Чтение онлайн

Обучение — нелинейный процесс. Иногда дети быстро осваивают навык или учатся решать задачу, а иногда это дается им с трудом. Однако всякий раз, когда ребенок пробует выполнить задание или овладеть новым навыком, он, независимо от результата, получает новые знания. Ребенок может научиться умножать многозначные числа, а может понять, что умножение дается ему не так легко и нужно больше стараться. После недели изучения испанского в восьмом классе ребенок может понять, что новый язык дается с трудом, а может, наоборот, обнаружить, что языки он схватывает на лету. Собирая деревянный пазл из фигурок животных, ребенок может справиться с этой задачей, а может достать фигурки и начать играть в ферму. Вмешательство родителя, который думает, что помогает ребенку, внушает тому неуверенность в себе. Представьте шестилетнего малыша на детской площадке, которого другие дети не взяли в игру. Он стоит и смотрит себе под ноги, а дети его игнорируют. Вы начинаете переживать: подойдет ли он к детям? Попросит ли принять его в игру? Почему они его не берут? Может, подойти и самому попросить? Вмешаться, конечно, можно, но если просто понаблюдать и подождать, возможно, он сам решит эту проблему. Так и происходит: к вашему удивлению, он направляется к другому мальчику, который тоже остался один. Вскоре они вдвоем начинают играть, а позже присоединяются к остальным. И вот уже ребенок подбегает к вам и говорит: «Папа, у меня новый друг!»

Давая ребенку возможность самому во всем разобраться и исправить ошибки, мы показываем, что доверяем ему и верим в его силы. В Центре раннего развития дети часто не могут надеть куртку или застегнуть липучки на обуви. Если я или кто-то из воспитателей вмешается и выполнит за него эту задачу, он не научится делать это самостоятельно. Но мы можем придержать куртку, и тогда ребенок сможет сам застегнуть молнию. Помню, как учила сына завязывать шнурки. Ребенок мучился, раздражался, и гораздо быстрее было бы сделать это самой, да и он, пожалуй, предпочел бы это. Я могла ему помочь, но заставляла себя не вмешиваться, повторяя мантру: «В свое время он научится, он еще маленький». Я ждала, и наконец он научился. Видели бы вы его улыбку: он улыбался до ушей! Обучение всегда связано с неудачами и фрустрацией, но, обретая самостоятельность, дети становятся увереннее в себе, а достижение цели воспитывает стрессоустойчивость.

Если ребенок упал с самоката или велосипеда, понаблюдайте за ним минутку и подумайте, что ему нужно: возможно, он справится сам, поднимется и поедет дальше. Ребенок может посмотреть на вас, потому что ему нужна помощь или просто ободряющая улыбка. Не стоит тут же к нему бросаться. Если ребенок принес плохую оценку за контрольную, воздержитесь от критики и не придумывайте для него оправданий; не говорите «ты просто устал, вот и все». Лучше расспросите ребенка о контрольной и спокойно выслушайте. Поддержите его и скажите, что обучение — процесс, и он не всегда будет проходить так, как хочется. Предложите вместе просмотреть задания контрольной работы, и если ребенок согласится, задайте открытые вопросы, чтобы ребенок понял свои ошибки и догадался, как можно было сделать иначе.

Если ребенок поссорился или конфликтует с друзьями, постарайтесь не вмешиваться и не делать выводов, даже если разногласия кажутся непреодолимыми. Попросите ребенка описать ситуацию, включая его участие в ней и эмоции, которые он испытывает. Наблюдайте, задавайте вопросы и выслушайте рассказ ребенка о его чувствах.

Ошибаясь и пробуя снова, дети учатся намного эффективнее, чем когда с первого раза делают все правильно. Неважно, пытаются ли они решить сложную математическую задачу, овладеть физическим навыком или научиться читать новые слова, — попытки имеют значение и часто приносят пользу. Важен не результат как таковой, а осознание, что обучение отнимает силы и время. Стэнфордский психолог Кэрол Дуэк называет это мышлением роста. В настоящее время ведутся споры об эффективности вмешательств в привычный тип мышления, но основная теория Дуэк все еще прочна и доказательна. Дети, обладающие мышлением роста или стремящиеся его развить, знают, что изучение новых навыков, обучение использованию материалов и поведению в новых ситуациях требует времени и сил; они верят, что смогут во всем разобраться, знают, что ошибки неизбежны, но успех возможен всегда. Но главное — дети с мышлением роста учатся на ошибках, верят, что способности можно развить, и не воспринимают неудачи как полный провал.

Напротив, дети с фиксированным мышлением рассматривают ошибки и трудности как признак своей несостоятельности. Ребенок начинает избегать трудностей, поскольку они могут привести к ошибкам, а ошибки в его глазах — это плохо, потому что их невозможно исправить. Человек с таким типом мышления живет в черно-белом мире: он либо знает материал, либо нет, как будто интеллект выдается при рождении в определенном количестве и он никогда не увеличится и не уменьшится. Дети никогда не обладают одним типом мышления: в зависимости от контекста — сложности задания, настроения в тот или иной день, отношения к данному предмету, уровня подготовки — доминирующими могут становиться разные типы мышления. Родители могут помочь ребенку развить более конструктивное отношение к обучению, подчеркивая важность процесса, а не результата; акцентируя внимание на усилиях, которые были приложены, чтобы ребенок научился кататься на велосипеде, забрасывать мяч в кольцо, собирать пазл из пятисот деталей. Если родители четко дадут ребенку понять, что достижение цели всегда трудозатратно и отнимает время, дети испытают гораздо меньше фрустрации при неудаче. Ребенок также должен понимать, что иногда можно отказаться от слишком сложной задачи, и это нормально. Никто не должен бесконечно биться головой об стену. Акцент на процессе обучения также сообщает ребенку, что его ценят не за результаты контрольных и испытаний, а за участие и наличие самостоятельного мышления.

Когда родители, пусть и неосознанно, критикуют и осуждают ребенка за ошибки, неудачи, «копание» (часто с целью помочь) и даже комментируют их действия — «этот кубик слишком тяжелый, он не удержится на верху этой башни»; «попробуй крутить педали так, а не так» — они внушают ребенку, что с ним что-то не так и у него ничего не получится. Ребенок слышит: «Твои идеи никуда не годятся; ты неправильно мыслишь. Ты не сможешь».

Психолог Венди Моугел называет это «полезным страданием» и считает, что родители должны позволять детям испытывать неприятные чувства и попадать в дискомфортные ситуации [38] . «Детям полезно скучать, испытывать одиночество, разочарование, фрустрацию, грусть», — говорит она. Почему? Да потому что в итоге они все равно не смогут избежать этих чувств и им придется справляться с ними самостоятельно. «Когда мы вмешиваемся, чтобы предотвратить боль в сложных ситуациях, у ребенка вырабатывается рефлекс: всякий раз, когда он испытывает грусть или замешательство, фрустрацию или разочарование, он будет верить, что не сможет пережить это чувство». Поэтому мы, родители, должны прислушиваться к себе и спрашивать себя, что мы чувствуем, когда наши дети сталкиваются с трудностями и неприятными эмоциями.

Жить в семье — значит разделять обязанности, заботиться друг о друге и вносить посильный вклад в общее дело. Тема домашних обязанностей часто возникает в связи с желанием родителей привить детям чувство ответственности и добиться от них помощи в повседневных делах. Участие в домашнем хозяйстве очень важно. Я советую родителям не называть это домашними обязанностями, а ввести новое выражение — домашние привычки или что-то подобное (придумайте сами). В любой семье — из двух, трех, пяти человек — совместные домашние дела и разделение обязанностей сплачивают, развивают важные социальные навыки, учат взаимоуважению и взаимопомощи. (Подробнее о социальных навыках мы поговорим в шестой главе .) Формируя домашние привычки, ребенок понимает, что такое общее дело, и учится участвовать в делах, идущих на пользу группе.

В каждой семье структура домашних привычек выстраивается по-разному, но вот несколько общих рекомендаций.

Сначала определите, что нужно делать по дому, например накрывать на стол, убирать посуду со стола в раковину, мыть посуду (с более старшими детьми — загружать посудомоечную машину), выносить мусор, проверять почтовый ящик, доставать посуду из посудомоечной машины, складывать или убирать постиранное белье, кормить и выгуливать домашних животных, поливать цветы.

Какие обязанности попадут в категорию общих, решать вам. Я в детстве отвечала за пылесос: почему-то мне это нравилось, и всякий раз, когда нам давали выбор, я предпочитала пылесосить. Определившись со списком дел, составьте график или распределите, кто что делает и когда. В разных семьях домашние привычки будут распределяться по-разному. Возможно, вы захотите, чтобы члены семьи сами выбрали себе занятие или составили график или расписание, по очереди выполняя разные дела. Как бы то ни было, воспринимайте домашние привычки как общую ответственность. Такой подход подразумевает гибкость и возможность сотрудничества, а эти навыки понадобятся детям в реальном мире: в школе, на работе, в отношениях с друзьями, в семье.

По опыту я знаю, что детям нравится участвовать в общих делах и брать на себя ответственность, так как они чувствуют себя причастными к взрослому миру. Маленьким детям можно купить маленькую метелку или тряпочку для уборки, чтобы они были «как мама или папа» или «как большие ребята». Дети становятся увереннее, когда выполняют «взрослые» дела. Когда мои сыновья пошли в школу, мы решили, что пора дать всем детям больше домашних обязанностей. Раньше они только убирали тарелки, складывали грязные вещи в корзину для белья и заправляли кровати утром (по-разному: кто-то аккуратно, кто-то просто небрежно укрыв одеялом, но я не комментировала и не критиковала). В нашем доме дел было невпроворот, как во многих семьях с детьми. Я составила график, внесла в него три дела на каждый день и повесила на стену (накрыть на стол, убрать со стола, достать посуду из посудомойки). Дети выполняли эти простые обязанности по очереди. Я думала, что выстроила систему с четкими ожиданиями, ясную и вместе с тем гибкую, но мои старания пошли прахом. Дети ругались, в какие дни какие дела выполнять и кто будет это делать.

Потом два старших сына сказали: «Мам, твой график не работает! Мы составим свой!» И они так и сделали. Они втроем договорились и выработали систему полностью без моего участия. Каждый день они накрывали стол, убирали со стола и доставали посуду из посудомойки. Выполнение домашних дел вошло в привычку. Составляя свой график, я не учла одного, и они мне на это указали: они сами хотели распределить обязанности, а я лишила их этого права. Получив самостоятельность, они отнеслись к своим обязанностям с большей ответственностью, хотя домашние дела по-прежнему не нравилось делать никому. Но однажды начав, они ввели это в привычку. Привычки похожи на ритуалы: если выполнять их каждый день, они становятся второй натурой, и обувь всегда стоит на полочке для обуви, куртки висят на крючочках, грязная одежда лежит в корзине для белья, а грязная посуда в раковине. Для начала составьте список обязанностей и привлеките детей к выполнению разных дел. Даже если ваши дети уже не маленькие, если у вас подростки и вы так и не приучили их к домашним делам, не думайте, что время упущено. Даже студентов, приехавших из колледжа на каникулы, можно этому научить.

Домашние привычки приучают детей брать на себя ответственность, заботиться о себе и близких и быть самостоятельными. Все эти навыки ребенок потом будет применять во внешнем мире. Дети, безусловно, будут жаловаться и пытаться выкрутиться и не делать ничего, но при четко сформулированных ожиданиях все равно послушают вас. Верьте или нет, но выполнять работу по дому может быть весело.

Приучение к домашним привычкам можно начать с привычек личной гигиены и заботы о себе, например:

• заправить кровать;