Чтение онлайн

На следующий день, по моей просьбе, мы посетили “МАЗ”, “МТЗ” и “БЕЛАЗ”. Люди рабо – тали, продукцию выпускали хорошую.

Я пообщался с работягами, и при Лукашенко никто не пожаловался на условия труда или зарпла –

ту. На мой вопрос – сколько получаете? Ответ был один – на жизнь хватает. То ли рабочим в са – мом деле хватало зарплаты на жизнь, то ли стеснялись озвучивать оклады при президенте? У нас бы не постеснялись. Сразу бы выдали президенту любой страны, - сколько получают и, желатель – но, чтобы прибавили хотя бы двести процентов от оклада. Ой! Как же так получилось, что я забыл спросить у Анатолия Сердюкова – сколько получают труженики тыла?

Походили по магазинам. Всё есть. И не дорого. Но недорого – это в переводе на россий -ские рубли. А в местных рублях – ого-го. Но и россияне в конце двадцатого века тоже были мил – лионерами.

Ольге в Беларуси очень понравилось. Посмотрев Минск и Брест, моя супруга тоже захотела побывать во всех городах республики. Но мне пришлось её огорчить:

– Оль, надо ехать домой.

– Когда?

– Завтра.

– Лёнь, ну, давай ещё останемся на недельку.

– Олюшка, я остаться не могу. После завтра японцы прилетают к нам на переговоры.

– Пусть с ними Николай поговорит.

– Нет. С японцами переговоры буду вести только я. А в Белоруссию мы будем периодически приезжать. Отпуск сможем здесь провести, если Александр Григорьевич не возражает.

Лукашенко снова улыбнулся.

– Конечно, я не возражаю. Встретим в лучшем виде.

А в этом я и не сомневался.

Когда возвращались в загородную резиденцию, я спросил у Президента Беларуси:

– Александр Григорьевич, скажите мне честно как президент президенту: вы очень долго руководите Беларусью. Вам не надоело быть главой государства? Некоторые людишки утверж –дают, что вы боитесь уйти с президентского поста, потому что вас тогда арестуют и посадят. Это правда?

Мой собеседник усмехнулся.

– Леонид Игоревич, мало ли что говорят глупые и завистливые людишки. Да. Я, действии – тельно, боюсь уходить с поста президента. Но не потому, что меня арестуют или посадят, а пото - му, что вместо меня к власти может прийти какой-нибудь раздолбай, извините за выражение, и растяпа и всё, чем вы любовались, разрушит. И я не хочу, чтобы моей страной командовал бы второй Ельцин. Я со стороны наблюдаю за вами и вижу, что вы тоже любите порядок. Так вот что я вам скажу, дорогой Президент России, пока вы можете трезво мыслить, не отдавайте никому свою власть.

Когда летели из Минска, я задумался над словами Лукашенко. Крутыми мерами я смогу навести в стране порядок. Потом, согласно договору с очень известным россиянином, мне пред –

стоит оставить президентское кресло. И ЧТО случится после того, как я перестану быть Прези -дентом России? Я не думаю, что после меня страной будет править раздолбай и растяпа. Но вдруг какие-то мои указы отменят и тогда… А демократы много чего отменят. Так стоит ли им отдавать власть? Об этом надо будет хорошенько подумать. Хотя, чего тут думать-то, если я повязан дого –вором. Но я – президент и могу наплевать на какой-то устный договор. Письменных соглашений я не подписывал, и никто не знает о… Дальше идёт государственная тайна.

Так что же изменилось в России за время моего отсутствия? Хотя, что тут может изменить-ся за три дня? Как же я ошибался. Никто и в том числе Александр Григорьевич не информировали меня, меня-я-я – Президента России, о злоключениях в Российской Федерации во время моего отсутствия. Никто не хотел омрачать моё пребывание в Белоруссии. Да и ЧТО я мог сделать?

В Дагестане напали, взорвали и, отстреливаясь, погибли. В Кузбассе завалило шахтёров. В Красноярском крае упал пассажирский самолёт. В Калининградской области потерпел крушение армейский вертолёт. В Хабаровском крае поезд дальнего следования столкнулся с товарняком. И прочее, и прочее, и прочее.

Такие трагические истории настроения не улучшают. Быть президентом страны – это ад –ский труд. С одной стороны ничего трудного нет – указ подписал, и контролируй его выполнение. А с другой стороны? А с другой стороны – надо найти “свободные” деньги для выплаты матери -альной помощи пострадавшим. А это трудней всего. Но и контролировать выполнение указов не так-то легко. И нельзя сбрасывать со счетов переживания по поводу погибших и раненых.

В удручающем настроении я встретился с японцами. Премьер-министр страны восходя – щего солнца Ёсихико Нода улыбался и кланялся. Телевизионщики из разных стран и с разных каналов вместе с журналистами и фотокорреспондентами толпились с одной стороны от нас, и пытались выдвинутся к нам поближе, но охранники им этого сделать не позволяли.

Премьер-министр Японии что-то буркнул и протянул мне руку. А переводчик сказал:

– Господин Ёсихико Нода приветствует Президента Российской Федерации господина Леонида Канапеева.

Я пожал протянутую руку.

– А Президент России приветствует господина Ёсихико Нода.

Накануне встречи я долго дома репетировал, чтобы не забыть и правильно выговорить это непривычное для русского уха имя – Ёсихико Нода.

Мы уселись за стол переговоров. Японцы напротив нас. Японцев было пятеро – премьер- министр, посол, переводчик и ещё каких-то два типа. Переводчик назвал их имена и кто они такие, но я как-то выпустил это из виду, потому что думал о том – зачем премьер-министру нужен переводчик, если посол хорошо понимал по-русски. Может, так положено по международному протоколу. Кстати, о протоколе. В моей команде была такая должность как Шеф протокола. И на переговорах этот человек был самым главным по регламенту. Я считаю, что эта должность лишняя, но так положено. Когда был в Беларуси, то рядом с нами, президентами двух стран, не

было никакого Шефа протокола и поэтому я с Александром Григорьевичем разговаривали сколько хотели. А балабольство с японцами было ограничено.

Сергей Лавров ещё не вернулся из европейского турне, да я и не хотел его беспокоить. Пусть спокойно делает своё дело. А чтобы у японцев не было численного превосходства, я приг – ласил Прудкина, переводчика, Савенкова и министра регионального развития Басаргина. Шеф протокола стоял в стороне.

Ёсихико Нода заявил, что рад встретиться с таким умным и талантливым Президентом Российской Федерации - как Леонид Канапеев.

Я понимал, что японец льстит. А если льстит, то будет чего-то просить. Сразу спросить: “Чаво табе надоть, милай? Чаво ты вокруг да около шкандыбаешь? Гри напрямик – чаво хошь?” – я считал не этичным, но и сопли жевать за столом переговоров, не хотелось. Поэтому я сказал:

– Ближе к делу, господа.

Нода спросил:

– Зачем России нужны Курильские острова, если они никакой ценности для Москвы не представляют? Россия большая и навряд ли кто-то поедет жить на Курильские острова, если все уезжают на европейскую часть страны.

– Курилы – это история, - ответил я. – А зачем историю переправлять?

– Премьер-министр Японии возразил:

– Советский Союз напал на Японию, и захватил часть нашей территории. И мы просим вас вернуть исторические земли Японии Стране восходящего солнца. На Северных территориях мы поселим несколько миллионов человек. У нас мало земли, но много народа. А у вас много земли, но мало народа.

– Если бы Япония не была бы агрессивной, и не захватывала бы страны в Тихом океане, то Советский Союз не захватил бы Курильские острова. Император Японии сам виноват в том, что подружился с Гитлером, и развязал войну.