Чтение онлайн

Чуть дальше от берега начинались улицы, плотно застроенные низкими домиками.

Никаких тебе роскошных дворцов и просторных парков с аллеями и беседками. Куцые огороды, пара яблонь и настороженно поблёскивающие окна.

— Подождём здесь, — сказал Зотов, останавливая мобиль в пустом переулке.

Он заглушил мотор, и наступила тишина, которую только подчёркивали крики чаек. Никита Михайлович откинулся на спинку сиденья и устало закрыл глаза.

— Ваше сиятельство, а как вы договорились с домом? — негромко спросил меня Кошкин.

— Для этого существует специальная магия, — объяснил я.

— Понимаю. А можно научиться этой магии?

Настойчивые расспросы Кошкина показались мне странными. Я немного подумал, понял, в чём дело, и засмеялся.

— Думаете, это умение поможет вам в вашей работе? Вряд ли. Если вы подружитесь с домом, то уже не сможете ковырять его дверь отмычкой.

— Вы ещё этому его научите, — хмуро проворчал Зотов, не открывая глаз.

Ждать пришлось около четверти часа. И вдруг дом на Парусной улице прислал мне тревожный сигнал. Перед глазами панически-быстро замелькали картинки.

— Будь добр, помедленнее, — попросил я.

Картинки замедлились, и я увидел мобиль, который остановился возле низкой ограды. Из мобиля выскочили сразу двое. Один из них открыл заднюю дверцу и почтительно придержал её, помогая выйти важному пассажиру.

— Люди Долгорукова приехали, — вслух сказал я. — И князь тоже здесь. Нам повезло.

Кошкин довольно хмыкнул, а Никита Михайлович сурово нахмурился.

— Подождём ещё немного, — решил он.

Я был полностью согласен с Зотовым, а вот дом — нет. Испуганный моим рассказом, он непрерывно слал мне сигнальные импульсы.

— Не волнуйся, — беззвучно сказал я. — Мы совсем рядом, за углом.

Но дом не унимался. В мельтешении картинок я увидел, как Долгоруков идёт к дому, а один из его подручных достаёт из багажника что-то, похожее на канистру.

— Долгоруков уже внутри, — сказал я Зотову. — У нас совсем мало времени.

— Вперёд, — кивнул Никита Михайлович и первым выскочил из мобиля.

Мы застали поджигателей врасплох. Один из них бросил канистру и взмахнул рукой в нашу сторону, но Зотов оказался быстрее. Он щёлкнул пальцами, и неудачливый поджигатель рухнул столбом прямо в куст сирени.

Второй решил бежать, но споткнулся о траву, и его умело скрутил помощник Зотова.

В воздухе резко пахло огненной смесью. Бандит громко сопел и свирепо зыркал на нас.

— В кандалы его, — коротко бросил Зотов. — Артём Сергеевич, пригляди за этими господами.

Второй подручный Долгорукова лежал неподвижно. На его куртке блестела корочка льда.

Интересно, каким заклинанием Зотов его приложил?

— Где князь? — нахмурился Зотов.

И тут из глубины дома послышался звон металла.

— Он там, — ответил я и кивком указал на распахнутую дверь. — Кажется, решил своими руками разбить статую.

Зотов быстро поднялся на крыльцо, я поспешил за ним.

14

Долгоруков методично уродовал «Воплощённую магию». Князь орудовал кувалдой, и получалось у него совсем неплохо. Одно крыло он уже отломал, и теперь силился разбить голову.

Пузатый позолоченный дракон с равнодушной усмешкой смотрел на пыхтящего князя.

Мы с Зотовым тоже остановились на пороге.

Тонкая полотняная куртка Долгорукова потемнела от пота. Я прислушался к эмоциям князя и удивлённо покачал головой.

Князь не просто пытался разбить скульптуру, он вымещал на ней свою злобу. Каждый удар оставлял след на металле, но твёрдая бронза никак не хотела поддаваться.

Похоже, князь забыл, что перед ним просто статуя. Он воевал с магией и злился на неё.

Кто-то коснулся моего плеча. Я повернул голову и увидел Кошкина.

— Вот даёт! — восхищённо прошептал домушник, имея в виду князя.

Бронза упрямо звенела. Испуганно вздрагивала паутина под потолком.

Князь ударил ещё несколько раз. Чувствовалось, что он устал.

— Довольно! — громко сказал Зотов.

От неожиданности Долгоруков вздрогнул, и опустил кувалду. Потом медленно повернулся к нам.

— Господин Долгоруков, вы задержаны за незаконное проникновение в чужой дом и причинение ущерба, — сообщил ему Никита Михайлович. — Извольте положить кувалду и следовать за мной.

Долгоруков молча посмотрел на него. Затем скользнул взглядом по мне и уставился на Кошкина. Пальцы князя крепче сжали ручку инструмента.

— Вот значит как? — зловеще спросил он и шагнул к нам.

— Бросьте кувалду, ваше сиятельство! — повысил голос Зотов.

Жизнь часто бывает несправедлива.

Зотов очень хотел запереть князя Долгорукова в надёжную камеру, но в дело вмешался император и приказал до суда ограничиться домашним арестом. Так что после допроса в управлении Тайной службы его сиятельство отправился домой, не забыв пробормотать сквозь зубы несколько зловещих проклятий в мой адрес.

— Выкрутится, мерзавец, — мрачно сказал ему вслед Зотов. — Не знаю как, но выкрутится. Сердцем чую.

— В любом случае, князю не позавидуешь, — усмехнулся я. — Теперь вся Столица знает о его фокусах. Прощай, княжеская репутация.

— Этого мало, — не согласился со мной Никита Михайлович. — По негодяю каторга горькими слезами заливается, а он будет дома пить чай с пряниками. Надеюсь, доказательств его вины хватит, чтобы убедить судей. Ну, а показания Кошкина довершат дело.

За Кошкина император просить не стал, так что по закону домушнику предстояло отправиться обратно в камеру Петропавловской крепости. Но и тут возникли сложности.

— А если он опять сбежит? — резонно предположил Зотов. — Опозоримся на всю Столицу.

Мы разговаривали в кабинете Зотова, и Кошкин был тут же — Никита Михайлович только что закончил повторный допрос.

— Не сбегу, ваше благородие, — мирно улыбнулся Кошкин. — Куда мне бежать-то?

— А кто тебя знает? — недоверчиво предположил Зотов. — Юркнешь, как мышь в нору, ищи тебя потом. Нет уж, посидишь в камере управления, так мне спокойнее будет.

Домушника нисколько не расстроило решение Зотова.