Чтение онлайн

— А как там Елизавета Фёдоровна? — встревожился я.

— С барышней всё хорошо, — успокоил меня Фома. — Гуляет вдоль дороги и птичек слушает.

— Если не сможете вытащить мобиль, отправь кого-нибудь из водителей к фермеру Митрохину за трактором, — посоветовал я.

— Точно! — обрадовался Фома. — Так и сделаю, ваше сиятельство. А вы что спросить-то хотели?

— Мне нужна твоя подсказка по магии домовых. Как я могу поговорить с домом, которого ни разу не видел?

— Непростая задачка, ваше сиятельство, — задумался Фома. — Если вы дом не видели, и он вас тоже — так и магической связи у вас нет. А без магической связи какой же разговор?

— Неужели совсем невозможно? — нахмурился я.

— Ну… Если кто-нибудь вам про этот дом расскажет, где он находится, и как выглядит в точности — тогда можно попробовать.

Вот оно! Фома предлагал мне способ, которым я уже пользовался, когда учился ходить через магическое пространство. Тогда с помощью Лизы я попал в её загородное поместье.

А теперь нужный человек сидел позади меня и с улыбкой смотрел в окно на пролетающие мимо фонари набережной.

— У меня как раз есть такой человек, — обрадовался я.

— Тогда расспросите его хорошенько. Узнайте, как выглядит этот дом, в какой цвет покрашен, какие деревья рядом растут. Вам нужно это всё представить, как будто вы сами возле этого дома стоите.

— Спасибо, Фома! Держи меня в курсе вашей поездки и присматривай за Елизаветой Фёдоровной.

— Всё будет в порядке, ваше сиятельство, — солидным голосом ответил домовой. — Не извольте беспокоиться. А вам удачи!

— Опишите мне дом, в котором вы спрятали статую, — предложил я Кошкину. — И как можно подробнее.

— Кирпичный дом в два этажа, с тремя окошками по фасаду, — удивлённо ответил домушник. — В рамах маленькие стёклышки, в такое не пролезешь, даже если разбить. А сами рамы не открываются, а поднимаются вверх.

— Вы и такие мелочи заметили? — удивился я.

— Это моя работа, ваше сиятельство, — усмехнулся Кошкин. — Знаете, сколько раз я через окна в дома залезал?

Я понимающе улыбнулся:

— Рассказывайте дальше.

— Дальше? — задумался Кошкин. — Крыша крутая, без верёвки не залезешь. Над карнизом круглое окошко, но оно глухое, не открывается. Дверь прочная, а вот замок ненадёжный. Я его проволочкой открыл.

— Дом выходит прямо на улицу?

— Нет, в том-то и дело. Там перед окнами палисадник и густые кусты сирени у изгороди. Очень удобно, если не хочешь, чтобы тебя заметили.

Я продолжал расспрашивать, и Кошкин охотно отвечал. Наконец, я вытащил из него столько деталей, что в голове у меня появилась чёткая картинка.

— А ещё запах, — вспомнил Кошкин.

— Что за запах? — заинтересовался я.

— Пылью и сыростью пахнет, как будто в доме давно никто не жил. И паутина в комнатах под потолком.

— Благодарю вас, — улыбнулся я.

— Подземные демоны! — выругался Зотов и раздражённо ударил ладонью по рулю.

Мост к Васильевскому острову был забит мобилями. Они медленно ползли, объезжая аварию — какой-то лихач умудрился влететь под трамвай.

Никита Михайлович круто повернул руль, но было уже поздно — мы застряли в потоке. Сзади послышался нетерпеливый гудок — какой-то торопыга негодовал по поводу задержки.

— Не хватало только упустить князя, — гневно прорычал Зотов.

— Если охранники Долгорукова едут этой же дорогой, то они тоже попадут в пробку, — обнадёжил я начальника Тайной службы.

— А если они добираются по Левому берегу? — возразил Зотов. — Что вы там говорили насчёт союзника?

— Сейчас я попробую с ним связаться, — кивнул я.

Снова закрыв глаза, я постарался сосредоточиться. Медленное движение мобиля отлично этому способствовало.

Я представил себе двухэтажный кирпичный дом с характерными окнами, крутую крышу и круглое слуховое окошко над карнизом. Представил низкую изгородь и буйно цветущую в палисаднике сирень.

Медленно втянул воздух и почувствовал запах пыли, присущий помещению, в котором никто не живёт.

А затем послал зов.

Дом ответил не сразу. Он как будто затаился, услышав мой зов, но всё-таки выдал себя импульсом удивления.

— Привет, — улыбнулся я. — Не бойся, я хочу только поговорить с тобой. Меня называют Тайновидцем, и я немного владею магией домовых. Ты знаешь, кто такие домовые?

Короткое молчание, затем дом прислал подтверждающий импульс.

— Отлично, — мягко сказал я. — Значит, ты понимаешь, что я не причиню тебе вреда.

Я постарался как можно короче объяснить дому, зачем побеспокоил его. А заодно убедился, что Кошкин нас не обманул — скульптура действительно была спрятана в доме.

— Мы думаем, что люди Долгорукова постараются уничтожить скульптуру, — честно сказал я. — А потом и само место, где она находится.

Дом понял мои слова правильно. На меня накатила сильная волна ужаса.

— Не бойся, — повторил я. — Мы их остановим. Ты только предупреди меня, когда они появятся, ладно? И покажи их, если сможешь. Ты умеешь разговаривать картинками? Можешь показать мне вид из окна?

Ещё один удивлённый импульс. А затем я мысленно увидел пустую улицу с узкими потрескавшимися тротуарами. Улица была застроена невысокими домами, возле одного из них стоял старенький мобиль с пятнами ржавчины на дверях.

— Отлично, — улыбнулся я. — Мы уже недалеко.

— Наконец-то! — громко произнёс Никита Михайлович.

Оказывается, пока я разговаривал с домом, мы незаметно пробрались по мосту и въехали на Васильевский остров. Отсюда было уже рукой подать до Портового квартала. Несколько минут, и мы на месте.

— Так что с союзником, Александр Васильевич? — снова спросил Зотов.

— Мне удалось договориться с домом, в который мы едем, — улыбнулся я. — Он предупредит нас, когда появятся люди Долгорукова.

— Хорошо, — нисколько не сомневаясь в моих словах, кивнул начальник Тайной службы.

Портовый квартал был совсем не похож на богатые районы Столицы. Здесь, на дальней оконечности Васильевского острова жили семьи моряков и портовых грузчиков.

У самой воды теснились низкие склады. Там пахло солью, рыбой и водорослями, там пронзительно кричали чайки, воюя друг с другом за объедки из городской канализации.