Чтение онлайн

— Что? На этот раз никаких аксессуаров на коленях? — требую ответа дерзким тоном.

Он удивленно смотрит на меня, его темные глаза мгновенно находят мои.

— Почему ты здесь?

— Я пришла поговорить.

— О чем?

— О моих условиях.

Он медленно поднимается со своего места, очевидно, что мне удается привлечь его внимание.

Он медленно вынимает незажженную сигарету из губ и заправляет ее за ухо, его бейсболка теперь надвинута на затылок.

Действия, связанные с его грязной привычкой, не должны меня возбуждать, но, черт возьми, даже плохие вещи он делает очень хорошо.

Он слишком спокоен и собран, когда делает шаг ко мне, и это снова нервирует меня.

Я скрещиваю руки на груди и пытаюсь вспомнить, зачем здесь нахожусь, и что мне от него нужно.

— И каковы же твои условия, сладкая?

— Если мы собираемся продолжать это делать... если ты ждешь, что я буду «твоей девушкой», то у меня есть правила.

Он высокомерно ухмыляется, но машет рукой, чтобы я продолжала.

Я смотрю мимо него на пустой бокал, стоящий рядом с креслом, которое он занимал, но никак не могу понять, что в нем было, просто взглянув на него.

— Никакого алкоголя.

Он следит за направлением моего взгляда.

— Не выпил ни капли.

Я снова встречаюсь с ним взглядом и верю ему. Несомненно, и, возможно, это делает меня глупой, но я начинаю понимать, что даже самые умные девушки становятся немного глупыми, когда сталкиваются с Мэйсоном Ленноксом.

— И никаких других женщин, — говорю я, пока у меня еще хватает смелости.

Слова повисают между нами.

— У меня есть потребности, — рычит он.

— И у меня тоже.

Его взгляд становится обжигающим.

— Что ты предлагаешь, сладкая?

Я не знаю, что предлагаю, но слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их обдумать, и теперь, когда я их произношу, то намекаю на то, что у меня есть — я хочу этого. Очень сильно хочу.

— Ты знаешь, что я предлагаю. — Мой голос дрожит, но глаза не отрываются от его глаз.

Я хочу этого. Я хочу его.

Он сокращает расстояние между нами, его стройное тело прижимается к моему.

— Ты хочешь подарить мне это сексуальное тело?

— Да, — бормочу я, сердцебиение сходит с ума в моей груди.

— Это всего лишь секс, я не могу дать тебе больше, — обещает он.

Я медленно киваю, когда он обхватывает ладонями мое лицо.

Я не могу думать.

Мне все равно.

У меня есть лишь желание.

— Я твоя девочка, используй меня, — шепчу я.

Мэйсон

Я твоя девочка, используй меня.

Эти соблазнительные слова крутятся у меня в голове, пока мы едем обратно к дому.

Джош даже не смотрит на меня. Он отвалил от меня, а я давно не видел его таким взбешенным. Эйвери выглядит так, будто хочет ударить меня коленом по яйцам, так что я чертовски рад, что они не едут с нами.

Джош и Эйвери садятся в одну машину с Эриком, а Билли со мной на заднее сиденье Range Rover, который ведет Оливер.

Я не сказал ей ни слова с тех пор, как она предложила мне себя, и чувствую себя мудаком.

Мне не нравится это чувство. Мне вообще ничего не нравится чувствовать. Мне нравится получать от женщин то, что я хочу, а потом разрывать отношения. Никаких обязательств. Никакого чувства вины. Никаких чувств.

Мы оба получаем от ночи то, что нам нужно, а потом наши пути расходятся.

В этой ситуации все по-другому.

Здесь такого не произойдет, только не с Билли.

И все усложняет даже не то, что она живет со мной по контракту. Просто она не из тех девушек, которых трахаешь один раз и забываешь о них. Она даже не знает о том, насколько сексуальна. Она интригующая, а самое главное — чертовски милая.

Я знаю себя: если я позволю чему-то или кому-то подойти слишком близко, особенно такой женщине, как сидящая рядом со мной, то стану зависимым.

Такой уж я есть.

Наркоман.

И у меня такое чувство, что тяга к алкоголю не сравнится с привлекательностью Билли.

— Может, ты просто скажешь что-нибудь? — шепчет она с мольбой.

Я тяжело выдыхаю.

Я не знаю, что она хочет, чтобы я сказал... как я уже представляю, каково это — быть внутри нее? Как хорошо я уже знаю ее вкус?

— Если я тебя не привлекаю, можешь просто сказать об этом... Я не обижусь. Знаю, что я не такая, как та девушка в клубе.

Я расстегиваю ее ремень безопасности и усаживаю к себе на колени еще до того, как она заканчивает фразу.

Мне нужно исправить тот факт, что она вообще считает, что проблема в ее сексуальной привлекательности. Прямо сейчас.

Она задыхается, когда я поднимаю бедра, и твердость между моих ног дает о себе знать.

— Мэйсон, — умоляет она, и снова мое имя на ее губах становится моей абсолютной погибелью.

Мои руки проникают в ее длинные шелковистые волосы, и я притягиваю ее губы к своим в грубом, настойчивом поцелуе.

Я целую ее так, будто она единственная женщина, которую я когда-либо так сильно хотел, и, честно говоря, если я хоть на одну чертову секунду буду честен с самим собой, то так оно и есть.

Не знаю, что такого в моей малышке, но ничто и никогда не было таким сладким на вкус.

Она руками крепко обхватывают мои бицепсы, словно боится упасть.

Оливер мчится по широким, пустынным дорогам, то ли не обращая внимания на поцелуй на заднем сиденье, то ли просто чертовски хорошо выполняя свою работу.

Она отстраняется, тяжело дыша, а затем прижимается губами к моему подбородку, создавая дорожку из поцелуев до самого уха.

— Если ты думаешь, что проблема в том, что я не хочу тебя, то ты не так умна, как я о тебе думал.

Проблема в том, что я слишком сильно хочу ее, и в этом заключена, чертова проблема.

Она откидывается назад, ища в моих глазах намек на ложь. Ничего не найдя, она кивает.

Не знаю, что такого в этой девушке, но никто не может читать меня так, как она — даже Джош, а он видит слишком много.