у меня в черепе. — Не пытайся уснуть. Пытайся смотреть в темноту. Представь точку. Просто точку перед глазами. Держи ее. Это твой якорь. Твое сознание будет плыть, мысли будут путаться — возвращай их к точке. Ты — это точка.