Чтение онлайн

— Ты снова собираешься меня отвергнуть? — спрашивает она хриплым голосом. Она пытается, но не может полностью скрыть обиду.

Я чертовски ненавижу то, что причинил ей боль. Ненавижу и то, что мне не все равно. Я не хочу беспокоиться об этом.

Я мог бы объяснить, почему отказал ей раньше, когда так легко мог взять ее, но это только еще больше усложнит ситуацию.

Я не знаю, что, черт возьми, делать.

Но я понимаю одно: я ни за что не откажу ей снова.

Может, я и придурок, но не идиот.

— Нет, блядь, сладкая, — рычу я. — Ты — моя.

— Это то, во что верит весь мир.

— Подожди, пока я не затащу тебя в свою постель. Ты тоже в это поверишь.

У нее перехватывает дыхание, а я пользуюсь случаем, чтобы снова захватить ее мягкие, сладкие губы.

Она слишком хороша для меня, я чувствую это в ее поцелуе, но я известен как эгоистичный ублюдок, так что это не помешает мне взять ее в любом случае. Мне нужно поддерживать репутацию.

— Мы приехали, — бормочу я, когда машина замедляет ход и останавливается.

Она кивает и поднимает одну из своих сексуальных ножек, чтобы слезть с моих коленей.

Я ловлю ее, мои руки ложатся на ее бедра, и она снова задыхается.

Я улыбаюсь настоящей, широкой гребанной улыбкой. Я ничего не могу с собой поделать. Если всего лишь мои руки на ее обнаженной коже так возбуждают ее, то я даже представить себе не могу, как весело мне с ней будет.

— Ты только что улыбнулся? — вздыхает она.

— Может быть.

— Я никогда не видела, чтобы ты так улыбался.

— Не привыкай к этому, — рычу я, когда дверь рядом со мной открывается, и я сдвигаюсь, продолжая держать ее на коленях, и поворачиваю нас так, чтобы иметь возможность вылезти.

Она пытается сползти вниз, но к черту это, если я наконец-то собираюсь сдаться и получить ее, то не хочу делать это наполовину.

— Перестань извиваться, сладкая, — бормочу я, зарываясь лицом в изгиб ее шеи и нежно покусывая.

Билли стонет и крепко обхватывает меня руками и ногами, позволяя мне занести ее внутрь.

Она утыкается лицом мне в плечо.

— Это так неловко.

У меня возникает желание рассмеяться, но я сдерживаюсь. Она только что видела, как я улыбаюсь; я облажаюсь, если она услышит и мой смех.

— Оливер нас видит, — шипит она, ее стыд очевиден.

— К черту все, — снова усмехаюсь я.

Эта девушка...

Слишком, ну, просто, чертовски милая.

***

Я несу ее в свою комнату, не обращая внимания на пристальные взгляды Джоша и Эйвери, когда мы проходим мимо них в гостиную.

Думаю, Билли даже не видит этого; ее лицо все еще прижато к моей шее.

Я захлопываю за нами дверь и оглядываю беспорядок в комнате.

Может, это и не моя обычная кровать, как та, что стоит у меня дома, но эта кровать тоже принадлежит мне, как и дом, так что на сегодня это будет достаточно близко к моим фантазиям.

Я отпускаю ее бедра, и она скользит по моему телу, вырывая стон из моего горла.

Билли так хорошо ощущается рядом, что я не знаю, как, черт возьми, когда-нибудь буду способен остановиться.

Ее ноги опускаются на пол, и она смотрит на меня широко раскрытыми доверчивыми карими глазами.

Я не заслуживаю такого взгляда. Я только и делал, что был холоден с ней, обижал ее, держал на расстоянии.

Я бы, наверное, трахнул ту цыпочку в клубе сегодня вечером, если бы она не вернулась и не стала разбрасываться своими требованиями, как маленькая сексуальная тигрица. Лает, но не кусает.

Я — мудак, просто и ясно, но пока она это знает и принимает это во мне, я могу смириться с тем, какой я есть.

Даже если мы оба знаем, что у нее есть юридически обязывающий контракт, в котором сказано, что она не сможет ничего доказать, я соглашусь на ее условия, потому что она нужна мне — не только для того, чтобы спасти свою карьеру... мне нужно просто сделать это с ней. Мне нужно, чтобы она была здесь, со мной, и не кто-то другой, а именно она.

И пока она здесь, не будет никого другого.

Никого, кроме нее.

Она облизывает губы, и я понимаю, что должен что-то сказать, что-нибудь, чтобы успокоить ее насчет того, что будет дальше, но у меня ничего не выходит.

Она качает головой, как будто знает, что творится у меня в голове, и говорит, что слова не нужны.

Хорошо.

В любом случае, я никогда не был слишком разговорчивым, мне всегда были важны слова, ритм, мелодия. Пока я мог петь, мне не нужно было разговаривать.

Она встает на носочки, вся такая чистая и невинная, и прижимается губами к моим.

Я чертовски надеюсь, что речь не идет о том, чтобы я лишил ее девственности, но я не спрашиваю об этом. Ни за что, блядь. Не тогда, когда ее руки блуждают под моей рубашкой и спускаются к поясу, потому что, если она скажет, что это ее первый раз, я все равно не остановлюсь, и тогда действительно стану самым большим ублюдком в мире.

Я нахожу молнию на ее спине и расстегиваю ее, она освобождается от бретелек, и маленький сексуальный наряд падает на пол у ее ног, точно так же, как это было до того, как мы пошли на свидание сегодня вечером, когда я должен был предъявить на нее права.

Я держу ее на расстоянии вытянутой руки, чтобы посмотреть на нее, действительно, блядь, посмотреть на нее, потому что такое тело заслуживает того, чтобы его оценили.

Она сводила меня с ума все выходные. Ее крошечные бикини не оставляют никаких шансов воображению, но каким-то образом она выглядит даже лучше, чем я думал.

Единственный звук в комнате — это мое учащенное дыхание, когда я смотрю на нее.

Она медленно поворачивается по кругу, давая мне возможность насытиться.

Блядь.

Я в полной заднице.

Если алкоголь — моя зависимость, то эта девушка — мой криптонит.

Она настороженно тянется к пуговицам на моей рубашке, словно боится, что все это снова исчезнет, но к черту все. Я в деле. Я полностью в деле. К черту последствия, репутацию и карьеру. Прямо сейчас все это меркнет по сравнению с тем желанием, которое я испытываю к ней.