Чтение онлайн

– Но мы можем помочь – улучшить вашу автомобильную промышленность, - посулил хит – рый японец. – Мы можем помочь вам – наладить хорошее судостроение и самолётостроение. Мы можем за свои Северные территории дать вам денег.

– Денег? – нахмурился я. – Вы знаете, господа, что Президент России – щедрый президент. Он, то есть я, вам острова бесплатно отдаст. Виктор Фёдорович, чего там на Курилах развивать? – я посмотрел на Басаргина.

Министр регионального развития сделал страшные глаза, а вице-президент ткнул меня в бок. Японцы заулыбались. Кто-то из телевизионщиков или газетчиков закашлялся. А Нода решил уточнить:

– Здесь и сейчас мы сможем подписать договор о передаче вашей страной наших Северных территорий?

– Да, запросто, - ответил я, но быстро сообразил, что и переводчик, и посол могут не знать этого слова, и поэтому добавил, - можем.

Теперь закашлялся Басаргин, а Николай снова ткнул меня кулаком в бок. Но я не обратил внимания на своих соотечественников и продолжил:

– Господин Ёсихико Нода, я - человек щедрый и поэтому кто бы из россиян чего бы мне ни говорил, я всё равно отдам Японии Курильские острова, но , правда, с одним условием. Вы сог – ласны на одно условие?

– Если бы у меня сейчас был бы пистолет, то я… - зашептал Виктор Фёдорович и, как бы опомнившись, замолчал и отвернулся.

Николай снова ткнул меня кулаком в бок. Так он мне весь левый бок отобьёт. Хорошо, что сидел с левой стороны, а то всю печень отбил бы.

А японцы продолжали улыбаться. Нода, наверное, представлял себя национальным героем Страны восходящего солнца, и что в честь него называют на Северных территориях города, улицы и проспекты, а в каждом учебном заведении висят его портреты, и стоят бронзовые бюсты. Может быть так и было бы, если бы Нода согласился на моё условие. А Нода – это фамилия или имя?

Я снова решил уточнить:

– У меня только одно условие, но на четыре острова. Вы согласны, господа хорошие?

Наши восточные соседи на словах согласились, но чтобы я подписал им дарственную на землю и близлежащую акваторию, решили узнать – какое условие они должны выполнить.

– Условие простое, - я попытался состроить равнодушное лицо.

– Говорите условие, и мы подпишем договор, - японцы с интересом смотрели на меня, а их улыбки увидит не только вся Россия, но и другие страны мира.

– Слушайте меня внимательно. Президент России бесплатно отдаст Японии четыре острова Курильской гряды, если, - я поднял вверх указательный палец, - промышленноразвитая Япония войдёт в состав Российской Федерации на правах автономной республики со столицей Токио, но подчинением Москве.

Боковым зрением я увидел, что Прудкин хотел снова ткнуть меня в бок, но его кулак на полпути ко мне остановился.

Японцы перестали улыбаться и замерли, вытаращив глаза. В тот момент про них никто не мог сказать, что они узкоглазые. Сидели, не мигая, как восковые фигуры. А у меня сложилось такое впечатление, будто японцы пытались понять – что же с ними случилось – то ли запор, то ли понос, и никак не могли уловить – чего же хочет кишечник. Была такая тишина, что если бы пролетел комар, то его полёт был бы слышен.

Первым заржал Басаргин. Возможно, у Виктора Фёдоровича насчёт японцев были такие же мысли, как и у меня. Потом засмеялся кто-то из телевизионщиков или журналистов. Японцы и Прудкин сидели не шелохнувшись. Я хотел ткнуть его в бок, как и он меня толкал, но решил не дёргаться, а спокойно смотреть на японцев. Наши гости, наконец-то, заморгали. А Нода ослабил галстук и сказал:

– Господин Канапеев, по этому вопросу мне надо посоветоваться с Великой Японией.

– Как будете советоваться – по телефону или по факсу?

– Мне нужно уехать в Токио.

– Нужно, так нужно. Это ваше личное дело.

– Прудкин потом извинялся:

– Леонид Игоревич, вы меня извини те, что я вас в бок толкал. Я подумал, что вы и вправду решили Японии наши острова отдать.

– Да, Николай. Я и вправду решил отдать Японии острова, но только с одним условием.

Вице-президент засмеялся, а я даже не улыбнулся.

– Леонид Игоревич, а если самураи согласятся на ваше условие?

– Тогда Россия прирастёт Японией, и станет Страной восходящего солнца, но, думаю, что японцы на это не пойдут.

Мне позвонил Путин:

– Леонид Игоревич, только что я видел по телевизору вашу встречу с японцами, и слышал ваше условие, которое вы выдвинули нашим гостям.

– Владимир Владимирович, как вы думаете – японцы согласятся на моё условие?

Лидер “Единой России” засмеялся.

– Конечно же, не согласятся. Разве они захотят - быть зависимыми от федерального центра. За время своего правления я несколько раз беседовал с японцами, но так им сказать не догадался.

– А зря. Если бы так сказали, то японцы давно бы от нас отстали.

На другой день в Москве состоялось шествие скинхедов. Собянин не давал разрешения на проведение этого мероприятия. Пацаны несли транспаранты с надписью “Россия для русских”. Националисты били всех, кто не был похож на славянина. А если учесть, что Москва является многонациональным городом, то и пострадавших было много. Полиция пыталась рассеять шест – вие, но демонстранты намяли бока стражам порядка, и продолжили шествие. Но когда подтянули отряд особого назначения и внутренние войска, колонну удалось рассеять, а особо драчливых развезти по отделениям полиции.

По телефону я выразил недовольство министру внутренних дел:

– Рашид Гумарович, почему вы не заставляете участковых заниматься профилактикой пра – вонарушений? Пусть ходят по школам, колледжам, гимназиям и объясняют, подрастающему по –

колению, что когда мы едины – мы непобедимы.

Нургалиев пообещал исправить ситуацию и отсоединился.

Второпях наговорил министру внутренних дел, чтобы участковые ходили по учебным заведениям и объясняли что к чему, но кого полицейские застанут в конце мая? Учителей и тех, кто готовится к госэкзаменам? Им не до лекций о правопорядке. Неужто, такое важное дело придётся перенести на осень? Нет. Надо будет самому выступить по телевидению с обличитель – ной речью врагов России. И я захотел, чтобы моё выступление попало в вечерние новости.

Срочно были приглашены телевизионщики. Я сел за стол в четвёртой комнате Кремля, и начал выступление:

– Здравствуйте, верноподданные! Сегодня днём в Москве состоялась гнусная акция. Вра – жеские наймиты под названием скинхеды прошли по некоторым улицам Москвы, мешая дви –жению транспорта и избивая прохожих. Лозунг у предателей родины был один “Россия для рус -ских”. Давайте задумаемся над этим призывом. ЧТО значит – Россия для русских? Это значит, что в нашей стране должны жить только русские. А ЧТО делать с людьми других национальностей: с адыгейцами, бурятами и далее по алфавиту вплоть до якутов? Так что же с ними делать? Расстре – лять, чтобы россиян стало мало, и нас легко смог бы завоевать любой враг? Или отсоединить вместе с их республиками, чтобы территория России стала бы меньше, и, соответственно, россиян стало бы тоже меньше, чтобы нас легко смог завоевать любой враг. Кто мне ответит на эти вопро –сы, тот враг России и террорист, а с врагами России разговор должен быть коротким. Госбезопас – ность должна себя реабилитировать. КГБ ничего не сделал, чтобы предотвратить развал Советско- го Союза. А ФСБ должна сделать всё возможное, чтобы не допустить развала нашей страны. Поэ -тому я приказываю: Министерству внутренних дел, Федеральной службе безопасности, прокура – туре, если надо, то подключим и контрразведку, раскрыть заговор внутри страны по развалу Рос – сии. Заговорщиков расстрелять при попытке к бегству, задержанных пацанов выпороть, объяснить что к чему, и отдать на поруки родителям, предварительно оштрафовав их на десять минималь –ных размеров оплаты труда за плохое воспитание подрастающего поколения. Хватит устраивать попытки развала страны. Из-за одного раздолбая развалилась Киевская Русь. Другие раздолбаи развалили Российскую империю. Третьи раздолбаи развалили Советский Союз. А вот четвёртых раздолбаев надо найти и расстрелять при попытке к бегству. Но тот вражеский наймит, который расскажет – кто их подкупил, не должен физически пострадать! Так что, диверсанты и провока - торы, вам нужно немедленно прийти с повинной или в ближайшее отделение полиции, или в отделение госбезопасности. Если вы этого не сделаете, то сильно потом пострадаете. Если хотите жить, то сдавайтесь.