Чтение онлайн

— Я поняла, почему ты подарила мне то растение, — говорю маме, кивая папиным словам.

Лица родителей сразу приобрели странную озабоченность. Теплота сменилась тревогой и скрытым страхом.

— Ты узнала его название? — спрашивает папа хмурым убитым голосом.

— Узнала. Это вербена.

— Кто-то ещё знает? — спрашивает он.

— Только профессор Лепава.

— Ты не должна была этого делать... Не должна была вести расследование, — качает мама головой. — Ты должна была хранить тайну моему подарка даже от самой себя до тех пор, пока не станешь членом Совета...

— Но профессор ведь член Совета... — говорю. — Она поможет. Мы не можем бездействовать, пока Изидор Лист и его люди и вампиры продолжают угрожать безопасности мирных жителей страны. Их нужно остановить! Я устала жить в страхе, вздрагивать от каждого шороха, видеть кошмары наяву... Он придёт за мной. Богдан или сам Изидор, или Амалия, или кто-то ещё. А вы? В безопасности ли вы? Скажите мне, это всё взаимосвязано?

— За тобой следит твой одногруппник, — говорит папа строго. — Он видит каждый твой шаг, контролируя, чтобы не настал тот момент, когда ты станешь опасной.

— Опасной?

Родители переглядываются между собой, молча договорившись о чём-то, и папа продолжает:

— Я знаю, ты хочешь знать о Богдане. Он — член Гильдии охотников. Есть публичные члены Гильдии, а есть тайные, предназначенные совсем для других дел — грязных и преступных. Мы поняли, что Богдан один из них, когда твоя мама однажды заметила на его одежде фрагменты вербены, от которой он в спешке или по невнимательности не успел избавиться, прежде чем умчаться на тренировку. Тогда все наши скромные подозрения оправдались, и мы узнали про секрет защитного порошка.

— Мы знали о тайных членах Гильдии, — продолжает мама, — но были шокированы тем, что наш сын с ними. Мы всё ещё любим его, но с тех пор, как мы обнаружили его членство в преступной группе, мы враги. Он же о нашей вражде знал гораздо раньше.

— К сожалению, порой взгляды на мир родителей и детей кардинально отличаются, — говорит папа. — Богдан выбрал сторону вампиров. Тех из них, кто готов платить большие деньги за службу им. В конечном итоге твой брат понял, что мы всё знаем. Уж не знаю, как он смог это понять...

— Он увидел вербену у меня в комнате, — признаюсь с грустью.

— Я так и подумала, — говорит мама тихо.

— Ему был отдан приказ устранить нас, — папин голос становится ниже. — И он его выполнил. Однако, мы всё ещё живы в призрачной форме до тех пор, пока нас не уничтожат окончательно. Мы оставались до сих пор здесь, будучи призраками, лишь потому, что крайне мало тех, кто знает о способе, способном убить призрака, и нужно время, чтобы найти его. Валери, тебя оставили в живых, чтобы ты была рычагом давления на нас. Чтобы мы молчали. Не рассказывали Совету и сопровождающим ведьмам о вербене и злодеяниях Гильдии. Но тот, кто за тобой следит, уже понимает, что теперь и ты всё знаешь. Если Изидор и его помощники найдут способ убийства призраков, нас всех устранят.

— Кто же за мной следит? — спрашиваю сдавленно.

— Дастин Перо, — отвечает мама.

Я хотела сказать больше — о своих страхах, о ночи, когда всё рухнуло, о том, как мне не хватает их советов. Но время истекает: туман вокруг родителей начал сгущаться, а их голоса отдаляться от меня.

— Пора, — прошептал отец. — Помни: мы любим тебя.

— Я люблю вас... — мои слова растворились в вихре света.

Делаю резкий вдох, и мою грудную клетку сжало от прилива жара, словно я обожгла лёгкие.

Я очнулась на каменном постаменте. Свечи догорели до огарков, а профессор Лепава, бледная, но сосредоточенная, гасит последние искры ритуала.

— Вы вернулись, — она помогает мне подняться. — Что вы увидели?

Я улыбнулась, не смотря на всю испытываемую душевную боль и влагу на щеках.

— Я увидела их.

В глубине лаборатории, незамеченная никем, тонкая серебристая нить, соединявшая моё сердце с потусторонним миром, тихо растаяла в воздухе.

— Спасибо, — всхлипываю.

Профессор обнимает меня, по-матерински прижав к груди.

***

В спальный корпус возвращаюсь с абсолютно пустой головой, в которой нет ни одной мысли. Я выплакала всё, что было внутри. Я испытала такую бурю чувств, что не осталось сил ни на что.

Каждый мой шаг беззвучен, словно всё ещё пребываю в призрачной форме, хотя это не так. Ручка входной двери ощущается странно, свет в коридоре неестественный, и собственная комната, будто чужая.

Когда перешагиваю порог, на мгновение застываю при виде Дикого, сидящего на краю моей кровати. Возле него лежит... мой блокнот с записями.

Синие глаза с голубым отливом устремились прямо на меня, пронзив насквозь немым требованием.

Эйко вздыхает, закатив глаза.

— Он грозился выломать нам дверь, если я его не впущу, — говорит она, оправдываясь.

— Где ты была? — строго спрашивает Адам.

— Устроишь мне сцену прямо сейчас? — спрашиваю устало.

— Нет, я устрою её через несколько минут.

Под удивлённый взгляд Златовласки Дикий стремительно преодолевает расстояние между ними. Я попыталась увернуться, но его рука молниеносно схватила меня за запястье.

— Отпусти! — вскрикнула я, дёргаясь в попытке освободиться.

Но хватка лишь усилилась. Второй рукой он обхватил меня за талию, рывком приподнимая над полом. Я забилась, колотя кулаками по его спине, но Адам даже не дрогнул — одним движением он перекинул меня через плечо, крепко прижимая к себе.

— Пусти, сволочь! — извиваюсь, пытаясь ударить его ногами, но он лишь крепче сжал мои бёдра.

Не обращая внимания на моё сопротивление, Дикий шагает к двери. Я уловила мимолётно отражение в зеркале — мои растрепанные волосы, раскрасневшееся лицо, и его невозмутимую, почти пугающую решимость.

— О-ой... — тянет Эйко, не уверенная потешаться над нами или беспокоиться за меня.

Коридор спального корпуса промелькнул перед глазами — приглушённый вечерний свет, ряды дверей, изумлённые взгляды редких прохожих. Я кричу, требую отпустить, но Адам целеустремлённо идёт молча, словно не слыша меня.

Когда мы достигаем мужского крыла, он на мгновение остановился, чтобы достать ключ из кармана. Я воспользовалась паузой, вцепившись в его плечо, пытаясь вырваться, но тщетно. Дверь щёлкнула, открываясь, и мой похититель шагнул внутрь, занося меня в свою комнату.