Чтение онлайн

Я замер, переваривая информацию.

Это дело мне нравилось все больше и больше. Подумать только, прошлым вечером я чуть было не назвал его «роскошью»! Теперь было стыдно за такую характеристику. Мало того, что субъективное время там можно растянуть, превращая часы в недели, так еще и физиология получает бонус. Можно работать и отдыхать одновременно. Вот это оптимизация, вот это по-нашему!

— Знаешь, я просто-таки в шоке, — фыркнул Баюн, глядя на мою довольную физиономию. — Ты только что понял, что можешь батрачить во сне, и рад, как ребенок в кондитерской с безлимитным кошельком. Кощунственно!

— Для старого Волконского? — улыбнулся я.

— Для любого человека, кота и прочего разумного создания, обладающего хоть толикой здравого смысла, — отрезал он. — Честное слово, работай ты в какой-нибудь фирме, так тебя бы тут же сделали работником месяца — нет, тысячелетия! — и остальных добровольно-принудительно пытались бы подтянуть под твой пример. «Берите пример с Димы, он даже во сне пашет!» Тьфу.

— И толку с той фирмы никогда бы не вышло, — возразил я. — При штате выгоревших сотрудников и начальниках-дегенератах, которые не понимают физиологии труда. Так и держались бы на глупости постоянных клиентов и бедолагах без выбора, где работать. Без роста, без перспектив.

Знал я такие конторы. «Галеры», как их называли в моей среде. Те из них, кто имел успех, обычно держали сотрудников разве что огромными деньгами, выжимая их досуха за пару лет, не считая клинических трудоголиков, которым лечиться надо.

— А у тебя было не так? — поинтересовался кот.

— Конечно, нет. Отдохнувший сотрудник — продуктивный сотрудник. Да и держать людей за рабов лично мне противно. Особенно когда человек в работу душу вкладывает, тогда только тупица захочет из него эту самую душу вытянуть с корнем ради краткосрочной наживы.

— Ну, а из себя ты душу вытягиваешь, получается? — не унимался Баюн. — Сапожник без сапог?

— Не-а.

— Ну и когда ты, позволь спросить, с самого момента переселения делал что-то не по работе? — Кот сел в дверном проеме, обвив лапы хвостом.

Справедливый вопрос.

— Когда лежал в больнице, — пробурчал я. — Потом не по работе пошел в кафешку, результат — Илью подстрелили. Такая себе тенденция, а?

— А если серьезно? — настаивал он.

А если серьезно, то технически Баюн был прав, отдаю должное. Если б мы говорили про иного человека, я бы с ним согласился и помог убедить этого трудоголика немного расслабиться. У меня, если подумать, даже часа лишнего не было за все это время.

Не мог себе позволить записаться в спортзал или там в бассейн, что телу Волконского было совершенно не лишне. Посмотреть кино, поиграть в игру какую-нибудь, сходить в ту же самую пельменную, черт побери, просто для того, чтоб пельменей поесть, а не чтобы собрать показания с жертвы махинаций. Или в кафешку на вкусный кофеек без риска получить пулю.

Но если честно?

Не очень-то и хотелось.

Все вышеперечисленное я и в своем мире делал, и не раз. Оно мне было знакомо, привычно и пресно.

А магия? Покушения, перестрелки, коты говорящие, эти вот все шпионско-политические игры? Все новое, интересное, невероятное. Каждый день — вызов. Каждый день — загадка, ожидающая решения.

Да, и в своем мире я мог бы ввязаться в такую авантюру. Поехать в горячую точку, стать наемником, пойти работать в спецслужбы.

Только вот в моем мире меня мог пристрелить любой бандит с самопалом из-за угла, и никакая гениальность, никакие алгоритмы не спасли бы. А тут? Тут щиты, боевые заклинания, системы, которые можно настроить. Тут один в поле мог быть воином, если он достаточно умен и силен. Пусть правила игры сложнее, но возможностей они давали несоизмеримо больше.

— Есть такое выражение, Баюн, — сказал я. — Отдых — это смена деятельности. Деятельность у меня разнообразная, захватывающая, и, если быть честным, далеко не всегда вписывающаяся в должностные обязанности. Потому и работой-то ее сложно назвать. Это, скорее, образ жизни.

— Интересная точка зрения, — хмыкнул кот. — Патологическая, я бы сказал.

Помолчали. Тишину нарушал только вой ветра за окном — погода не радовала.

— Знаешь, Баюн, что самое забавное в этой ситуации? — спросил я, глядя в окно, на серое небо.

— Мои блистательные шутки? — тут же отозвался он.

— Да. А после них?

— Твои блистательные шутки?

— Спорно, но допустим. Третье самое забавное?

— У меня много вариантов, но так и быть, я тебе подыграю. Что же, философский хозяин?

— То, что в самом начале, когда я только попал сюда, я тосковал по своему миру. По своей фирме, по коду, по утренним планеркам.

— Пока что мне не забавно, — прокомментировал кот. — Совершенно логичная реакция. Стресс, адаптация.

— А теперь… Теперь я представляю, как возвращаюсь в свой офис. Сажусь в кресло, открываю ноутбук, пишу код, ругаюсь с заказчиками из-за сроков… И мне от этих мыслей тошно становится. Скучно. В ресторан сходить, посиделки устроить, съездить на отдых за границу — все таким пустым кажется. Мелким. В сравнении с тем, что у меня есть тут.

— Странный ты человек, — Баюн поднял голову. — Тут люди тоже любят рестораны, посиделки и отдых. Вот работу ненавидят, это да, спроси хоть Волконского… Ах, да, он же не ответит.

— Это потому, что люди тут воспринимают магию как данность, как электричество или водопровод. А я нет. Для меня это чудо, которое только в книжках встречалось, играх, фильмах… Что-то из области фантазий — но реальное. Приключение всей моей жизни.

Баюн задумался. Желтые глаза смотрели на меня внимательно, изучающе. Потом он тихо, сипло засмеялся — звук был похож на то, как если бы кто-то тер наждачкой по дереву.

— Что, оценил забавность? — улыбнулся я.

— Нет, не совсем. Просто ты мне кое-кого напомнил.

— Кого же? Снова Сергея Волконского? — предположил я. Отец этого тела был для кота эталоном, так что сравнение напрашивалось.

— О, нет, — покачал головой кот. — Куда более древнего моего знакомца. Тот тоже… Захватывался магией и любил разбирать чудеса на части. И тоже считал, что спать — это для слабаков.

— Расскажи.

— Ладно. Давай только процедуры начнем.

Такая у нас была новая утренняя традиция. Баюн меня подлечивал каждое утро, потихоньку, чтоб не перегрузить. В больнице мои ранения залатали добротно, конечно, магия у них на уровне, но только Баюн мог сделать так, чтобы со временем от этих ран не осталось ни малейшего следа. Чтобы в самый неподходящий момент старое ранение о себе не напомнило.