Чтение онлайн

– Дыши, – прошептала я.

Он шумно втянул воздух – и только тогда обнял меня в ответ. Я кивнула, уткнувшись в него. И мы замерли, и минуты тянулись как часы.

Кейд

– Нам пора, – наконец произнес я, отрываясь от единственного утешения. – Если Тэйт узнает, что нас нет, у него уже сейчас, наверное, инсульт.

Руки Джорни разомкнулись на моей талии. Она кивнула, казалось, ей было плевать, догадался ли директор о нашей «экскурсии». Она всегда была тихой бунтаркой, но раньше колебалась во время наших вылазок, боялась быть пойманной. Теперь же её мысли витали в другом.

Мы оделись, выглядели менее потрёпанными, чем несколько минут назад, когда я вгонял свой член ей в рот. И снова: этого не должно было случиться. Но едва она опустилась передо мной на колени И, чёрт возьми, я не смог устоять. Как я мог отказать этим печальным серым глазам, смотрящим снизу вверх, с языком, игриво мелькающим между губ? Блять. Никто не проникает в меня так, как она.

Я следовал за ней по пятам, когда она вышла из комнаты в тёмный коридор. Вместо входных дверей она направилась в противоположную сторону. Шаги её были бесшумны; она скользила по коридору как призрак. Пальцы скользнули по стене на повороте, и она замерла у массивной, тяжёлой двери.

Я нахмурился, видя её неподвижность. Подошёл вплотную, жаждая самого простого прикосновения. В Джорни было нечто, зовущее меня. Оно было всегда. Живое, дышащее, текущее в моих венах, словно она создана для меня и никого больше. Я чувствовал её внутреннюю бурю, видел, как тело напряглось от гнева.

Отбросив волосы с её плеча, я смотрел на профиль, давая ей необходимое пространство. Когда же она повернулась, меня словно током ударило. Её взгляд всегда парализует меня в первые мгновения. Глубинный инстинкт требовал схватить её лицо и вдохнуть жизнь в неё, будто я создан лишь для того, чтобы хранить её дыхание.

Это пугало.

Я тонул в ней. Сильнее, чем когда–либо.

– О чём думаешь? – коснулся подушечкой пальца её скулы.

Прерывистое дыхание заполнило пустоту между нами, а приоткрытые губы задели каждый мой оголенный нерв.

– Думаю... хочу спалить это проклятое место дотла.

Она отвернулась, уставившись в дверь напротив. Я догадывался: за ней – Ковен, где томилась Джемма. Где мучили Тобиаса. Если я и знал о Джорни что–то наверняка, так это её умение хоронить эмоции. Боялась дать им воздух – ведь в глубине души её глодал страх.

Боялась дать кому–либо власть причинить боль. Но сдержанность снаружи не означала, что внутри не зрела отрава. Ненависть бродила, как тяжёлый хмель, а от неё веяло сладостью мести.

– У меня идея, – сорвалось с моих губ в полуухмылке. – Идём.

Наши пальцы сплелись, я рванул Джорни за собой через тёмный коридор – до лунного света у парадных дверей. Холодный воздух хлестнул по лицам, когда мы вырвались из клиники. Она обернулась, окинув взглядом здание, словно оставляла за спиной отрубленную конечность.

– Что мы делаем? – спросила она, пока я тащил её к мотоциклу.

Резко развернувшись, я увидел, как она вздрогнула, сдвинув брови.

– Я спалю эту чёртову дыру дотла. Оставим только пепел.

Придвинулся вплотную, приподняв её подбородок – не мог удержаться.

– Для тебя.

В её глазах замерло колебание... Но на раздумья не было времени. Моя Джорни всегда жаждала бунта, и мне чертовски повезло, что это я утоляю её голод.

– Это место должно исчезнуть в огне.

Я открыл отсек на отцовском мотоцикле, мелькнула мысль, что и эту груду металла стоит отправить в ад вместе с Ковеном.

– Сожжём его. За тебя. За Джемму.

Я выхватил коробок спичек, точно зная, что он там.

– И за Тобиаса.

Притащив нас обратно к больнице, я остановился в холле. Взгляд скользнул к Джорни, слова прозвучали с вызовом:

– Где медсклад? Нужно что–то горючее.

Она нерешительно указала на дверь в левом крыле. Джорни шла за мной по пятам, пока я шарил в темноте склада. Зрачки адаптировались, и я увидел ряд стеклянных бутылок со спиртовыми растворами. Бинго.

Схватил одну, сорвал крышку, вылил часть на пол. Плюх – эхо ударилось о плитку.

– Пошли, – наполовину полная бутылка в одной руке, её ладонь – в другой.

Ещё миг, и мы снова в кабинете доктора Мелроуза. Полки папок так и молили о пламени. Я поставил бутыль со спиртом на стол, поймал на себе широко раскрытые глаза Джорни и медленно подошёл, хищной поступью. Приподнял её чёрную толстовку, ощутив волны тепла от тела. В её взгляде плавали тени, и я жаждал стать спасительным плотом.

– Согласна? – сжал край тонкой майки под тканью. Пальцы скользнули по коже, и я почувствовал мурашки. Будь она чужой, усомнился бы. Но кивок подбородка стал разрешением.

Ша–р–р–рах! – хлопок рвущейся ткани эхом отозвался в комнате. С каждым рывком её гибкое тело врезалось в моё. Не выпуская лоскута, присел на корточки, зажал зубами майку и разорвал окончательно.

Ладони Джорни легли на мои плечи. Прежде чем встать – прикоснулся губами к её животу. И знакомый жар ударил в шею. Чёрт…

– Твой вкус – мой любимый, – выпрямившись, сказал я. Её щёки вспыхнули, и мое сердце сжалось. Вот моя девочка. Так она не краснела с тех пор... как попала сюда.

Она прикусила губу, сдерживая улыбку. Я развернулся, скомкал ткань и затолкал в горлышко бутылки. Спирт пропитал низ фитиля. Вытянул ткань, закупорил бутылку.

– Мы правда это делаем? – её хрупкий голос разрезал тишину кабинета.

– Да, – я проверял коктейль Молотова, собранный по давно отработанной схеме.

– Это же незаконно.

– Как и покушение на убийство. Или запирание невинной девчонки в чёртовой психушке.

В ответ она сомкнула губы. Мы смотрели друг на друга, вдыхая пары спирта. Ещё один кивок, улыбка, от которой перехватило дыхание – и я прижал её к двери, расчищая путь к бегству.