Чтение онлайн

Я кивнула, бросив взгляд на окно за кроватью. Я не могла даже представить, чему научил Кейда за эти годы его отец. Человек, торгующий нелегальным оружием и причастный к Ковену – этому таинственному месту, где готовят убийц для черного рынка... Это должно было быть ужасающим.

Луна сместилась, и теперь я не видела ее между звездами.

– Нам пора, да? Как долго я проспала?

– Мы можем остаться еще ненадолго. На улице довольно тихо, – сказал он, наконец отпуская мою руку. Его сердце билось как гром у меня под ладонью, и я не могла перестать это чувствовать.

Между нами повисло молчание, пока я перебирала в голове сценарии с сестрой Марией и её местонахождением. И тут Кейд снова заговорил:

– Чему еще тебя научил Тобиас? Кроме как резать ножом во сне?

Обе мои руки теперь покоились на его груди, а взгляд был прикован к тонкой струйке крови, сползавшей по его шее. Я и правда его порезала. – Что ты имеешь в виду? – спросила я, медленно поднимая руку, чтобы стереть кровь. Подбородок Кейда сместился в сторону, открывая раненую шею, его четкий профиль и задвигавшийся кадык.

– Вы с ним трахались?

Я замерла, палец мягко прижался к ране. Во мне шевельнулось странное желание наклониться и прикоснуться губами к порезу, как я делала с девочками, когда они разбивали коленки, слишком быстро бегая по разбитому тротуару у входа.

– Ты разозлишься, если я скажу «да»? – Я сама не понимала, зачем играю с ним. Это были неспокойные времена, мы физически находились в месте, где нам вообще не следовало быть, а я тем временем подначивала его, вынуждая реагировать. Правда была в том, что мне нравилось, когда он ревновал. Нравилось, когда он заявлял, что я принадлежу ему. Нравилось быть желанной им.

– Нет.

Комната мгновенно затихла, и как только я стёрла кровь с его шеи большим пальцем, он схватил мою руку, зажав окрашенный красным палец между нашими телами. Я прекрасно осознавала, что сжимаю внутренней стороной бедра, и меня охватил полнейший, необузданный трепет.

– Нет? – спросила я, наклонив голову так, что волосы упали на разделяющее нас пространство. Что, чёрт возьми, мы делаем? Если какая–нибудь из монахинь услышит или увидит это… они сгорят на месте от стыда.

Он медленно покачал головой, с хищной неторопливостью.

– Нет.

Кейд двинулся подо мной, и я ощутила твёрдый, настойчивый толчок даже сквозь джинсы. Внутри всё сжалось, дыхание перехватило – мне отчаянно хотелось двинуться навстречу его телу.

– Это лишь дало бы мне повод доказать тебе, что ты моя, а не его.

Вот она. Непокорная искра в самой глубине, цеплявшаяся за его слова, как за спасительную соломинку. Сделай это. Докажи мне, Кейд.

– Тебе бы это понравилось, правда? – спросил он, поднимая мой окровавленный большой палец к моим губам и нежно прижимая его к ним.

– Почему ты так говоришь? – Мой голос был прерывистым, шепотом, настолько тихим, что я не была уверена, слышит ли он меня.

– У тебя такой взгляд. – Его глаза скользнули по моему лицу, и глубоко внутри все сжалось от сладкой муки. Мы с Кейдом уже много раз оказывались в точно таком же положении: я верхом на нем, а в его глазах – отсвет чистейшего бунтарства. Но на этот раз все было иначе. Словно мы балансировали на острие ножа, готовые рухнуть в пропасть от одного неверного движения. Между нами лежал тяжелый груз прошлого, зияли незажившие раны, из–за чего каждая минута с ним казалась последней. Мы уже теряли друг друга однажды, и именно это, без сомнения, подпитывало этот самый момент

Другая рука Кейда опустилась на мое бедро, пальцы легли прямо на низ моего живота, разжигая пламя в самом эпицентре.

– Твои веки тяжелеют, а в глазах – тот самый огонь желания, в котором я терялся больше раз, чем сосчитать. Там, внизу, так тепло, – его пальцы впились чуть сильнее, – что я чувствую это сквозь джинсы нас обоих. Он сильнее прижал мой палец к моей нижней губе, и мне пришлось собрать всю волю, чтобы не пустить в ход язык. – Твой рот умоляет о поцелуе, и мне нужен максимум самообладания, чтобы не дать его тебе сию же секунду.

Я молчала, но его слова эхом отдавались внутри, задевая каждую интимную частицу, что жаждала его.

– А? Я прав? – спросил он, взглянув на меня снизу с дьявольской усмешкой. – Хочешь, чтобы я доказал?

– Мы с Тобиасом были лишь друзьями, – выдохнула я, двинув бедрами над ним и сломав хрупкую преграду между правильным и желанным. Ни малейшего сомнения не шевельнулось в мозгу, что быть с ним сейчас – ошибка, даже если мы прячемся там, где я выросла, а по коридорам внизу бродят монахини.

Из его груди вырвался рваный вздох, и он впился зубами в свою нижнюю губу.

– Хорошо. – Внезапно мой палец оказался у меня во рту, и терпкий, металлический вкус его крови ударил по вкусовым рецепторам неожиданной волной. Он опустил подбородок, глядя опасно–притягательно снизу вверх. – А теперь соси.

Я не теряла времени. Никаких мыслей о нас, о том, что мы делали в приюте на моей жалкой, наполовину выкрашенной койке. Всё моё внимание было поглощено жгучей, разъедающей внутренности напряженностью и выражением плотского желания на лице Кейда. Его хватка на моем запястье усилилась, пока я обсасывала большой палец, облизнув губы после того, как кровь исчезла. Моя рука медленно опустилась на его грудь, а его ловкие пальцы потянулись к пуговице моих джинсов, высвободили ее из петли и одним плавным движением дернули молнию вниз.

– Приподнимись. – Это был единственный приказ, и, несмотря на хриплость и резкость его голоса, я сделала именно то, что он хотел.

Я уперлась руками в изголовье за его спиной и приподняла бедра, зависнув в опасной близости от его рта, пока он стягивал с меня джинсы. На мне осталась тонкая черная толстовка и трусики, которые Кейд вдруг зацепил пальцами и снял их так же медленно, как джинсы. Его сильные руки впились мне в талию, не давая сдвинуться.

– Садись.

Я нахмурилась, задержавшись на слове.

– Садиться? – Я попыталась отодвинуть бедра назад, но его пальцы впились в кожу, причиняя сладостную боль.

– Да. Садись. – Я опустила взгляд на его лицо, и на меня в ответ смотрела знаменитая, победная ухмылка, от которой девушки теряли голову.

– Прямо… прямо сюда?

– Ты хоть представляешь, сколько раз я представлял, как ты сидишь у меня на лице? Ты – все, что я хотел вкусить с тех пор, как ты вернулась.

Моя грудь вдруг отяжелела, напряжение в сосках взбудоражило все тело. Нос Кейда скользнул вверх по внутренней стороне моего бедра, и ноги мои заходились мелкой дрожью. Он прижал мои бедра вниз, пока я вцеплялась руками в изголовье, чувствуя, как желтые чешуйки краски осыпаются на пол. Как только его рот коснулся меня, я запрокинула голову, обмякнув на нем еще сильнее.