Между «привет» и «прощай»
Шрифт:
Морган взглянул на меня, потом вновь посмотрел на Моми.
– О чем ты?
– Ни о чем, – поспешно вмешался я.
Моми усмехнулась.
– Мы с Эшером как раз обсуждали изменения в образе жизни, необходимые для его здоровья.
Отбросив замешательство, Морган придвинул к кровати еще один стул.
– Да-да, больше ничего не говори. Не хочу давить на тебя, брат, но я согласен с Моми.
– Согласен с чем?
– С изменениями в образе жизни. В частности, с одним из них, довольно значительным. – Он грустно улыбнулся. – Пришло время сделать что-то для себя.
– Ладно, мы здесь не для того чтобы обсуждать мои проблемы, – нахмурился я. – Моми…
– Со мной все будет в порядке, – возразила она. – А если нет, то ты с этим ничего не сможешь сделать. Я уже старая, прожила полноценную жизнь. И пусть я пока не готова прощаться, когда придет время, я с благодарностью оглянусь назад на прожитые годы, на окружающую меня любовь. Потому что именно любовь – мерило жизни, милый. И она стоит всего.
Морган поймал мой взгляд, мрачный и серьезный.
– Время пришло, брат.
– О чем ты, черт возьми?
– О Фейт, – пояснил он. – Ты ее любишь, верно?
Я начал спорить, но в этом не было смысла. Да и не очень-то хотелось, честно говоря.
– Да, люблю.
– Тогда главный вопрос не в том, кто где живет. Но доверишь ли ты ей свое сердце? И сможет ли она доверить тебе свое? Если ответ – «да»… – Морган пожал плечами. – Остальное – просто логистика.
– Чертовски серьезная логистика, – возразил я. – Прости, Моми.
Она только фыркнула.
– Лучше помолчи и послушай Моргана.
Брат повернулся ко мне, скрестив руки на груди.
– Что ты сказал восемь лет назад, когда я признался, что переезжаю на Кауаи?
– Я сказал, что ты чокнутый.
– А после этого?
– Не знаю…
Улыбка Моргана стала шире.
– Ты сказал: все, что угодно, лишь бы ты был счастлив, брат. И я до нелепого счастлив. У меня есть все, о чем можно только мечтать. И все благодаря тебе.
– Я не…
– Ты сделал это возможным. – Его глаза заблестели, голос стал хриплым. – Ты пообещал заботиться обо мне и сдержал слово. Теперь твоя очередь. Для разнообразия подумай о себе. И стань счастливым. – Морган расплылся в улыбке. – Мы справимся. Конечно, будем чертовски по тебе скучать, но все сложится хорошо.
Глаза вдруг наполнились слезами.
– Черт, ты прогоняешь меня?
– Да, – в один голос подтвердили Моми и Морган. Брат усмехнулся. – Мы голосуем за то, чтобы ты покинул остров.
– Засранец! – Я рассмеялся и вытер глаза. Хотелось сказать что-то еще, но я не мог подобрать слов. – Я думал, что не сумею уехать. Но… я просто хочу дать Фейт все, в том числе и жизнь, которую она выберет. Идеальную жизнь.
– Ее идеальная жизнь включает и тебя.
Я медленно кивнул, осознав, что мне нужна жизнь только рядом с Фейт. И вероятно, не важно, где именно – ведь пока я был с ней, то находился дома.
Я перевел взгляд с Моргана на Моми и обратно.
– Будет непросто, – хрипло предупредил я.
– Как будто ты сумеешь от нас избавиться, – фыркнул Морган. – Прыгнешь в самолет – и ты здесь.
– Я останусь без работы.
Морган усмехнулся.
– В Сиэтле устроят пожары специально для тебя.
Хмыкнув, я вытер нос.
– Разве ее не ждет какая-то большая церемония награждения? – поинтересовалась Моми, приподняв брови.
– В эти выходные, – подтвердил я. – Очень важная, и Фейт обязательно победит.
– Тогда в этот момент тебе лучше быть рядом с ней, – подсказал Морган.
Мы просидели с Моми еще несколько часов, потом она устала и выставила нас из палаты.
Поднявшись со стула, я наклонился и поцеловал ее в щеку.
– Mahalo nui loa. За все. – Я смерил ее суровым взглядом. – Знаешь, чтобы влезть в мою жизнь, вовсе не нужно было ломать бедро. Могла бы просто позвонить.
– Что я могу сказать? Люблю драматичные ситуации. – Она похлопала меня по щеке. – Беги к своей wahine nani.
«К своей прекрасной женщине».
Сейчас я не мог даже представить, что Фейт станет моей навсегда.
Я повернулся и обнял Моргана.
– Я пришлю тебе данные новой медсестры.
– Не сомневаюсь. Но не стоит пока прощаться. Разве тебе не нужно кое-что прикупить?
Я подавил тяжкий вздох. На сердце внезапно стало легче, чем когда-либо. Оказалось, не так уж сложно принять нужное решение, и буря внутри тут же успокоилась.
– Да. Думаю, что нужно.
Три дня спустя я зарегистрировался в отеле «Сентенниал» в Сиэтле, штат Вашингтон. Я распаковал повседневную одежду и один дорогой костюм. Из ручной клади достал маленькую черную бархатную коробочку и сунул ее в карман куртки, а после отправил сообщение.
«Я на месте».
Ответ пришел довольно быстро.
«Встретимся в баре «Чарльстон» в три часа».
Я кивнул и вышел на улицу.
На Гавайях дожди приходили и уходили. Сперва лило как из ведра, а после, как по мановению волшебной палочки, небо становилось синим. Сиэтл в феврале выглядел серым и унылым. Казалось, облака поселились в нем навечно.
«Привыкай к этому, приятель».
Сайлас Марш ждал меня за столиком в глубине ресторана, подальше от окон. В брюках, черной водолазке и пальто он выглядел очень элегантно.
– Привет. – Я пожал ему руку. – Спасибо, что согласился встретиться.
– Не за что. Итак… – На его лице расплылась ухмылка. – Хочешь позвать ее замуж?
С губ сорвался нервный смешок.
– Она пока еще не согласилась. И прости, что вел себя как полный идиот.
Сайлас задумчиво кивнул.
– В последнее время она была немного расстроена. Вроде как не в себе.
– Это я виноват, – признался я. – Я не должен был на нее злиться.
– Думаю, она тоже немного злилась, но не могу ее винить. Я вспоминаю свои чувства… их необъятность чертовски пугала. Как удержать чье-то сердце и сберечь его? Это большая ответственность. Она сомневается в себе. – Он взглянул мне в глаза. – Думаю, она пыталась защитить тебя – и себя, когда сюда вернулась. Она боялась причинить тебе боль.
Я кивнул.
– То же самое могу сказать и о себе.
– Но что, в конце концов, случилось?