Чтение онлайн

Черт возьми, я ошибалась. Его вкус просто фантастический.

Мои пальцы находят пуговицы на его рубашке в тот же момент, когда одна из его рук нащупывает длинные волосы, струящиеся по моей спине.

Он сжимает их, сильно оттягивая мою голову назад и открывая ему мое горло.

Я снова стону, когда он отрывает свои губы от моих и пожирает кожу на моей шее.

Я расстегиваю последнюю пуговицу на его рубашке, и он в мгновение ока снимает ее.

Я отталкиваю его назад, чтобы посмотреть на него. Я еще не видела его без рубашки, и, черт возьми, это стоило того, чтобы подождать. Его пресс подтянут и упруг, у него самый сексуальный «v», который я когда-либо видела в реальной жизни, с соблазнительным шлейфом темных волос, ведущим к поясу.

Его глаза темные и пылающие, когда они встречаются с моими, и я дрожу, когда холод проходит по мне от кончика головы до пальцев ног.

Ни один парень еще не смотрел на меня так.

Он делает шаг ко мне, и я жадно тянусь к ремню на его бедрах.

Он стонет от боли, и его голова падает мне на плечо.

— Я не могу, сладкая, — говорит он, его голос напряжен.

— Что? — шепчу я, потрясенная такой внезапной переменой настроения. — Почему?

Мои руки падают по бокам, когда он выпрямляется и отходит от меня, чтобы увеличить расстояние между нами.

— Я не могу этого сделать, не с тобой.

Я медленно киваю, реальность ударяет меня, как пощечина по лицу.

Не знаю, как я могла быть такой глупой. Я забыла, кто он такой. Он не просто какой-то парень. Он — Мэйсон, мать его, Леннокс, и он никогда не сможет стать моим.

— Конечно... я... прости... — я обхватываю себя руками и обхожу его. — Я не должна была... я имею в виду, почему бы тебе хотеть иметь что-то общее со мной? — я горько смеюсь и подхватываю с пола комбинезон.

Он ничего не отвечает, а я быстро надеваю его, все время, стоя к нему спиной.

Я не позволяю себе оглянуться, когда выбегаю из комнаты.

Мэйсон

Я знаю, что причинил ей боль. Вижу это ясно, как день. Это написано на ее лице.

Я знаю, что сказал что-то не то, она истолковала все неправильно... но сейчас неправильный путь в сто раз безопаснее верного, поэтому я, молча, позволяю ей придумать ее собственные выводы и не произношу ни слова, даже когда она выбегает из комнаты, не бросив ни единого взгляда в мою сторону.

— Черт, — бормочу я.

Я облажался по полной программе.

Позволил руководить своему члену, а я не могу позволить этому случаться, когда она рядом.

Она не просто какая-то цыпочка, которую я могу затащить в постель и не обращать внимания, когда закончу.

Она все еще будет здесь утром и на следующее утро, и на следующее, и на следующее, блядь, тоже.

Она будет здесь каждое утро, пока Энджи не решит, что моя репутация достаточно чиста, и, учитывая то гребаное отношение, с которым она говорила со мной по телефону сегодня утром, я бы сказал, что она все еще не впечатлена.

— Черт, — повторяю я, поднимаю с пола рубашку и натягиваю ее обратно, быстро застегивая пуговицы.

Надевать ее обратно уже не так волнительно, как снимать.

Я не в курсе, что, черт возьми, со мной происходит, но знаю одно: я безответственный, когда дело касается Билли, тем более, когда я разгуливаю с заряженным пистолетом в штанах.

Дрочка уже не помогает, мне нужно что-то настоящее.

Я сажусь и опускаю голову на руки.

Я не был так зол на себя с тех пор, как попал в реабилитационный центр.

— Сегодня будет хорошая ночь... — вопит Джош, перепевая хит группы Black Eyed Peas, а я стону от досады.

У меня есть считанные секунды, прежде чем он обнаружит меня здесь, сидящим на краю ее кровати и выглядящим как болван, но я не думаю, что это настолько волнует меня, чтобы уйти с места преступления.

— Так, так, так, что у нас тут? Ты выглядишь так, будто тебе только что отсосали, причем используя зубы или что-то в этом роде.

Господи Иисусе. Мне нужно покурить.

— Не в настроении слушать твое дерьмо, Джош.

— Что же, не повезло, принцесса, потому что я здесь.

Я медленно поднимаю голову и смотрю на него. Он выкладывается по полной, даже укладывает свои светлые волосы в нечто иное, чем его обычный стиль «я только что занимался серфингом».

Он прислоняется к дверному косяку и скрещивает руки на груди.

— Где ФД?

Я пожимаю плечами.

— Ты был придурком, не так ли? — обвиняет он, сузив глаза.

Я отмахиваюсь от него.

— Что ты с ней сделал? Или ты, наконец-то, трахнул ее, а она оказалась пустышкой в постели?

— Нет, — рычу я. — Заткнись, блядь.

Он ухмыляется.

— Ты прав, не может быть, чтобы эта девчонка была плохой.

Я не могу слушать, как он говорит о ней, пока сижу на ее неубранной постели. Слишком легко представить, как она будет выглядеть обнаженной подо мной, ее темные волосы на фоне белых простыней.

Черт.

Я поднимаюсь на ноги и прохожу мимо него.

— Ворчливый ублюдок, — бормочет он.

Он не ошибается, но ни черта не делает, чтобы помочь улучшить мое настроение. Как обычно, блядь.

— Позови девчонок.

Краем глаза я вижу, как он отдает мне честь.

— Сэр, да, сэр.

***

Вокруг меня шумит клуб, тяжелый ритм пульсирует в стене, к которой я прислоняюсь.

Я натягиваю кепку на голову и смотрю на танцующих Эйвери и Билли.

Чувствую себя мудаком. Билли не говорит мне ни слова с тех пор, как мы ушли. Более того, она даже ни разу не взглянула на меня. Как будто меня не существует.

Я должен быть счастлив, что выбрался из дома; никто меня еще не узнал, и то, что она сохраняет свое пространство, — идеальный исход, учитывая, что я не могу ее заполучить, но вместо того, чтобы чувствовать себя лучше, это только разжигает мою ярость.

Каждое покачивание ее бедер или улыбка на губах только еще больше злят меня. Хуже всего то, что я даже не могу выпить, а алкоголь здесь повсюду.

Джош опрокидывает в себя еще одну рюмку, ловит мой взгляд и ухмыляется, видимо, не обращая внимания на мое настроение.