Чтение онлайн

— Лиза, я хочу, чтобы ты кое-что сделала.

Она посмотрела на него глазами, полными слез. Если он не отвернется, то потеряет голову окончательно. Харлан посмотрел мимо нее, на свое изображение в зеркале, и продолжал говорить мягко и убедительно.

— Я хочу, чтобы ты надела на себя это замечательное платье. Я хочу, чтобы ты пошла на обед. И без всяких извинений. Хорошо? Лиза?

Она кивнула.

Он был так напряжен и возбужден, что хватило бы самой малости, чтобы потерять над собой контроль. И зная это, Харлан всё же рискнул еще раз обнять ее. Одной рукой он держал ее, а другой провел по ее лицу, словно проверяя все его изгибы. Ничего не зная о его внутренней борьбе, она прижалась к нему, делая непереносимым напряжение в паху, так что он должен был заставить себя оттолкнуть ее — или взять ее тут же, в ту же секунду.

— Лиза, мои амбиции, может быть, и высечены в камне, но я-то не каменный. Так что лучше тебе быть поосторожней.

Она виновато улыбнулась ему, и эта улыбка лишь усилила его мучения. Харлан едва не утратил дар речи.

— У тебя есть десять минут, — предупредил он. — Ты придешь сама или мне лучше зайти за тобой?

— Я скоро буду, — пообещала Лиза тихим шепотом.

Ей понадобилось минут пятнадцать, чтобы просто привести себя в порядок.

А потом, если бы не ее обещание, она завалилась бы на нераскрытую постель и лежала бы там, предаваясь блаженству. Харлан прорвался через ее линии обороны как заправский коммандос. Их восстановление займет у нее немало времени. А до тех пор она будет бдительна и напряжена при их следующей встрече. Лиза чувствовала себя такой уязвимой! Боже, она просто растаяла от его прикосновений. И как это он заставил ее почувствовать такое? Ее глаза закрылись, и она опустилась на кровать в полном оцепенении.

И тут же ее глаза открылись, и она с беспокойством вскочила. Что подумает Харлан, когда ее не окажется за обедом? Что его усилия были напрасны? Что она стесняется встречи с ним? И то, и другое было далеко от истины! Лиза быстро натянула колготки. Потом влезла в платье, которое подчеркивало фигуру, плотно облегая ее. Когда она примеряла его в первый раз, то представляла себе, какое впечатление оно произведет на Чака. Теперь этот человек был ей совершенно безразличен. Торопливо подправив косметику и наложив последние штрихи, Лиза подхватила свою сумочку и побежала в столовую.

Она опоздала. Стюарды уже убирали со столов. Лиза попыталась собраться с мыслями и припомнить все, что Харлан говорил о сегодняшней встрече. Это должно было быть специальное собрание всей группы «Все для вас». И она должна была на нем присутствовать.

Харлан договорился, что его сотрудникам и гостям, которых было около шестидесяти, предоставят отдельное помещение. Когда Лиза проскользнула внутрь, она увидела остатки вкусной- пищи и пустое место рядом сЧаком. Харлан стоял рядом с подиумом и держал речь, которая уже подошла к середине. Лиза пробралась через всю комнату, пытаясь не привлечь к себе ничьего внимания. Ей это вполне удалось бы, если бы Харлан не остановился, оборвав свою речь на полуслове. Воцарившееся молчание заставило ее посмотреть ему в глаза, и она тут же попалась, не в силах пошевелиться. Головы присутствующих начали поворачиваться в поисках того, что приковало к себе внимание выступающего, и Лиза вдруг захотела спрятаться под стол. Она заметила, как раскрылись от удивления глаза Чака — как бы это ей понравилось неделю назад! — но гипнотизировал ее именно Харлан.

Он вытянул вперед руку, и Лиза поняла со смятением, что он приглашает ее присоединиться к нему. Его взгляд обежал всех собравшихся, чтобы убедиться в том, что все ждут продолжения речи. Лиза вышла вперед. Она держала себя в руках, пока направлялась к Харлану, провожаемая внимательными взглядами. Но когда до ее сознания дошли сказанные им слова, Лиза окончательно растерялась.

— Я уверен, что вы уже устали смотреть на меня и слушать, что я говорю. Вот появился человек, который избавит вас и от того, и от другого. Клиент года нашей фирмы — Лиза Рейнольдс!

Плеснула волна аплодисментов, подтолкнув ее на последних шагах. Выражение ее лица было совершенно застывшим, когда она подошла к Харлану. Его рука небрежно обхватила ее за талию, придвигая поближе к себе. Но понадобилось бы нечто большее, чем близость к нему, чтобы побороть ее вечный страх перед публичными выступлениями. Она снова почувствовала себя толстой неуклюжей девочкой, которая боялась выходить из-за своей парты к доске, когда ее вызывал учитель, потому что это делало ее мишенью для насмешек сверстников. Она поняла, что для того, чтобы избежать этого, она должна стать незаметной и преуспела в этом. Когда она сейчас оказалась перед ожидающими ее выступления людьми, детские страхи вернулись к ней с удвоенной силой. Она почувствовала, как поднимается паника, лицо заливает краска смущения, и мысли застывают, как парализованные.

Харлану не нужно было смотреть на Лизу, чтобы понять ее состояние. Ее стройное тело было неестественно напряженным. Ему не нужно было знать точно, в чем причина, чтобы преодолеть замешательство. Все, что было нужно, — это разрушить сложившийся у нее условный рефлекс, который связывал публичное выступление со страхом. Он должен был разрушить барьеры, которые окружали ее. Мудреное дело перед такой обширной аудиторией.

Харлан прикрыл рукой микрофон и склонился к ее уху, чтобы шепнуть:

— Представь себе, что мы с тобой голые.

Лиза подняла голову, ее глаза округлились и в них блеснуло удивление. Он видел, как сковывающие ее путы наконец исчезли, и она вдруг почувствовала необыкновенную легкость. Лиза замерла, чувствуя его сильную руку на своей спине. Он улыбался, и эта его улыбка была призвана заражать других его собственной энергией и уверенностью, и Харлан был уверен, что она ответит ему улыбкой. И горячим взглядом, так как он оказался в трудном положении. Нё потому, что хотел несколько минут назад заняться с ней любовью, а потому, что был безнадежно влюблен в нее.

Харлан вернулся на свое место, ступая неуверенно, как слепой, и сидел, глядя на Лизу в изумленном оцепенении. Он едва слышал, что она говорила о себе, своих и успехах, достигнутых благодаря программе «Все для вас», и своих целях. Какой-то счетчик в его мозгу подсчитывал, что принесет ее выступление компании, но душа, которую она встряхнула и вернула к жизни за эти несколько дней, была объята восторгом и ликованием. Он восхищался красотой Лизы и изумлялся ее гладкой интересной речи. Харлан знал, чего стоила эта храбрость, которую она проявила в эту минуту, и был потрясен до глубины души. И это вызывало в нем эмоции слишком сильные, слишком мощные, которые нельзя было выказать в присутствии публики… Так что он сидел, утонув в них, едва способный удержать голову над водой и надеялся, что никто не заметил этого.

Никто и не заметил, кроме женщины, которая сидела справа от него. А Мэгги Джеймсон видела все своими прищуренными глазами.

— Подойди на шаг ближе, Лиза. Вот так. Замечательно.

Это не было очень уж рутинной работой — подойти поближе к Харлану, — но требовалось много усилий, чтобы не выказать никаких лишних чувств перед фотокамерой Тедди. Холодный вечерний бриз развевал подол ее платья и относил его назад, в небе загорались россыпи звезд и самая огромная луна, какую она видела в жизни. Эти чудеса природы и наполовину не ослепляли ее своим блеском так, как поблескивающее в глазах Харлана обещание.