Мещерские сказы для детей. От Буры-яги до русалки-чамки
Шрифт:
Рассказала мать Добрыне про меч, а сама плачет — уж больно неохота ей парнишку на военное дело пускать. Добрыня же, недолго думая, побежал к заводи, стал чамку на поединок выкликать. Та вышла, схватились они. День борются, другой… На третий день чует Добрыня: вот-вот его чамка одолеет. Помолился тогда Божьей Матери, как его матушка научила, и сразу силы прибавилось, одолел он чамку. Та ему и говорит: «Одолел ты меня, добрый молодец, теперь проси чего хочешь: хочешь — женой тебе стану, хочешь — богатства тебе дам».
«Не надо, — говорит Добрыня, — мне ничего, кроме меча заветного, что ты в заводи прячешь».
Отдала чамка Добрыне этот заветный меч. Пошел он на службу царскую и стал наипервейшим богатырем.
С Добрыней Никитичем связано и другое место в Мещере: недалеко от устья реки Пры находится остров Добрыня, или Добрынь-остров. Он помечен на картах Московского государства, составленных иноземцами в XVI-XVII веках.
В народе рассказывали, что на острове располагалась застава богатыря Добрыни Никитича, прозванного Рязаничем. Богатырь с дружиной охранял пределы Рязанской земли от врага. Ну а когда врагов не было, рязанские воины промышляли преступным грабежом — обирали купеческие суда, следовавшие по Оке.
Сказ
Собрал царь татарский войско, позвал колдунов и волшебников и выступил на Русь. Русские тоже армию собрали и против татар выступили. А колдуны татарскому царю говорят, что есть у главного русского богатыря меч необыкновенный, который делает своего хозяина непобедимым, и с ним — всех русских. Победить же их можно только хитростью…
Захотел татарский царь завладеть мечом и послал лазутчика, чтобы тот нашел предателя, который мог бы у Добрыни меч украсть. А сам говорит русскому царю: «Зачем мы с тобой будем биться войсками, людей убивать? Давай сделаем по-честному. Ты выставишь поединщика, и я выставлю поединщика. Чей одолеет — того и верх, тот будет властвовать над другим триста лет». Наш царь-то простодушный был, обрадовался, что не надо солдат на смерть вести. Ну и согласился.
Выставили русские Добрыню. А татары — маленького худенького татарчонка. Засмеялся Добрыня: «Этот, что ли, ваш богатырь? Да я супротив таких тридцати выйду драться».
Царь татарский обрадовался, в ладоши захлопал: «Не я сказал — сам вызвался супротив тридцати воинов татарских биться…»
Выставили татары тридцать воинов — один сильнее другого. Стали они с Добрыней сражаться. День и ночь бились. Второй день и вторую ночь бились. Добрыня всех татар почти перебил — остался один малой татарчонок.
Царь татарский говорит нашему: «Вишь-ка, русский царь. Твой богатырь верх берет. Мой воин устал, да и по закону нашему басурманскому нужно ему перед смертью неминучей проститься со всеми родными. Давай ночь они передохнут, а наутро сойдутся, и тогда уже твой богатырь убьет моего татарчонка».
Русский царь — добрая душа — согласился. Лег спать Добрыня, а предатель подменил меч его. А как утром богатырь за меч взялся — понял, что не тот меч, не заветный. Тут налетел на него татарчонок и убил Добрынюшку. Обрадовались татары, заплакали русские, да делать нечего. Так татары триста лет над Русью и командовали…
Меч же заветный царь татарский хотел взять, однако все его колдуны в один голос завопили, что только русский человек может им владеть, а коли кто иной дотронется, то ждет его смерть неминучая… Тогда царь на радостях, что Русь покорил, велел отдать меч русским, чтоб похоронили с Добрыней в родных местах.
Привезли Добрыню в Шилово, похоронили возле устья реки Пары в кургане — его назвали Добрыниным. Да только в ночь перед похоронами к матушке богатыря явилась сама чамка и велела опустить заветный меч в воды Оки.
Конечно, в сказаниях о Добрыне чувствуются напластования других времен: в них действует русский царь, хотя в XIII веке на Руси еще не было царей. Но ведь на то они и сказы.
Если вы читали научные книжки, то наверняка помните, что почти все ученые называют прототипом былинного Добрыни дядю князя Владимира, Добрыню Малковича. Однако в письменных источниках упоминается множество Добрынь (как видно, имя было довольно популярно на Руси):
Добрыня — дядя князя Владимира Святославича (X век);
Добрыня Рагуилович — воевода новгородский (XI век);
Добрыня — новгородский посадник (XI-XII века);
Добрынка — киевский боярин (XII век);
Добрыня Долгий — суздальский боярин (XII век);
Добрыня Рязанич Златой Пояс (XIII век).
Кстати, летописи повествуют о Добрыне Рязаниче в 1223 году в связи с роковой битвой на реке Калке [8] . Объединенные русские и половецкие войска были полностью разгромлены татаро-монголами. Летопись сообщает, что в сражении погибли Александр Попович, слуга его Тороп, Добрыня Рязанич Златой Пояс и еще семьдесят великих и храбрых богатырей. «С той поры перевелись богатыри на Руси», — с горечью завершает свой рассказ летописец.
8
Сейчас некоторые ученые пришли к выводу, что битва на Калке произошла в 1224 году. Здесь нет ошибки, просто на Руси одновременно действовали два календаря: по одному (мирскому) новый год начинался в марте, а по второму (церковному) — в сентябре. Летописцы не указывали, каким календарем пользовались, из-за чего и получились разночтения.
Зимой 1237 года на земли русские вторглось татаро-монгольское войско под предводительством внука Чингисхана Бату (или Батыя, царя Батыя, как называли его в русских летописях). Многотысячная армия осадила первый на своем пути русский город — Рязань. Пять дней длился беспрерывный штурм. Все рязанцы от мала до велика отбивали вражеские атаки. А пока продолжалась осада города, отряды степняков разоряли Рязанскую землю. Наконец город был взят и полностью уничтожен. Почти всех жителей перебили или увели в плен. От тех страшных времен сохранились в народе предания и сказы. И пожалуй, самый главный — о боярине рязанском, святорусском богатыре Евпатии Львовиче Коловрате.
Сказ
В народе говорили, что родился Евпатий в небольшом городке на месте современной деревни Фролово (Шиловский район). Отец его был боярином рязанским и владения имел обширные, в том числе Урсовский городок заставный. А еще принадлежали воеводе деревеньки на озере Вельё в левобережной Мещере.
Когда вырос Евпатий, стал он вслед за отцом служить рязанскому князю и вскоре прославился как лучший боец среди рязанских дружинников. Сделал князь и Евпатия воеводою, доверял дела вершить самые трудные, ответственные, даже посольские.
Послал как-то князь Коловрата в Киев по делам государственным. Отправился воевода с малою дружиною и с подарками к князю киевскому. Да только не доехали: догнала посольство весть, что пришла на Русь беда невиданная — царь Батый привел войско татарское, и воинов в том войске не тысяча и не сто тысяч, а тьма-тьмущая. Оставил Коловрат дары посольские на сохранение в каком-то городке и со своей невеликой дружиною бросился к родному городу. День и ночь скакали, давая только короткий отдых коням. А когда добрались до Рязанщины — встретили их тучи воронья да орды волков, пожарища вместо сел да городов. С сердцами, наполненными горем, приблизились дружинники к Рязани. Город еще догорал. И только три собора, почерневшие от дыма, лишенные крестов, возвышались над руинами, призывая на бой с ворогом.
Вдруг Евпатий увидел: по разгромленной улице идет каличка (так называли странниц-богомолок). Подходит она к Евпатию и говорит: «Ступай к озеру, там произнесешь имя мое — и тебе отдадут меч». Сказала и исчезла.
Понял Коловрат, что это сама Царица Небесная направляет его. Поспешил к озеру. По дороге (а это с десяток верст от Рязани) встретились ему люди, спасшиеся от погрома. «Куда ты, Евпатий Львович?» — «Батыгу бить». — «Возьми нас с собой».