Чтение онлайн

— Амита, спускайся! — окликнула тётка. — Завтрак готов.

— Иду, — она прихватила крошечное послание, чтобы ещё несколько раз прочесть его и хорошенько выучить, прежде чем уничтожить. Вдруг там есть тайные знаки? Шифр? Ясно, что отец писал под надзором, его письмо проверяли опытные стражи. Но он — великий изобретатель, вдруг да смог придумать, как передать ей ещё что-то важное?

— И что, нашла тайные знаки? — сразу спросил Шакли, когда Аванта дословно процитировала им загадочное письмо отца. Она не стала объяснять своими словами, просто зачитала послание, выученное наизусть, сказав: «Теперь вы знаете столько же, сколько я».

Аванта безнадежно покачала головой.

— Я прогрела письмо над свечкой, проверила несколькими простыми реактивами — ничего. Мне казалось, там непременно есть шифр, но он скрыт у всех на виду, в самих словах. Но я так ничего и не нашла.

— Может быть, дата? — предположила Бабочка. — Письмо, случайно, не было написано одиннадцатого дня?

— Нет, отправлено двадцать первого.

— Тоже подходит! Ты хорошо помнишь, твой папа ставил нижние черточки на семёрках?

Глаза Аванты широко распахнулись.

— Не ставил, — уронила она, начиная кое-что понимать. — Отправлено было двадцать седьмого и прилетело вовремя! Проверка не заметила подмену даты, но отец для чего-то хотел передать мне цифру «двадцать один»?

— Я только предположила, — пожала плечами блондинка. — Можешь написать дату в письме, точно как она выглядела?

— Как обычно: 21/3в/10н, — нацарапала ножом на сухой глине Аванта. Все уставились на возможную подсказку.

— Двадцать первый день, третий месяц весны, а что значит «десять эн»?

— Мы вели отсчет годам от нашей разлуки. Значит, десятый год по нашему счету.

— Самое простое, если цифры перевести в буквы, — сразу сообразили компаньоны. — но как переводить? Двадцать один или два и один?

— Записать все возможные варианты, а потом Сильф своей магнитной силой притянет правильный, — с легкостью предложил Шакли.

— Шифр и ключ, — пробормотал вертолов. — Похоже, вот и они.

— Но ты можешь сначала проверить, это вообще не бред? То, что я написала действительно шифр? — Аванта показала нацарапанные знаки.

— Не могу. Для меня это пока ничего не значит. Значит для тебя. Нужна ты и варианты, тогда я смогу что-то выбрать. Или ни один не откликнется.

— Пишем, — кивнул Верен. — Как понимать черточки? Просто пропускаем?

— На всякий случай пишем по слогам, — предупредила Бабочка. — Возможно, там разделение слов или отсутствующая буква, о которой мы должны догадаться. Главный вопрос: на ноль буквы быть не может, значит, 10 — это десятая буква И? Или ноль означает что-то другое?

— Я сразу подумала, что ноль заменил букву О, — сказала Аванта. — Папа не мог изменять всё, дата должна была совпасть почти точно с тем, что он хотел зашифровать.

— Значит, в самом конце послания «он» или «ин», — понял Шакли. — Мне неясно, что делать с тройкой? Третья буква — В, но у нас уже есть В от весны. Две подряд, в обычных словах этого не бывает. Либо там разделение слов, либо зашифровано чьё-то имя.

— Либо, название изобретения, например, лекарства, — возразил Верен. — Если брать парные цифры, то первая будет У, а десятка, как мы уже знаем, И. «Уввин». Или тройка это действительно тройка. Цифра или слог «три». Утривин, может быть, у-3-вин — похоже на кодировку винного ряда, тогда что-то спрятано в бочке или на полке с бутылками. «У три вин» — как бы намекает на название известного места, типа «У трех виноградарей». Или у дома 3 на улице Винтовой, Винной, Виноградной. Или в городе есть мастерская «Три винта», например. Или «Тривин» — чье-то имя или название ломбарда или банка, и у него хранится что-то важное. Или, если ноль можно считать буквой О, тройку всегда можно счесть буквой З.

— Цифры могут быть только цифрами, тогда комбинация 21310 или всё-таки 27310, если мы ошиблись с изменением даты, это ключ к сейфу или номер ящика в городском архиве, — заметила Бабочка. — Но тогда буквы, возможно, указывают, что или где искать.

— Вариантов много, верно. Пишем всё, что придет в голову. Бабочка, пиши. Ты лучше видишь варианты и не допустишь повторов.

Несколько минут они сосредоточенно подсчитывали буквы и составляли разные комбинации. Не забыли проверить, что даёт 27 по счету буква или 2+7, но это была явная бессмыслица. Наконец весь пятачок сухой глины был испещрён непонятными письменами. У-3-вин, утривин, утриваон, узвин, уввин, базвин, базваон, ба-три-ваон, батривин, базваон, бавваон, 21310.

— Дай-ка, — вертолов поднял открытую ладонь, Аванта сразу поняла, что он просит снять подвеску, чтобы снова раскачивать кристалл как маятник.

— Можешь проверить, но я, кажется, уже знаю, что мне нужно, — прошептала Аванта. — Так что лучше проверяй без меня, потом сравним.

Она оставила подвеску в ладони Сильфа, встала и отошла шагов на десять от всей компании. Чтобы не видеть, что выберет вертолов. Когда он махнул рукой, снова подошла. Уже зная версию Сильфа, все ждали её ответа.

— Бавваон. Мне знакомо это имя. Отец упоминал его в письмах, минимум, дважды, но я не помню, в связи с чем. Что-то по работе. Возможно, кодовое название, но о том, с чем папа работал, он подробно никогда не писал. Значит, это человек, причастный к новым изобретениям и проверкам. Если это не совпадение, папа хотел, чтобы я о нём помнила.

— Он мог назвать тебе только имя человека, которого подозревает в своем несчастье (если его подставили), или единственного, кому ты можешь доверять, — сказал Шакли.

— Отец не думал, что я появлюсь здесь. Может, этот Бавваон должен был разыскать меня позже и что-то передать? Или это действительно указание виновного, — грустно согласилась Аванта.

— Я уже спросил, враг это или друг, — сообщил Сильф. — Маятник уверяет, и то, и другое.

— Значит, враг, которого считали другом. Предатель, — уверенно угадала Бабочка.

— Маятник откликнулся ещё на варианты «У 3 вин…» и на чистые цифры, — вертолов вернул Аванте подвеску. — Разобраться можно только на месте.

— Ты не пойдешь одна, даже не думай, — хмуро глянул на нее Верен.

Аванта пожала плечами и слабо улыбнулась, смиряясь, что ей не отвязаться от помощи компаньонов.

Верен собирался на разведку. Теперь Аванта не возражала, чтобы он попробовал пройти в город первым. Сына дороги грядущее приключение не радовало. Погруженный в свои мысли, почти сросшийся с окружающим лесом, он сидел на выступающем из травы валуне, бросив руки на колени — скрытая пружина перед броском, таящаяся в хищниках. Вокруг него ходил медлис и ворчал.