Мертвецки влюблён в тебя
Шрифт:
Я натянула капюшон пальто ниже, стараясь защититься от сырости, хотя ткань уже промокла, пока я шла от Пертинакса в библиотеку два часа назад. Иду тихо, почти бесшумно, как будто боюсь нарушить хрупкое равновесие этого часа.
Спальный корпус смотрит на меня чёрными глазницами окон — все давно спят. Мне идти всего несколько минут, но вдруг встаю, как вкопанная.
Со стороны массивной часовой башни, чей циферблат показывает 01:07, доносятся приглушённые голоса.
Я не обладаю вампирским слухом, но в ночной тишине этот гул разносится ветром по двору, а ещё странное ощущение возможной опасности охватывает меня.
Эта опасность грозит не мне, но... ноги уже несут меня туда. И чем ближе я подхожу, тем отчётливее голоса.
— Тарас, покажи, что там у тебя! — узнаю требовательный и нервный голос Эйко. — Гессий, уходи отсюда!
— Я не уйду без тебя! — спорит он.
— Да, Тарас, — а вот и голос Дастина, — покажи-ка, что там у тебя! Ты поговорить хотел или цирк устроить? Зачем здесь эти двое?
— Мы не знали, что сюда придёт кто-то ещё, — говорит Гессий. — На парное свидание ни я, ни Златовласка ни с кем из вас не договаривались!
— Гессий, иди! — почти рычит Эйко на своего парня.
Прижимаюсь боком к холодной стене часовой башни и чуть выглядываю из-за угла. Четверо образуют треугольник. Гессий и Эйко в одном углу, в другом Дастин с широко расставленными ногами и с руками в карманах, в третьем углу бледный Тарас с лихорадочным блеском в глазах, который будто даже чуть пригнулся, готовый к прыжку.
Одну руку он прячет за спиной, крепко сжимая в ней что-то.
— Я никого не звал, — хмурит брови Тарас. — Уходите оба!
Похоже, Эйко и Гессий снова устроили свидание прямо на улице, а староста решил назначить встречу Дастину для, вероятно, мужского разговора.
— Я не уйду, пока не покажешь, что прячешь за спиной! — кричит Златовласка.
Не видела прежде её настолько яростной и испуганной одновременно. Моя соседка по комнате обычно тихая, хоть и болтливая. Весёлая, не конфликтная... Что происходит?
— Я всегда подозревал, что Дастин Перо не так прост, — Тарас не стесняясь, демонстрирует таки осиновый кол. — Я пришёл поговорить с ним. Пусть знает, что даже если все остальные молчат и трусливо опускают глаза в пол, я не буду бездействовать! Так что уходите, не мешайте нам.
Эйко в ужасе распахнула глаза, а Гессий сделал шаг вперёд и заявил:
— Я надеюсь, это не осина, Тарас. Ты знаешь, закон не одобряет такие методы.
Дастин в злорадном умилении покачал головой, его губы тронула глумливая улыбка.
— Тарас, — произносит Дастин мягко, почти ласково. — Охотник, действующий в одиночку — мёртвый охотник.
Он сделал шаг в сторону, и его тень в свете фонаря удлинилась, сделавшись тоньше и острее.
— Я не тронул ни одного из вас, — продолжает Перо. — Я учусь, как и вы. Сдаю практические работы, делаю домашки, готовлюсь к будущим экзаменам... Так в чём твоя проблема? Не будь ты таким узколобым, я бы тебя не трогал. Поверил в себя и свою «миссию»? Идиот, о чём мне с тобой говорить?
Тарас не отвечает. Он сильнее сжимает кол в руке и вдруг рванулся вперёд, занося оружие вверх.
— Стой! — кричат Эйко и Гессий, и я сама, выскочившая из своего укрытия.
Дастин, смеясь, с молниеносной скоростью схватил Гессия за плечо и рванул к себе, поставил его перед собой, как щит.
— А вот теперь мне становится интересно! — скалится Перо, подмигнув мне.
Златовласка в ещё большем ужасе уставилась на меня, неодобрительно качая головой. Она мечется взглядом то на меня, то на своего возлюбленного, захваченного Дастином.
— О, Тарас, — довольно тянет Дастин, прижимая Гессия к своей груди. — Ты ведь не хочешь убить своего одногруппника, правда?
Гессий задрожал, а его глаза расширились. Только сейчас он в полной мере осознал, в какой опасной ситуации мы все оказались.
Староста замер. Кол дрожит в его руке, на лбу выступила испарина.
— Это осина, — разочарованно шепчет Эйко в укор Тарасу.
Он опустил кол, но не отступил, так что теперь между ним и вампиром опасно короткое расстояние.
— Ты не останешься безнаказанным, — говорит он Дастину. — Я не один, потому что на моей стороне правда. Не долго вам, тварям, осталось наслаждаться своей свободой и правами, которых вы никогда не заслуживали. Правительство и Совет ошиблись, и скоро они это поймут. Уже понимают.
— Конечно-конечно, герой. О, и я вижу, что ты не один, — кивнул Дастин. — Трусливая блондинка и её пёсик, да наша немногословная затворница. Как мило. Хотя... — переводит взгляд на Эйко. — Блондинку всё же предупреждаю: один шаг в мою сторону, и я ты пожалеешь об этом.
— Как простая девчонка может тебе навредить? — хмурится Тарас.
Златовласка поджимает губы, а я невольно скрещиваю руки на груди, словно защищаюсь от непроизнесённых слов. По коже, под промокшим слоем пальто, разлилась волна мурашек.
Староста сжал кол до побелевших костяшек пальцев, а его глаза вспыхнули яростью. Его цель — Дастин. Спокойный, улыбающийся, полностью владеющий ситуацией.
А между ними побелевший лицом Гессий, прижатый к груди вампира, как живой щит.
— Ты — глупец, — говорит Дастин, не сводя взгляда с кола. — Один шаг, и я сломаю нашему Соколу шею.
— Тарас, — встреваю, — оставь это. Тебе же хуже будет. Ты не добьёшься справедливости, если тебя отчислят за нарушение правил Академии и уж тем более за нарушение закона!
— Никому из нас не выгодно оставаться здесь всем вместе, расходимся! — заявляет Эйко. — Прекратите это!
Староста даже не дрогнул.
Он бросился вперёд.
Кол снова занесён вверх, и его цель — вампирское сердце. Но Дастин лишь улыбнулся и подставил Гессия прямо под удар.
— НЕТ! — вопит Эйко нечеловеческим голосом.
У меня же дыхание остановилось, а всё тело словно парализовало от ужаса.
Златовласка метнулась к Дастину и Гессию с какой-то невероятной скоростью, отчего её фигура смазалась, потеряв понятные очертания. Она врезалась в Дастина с такой силой, что тот отлетел на землю, а Гессия едва ли не взвалила себе за спину, словно тот весит не больше её сумочки, хотя он вдвое крупнее.
А главное: её глаза полыхают алым яростным цветом, и клыки хищно выступают наружу, готовые карать.
— Эйко?! — выдохнул Тарас, падая на колени. — Ты... Ты и правда вампир?