Чтение онлайн

Огненный Шар я бы успел заметить, даже лети он впятеро быстрее моего. Похоже, его светлость просто разжег в середине сосны сгусток пламени с запредельной температурой, и древесина полыхнула так быстро, что продукты горения сработали не хуже порохового заряда.

– Это заклинание вам вполне по силам. Называется Зарница, – пояснил Белозерский, опуская руку. – Его несложно перепутать с Молнией из аспекта Ветра – выглядят похоже.

– А в чем разница? – зачем-то уточнил я.

– Разница… Пожалуй, ни в чем. Принцип тот же самый – взаимодействие большого заряда маны с точкой в пространстве. – Белозерский на мгновение задумался, подбирая слова. – Я вообще склонен считать, что деление магии на стихии весьма и весьма условно. Сейчас это может звучать дико, но когда вы возьмете высший аспект – наверняка будете думать так же. Энергия есть энергия – остальное вторично.

– Дико? – улыбнулся я. – Я бы скорее сказал – это звучит убедительно.

Не знаю, повторял ли его светлость чужие мысли, или вывел собственную теорию, исходя из опыта – он оказался куда ближе к привычной мне концепции, чем ученые мужи, составлявшие справочник по основным заклинаниям.

– В сущности, основной аспект Одаренного скорее характеризует не магию, а самого мага… Если можно так выразиться, – продолжил Белозерский. – Определяет арсенал и диктует стиль боя. Камень сосредоточен на защите, Ветер – на поддержке и усилении. Лед… лед бы я, пожалуй, назвал бы самой сбалансированной из стихий, хоть обычно его и используют лишь в качестве оружия. В то время как Жизнь – почти всегда удел целителей, а не магов с боевой специализацией.

– А Огонь? – Я улыбнулся и зажег на ладони крохотную искорку пламени. – Какой стиль у меня?

– Исключительно атакующий. Напор, нападение, мощь в чистейшем ее виде. – Белозерский пожал плечами. – Впрочем, это вам наверняка уже и так известно. Весьма эффективный подход, должен сказать – однако Одаренному с любым профилем не следует уходить в развитие всего одной стихии. Иначе при встрече с врагом, который обладает иммунитетом к Огню вы, фактически, будете беззащитны. Два аспекта, а лучше три – вот, пожалуй, лучший рецепт из всех, что я знаю.

– Три аспекта, – повторил я. – И один из них – высший?

– Не обязательно. Продвинутая магия сама по себе не подразумевает какой-то особой концепции – скорее позволяет развить способности куда выше предела, в который рано или поздно упираются Одаренные с показателями первого ранга. И неважно, сколько аспектов им удается развить – один, два или все шесть.

– Шесть? – удивился я. – Разве такое бывает?

– Не думаю. Видите ли, друг мой, высший аспект – это не только цель, к которой юные маги вроде вас движутся десятки лет. Не уровень могущества… точнее – не только он, – поправил сам себя Белозерский. – Это еще и сам по себе путь развития. Вполне естественный. И тот, кто сумел освоить две основных стихии до первого ранга и заслужил право называться Мастером, куда раньше освоит высший, чем наберет положенных семьдесят баллов в еще одном аспекте.

– Все так просто? – Я почему-то сразу вспомнил профессора Воскресенского, чье развитие явно пошло по совсем другому сценарию. – Первый ранг, еще раз первый ранг – и потом сразу Магистр с высшим аспектом?

– Не совсем… Впрочем, об этом мы лучше поговорим в другой раз. – Белозерский тряхнул головой. – А сейчас предлагаю вернуться к тренировке. Времени у нас не так много, и лучше потратить его на еще пару полезных заклинаний.

Я молча кивнул. Теория теорией, однако практика сейчас куда важнее. И раз уж высший аспект и первый ранг хотя бы по одной из стихий мне пока все равно не грозят – самое время осваивать то, что есть.

– Огненный Меч, – торжественно сообщил Белозерский, отращивая прямо из ладони сияющий широкий клинок. – В каком-то смысле его можно считать аналогом Красной Плети – только посильнее. Отлично подойдет, когда маны в резерве еще много, и нет желания выписывать пируэты с хлыстом.

На первый взгляд заклинание показалось не слишком эффектным. Да, огненное лезвие ярко сияло, чуть подрагивая, и наверняка обладало немалой разрушительной силой, но для ближнего боя я бы скорее предпочел Разлучинка. Фамильный меч из кресбулата и стали не только обладал собственной магией, но и отлично работал там, где она оказывалась бесполезной. Да и выглядел, пожалуй, покруче, чем полоска ярко-желтого света.

Впрочем, Белозерский тут же нашел, чем меня удивить: взмахнул рукой – неторопливо, с явным усилием, будто клинок из чистой энергии, почему-то обладал немалым весом – и сделал выпад. Огненный меч сверкнул, разом вдруг вырастая на два десятка метров, прошелся среди деревьев, и сразу несколько здоровенных сосен рухнули на снег.

– Это… мощно, – кивнул я, когда грохот укатился эхом куда-то в лес. – Красная Плеть бы им разве что кору попортила.

– Здорово, не правда ли? – Белозерский усмехнулся, развеивая остатки магии в руке. – Попробуйте, друг мой. Уверяю, это заклинание вам вполне по силам.

И я попробовал. Зарница получилась так себе: маны хватало с избытком, но целиться оказалось непросто, и вместо того, чтобы разносить деревья в щепки, огненные вспышки то и дело сверкали в воздухе. Зато с Огненным Мечом вышло, пожалуй, даже лучше, чем у самого учителя: плечи у меня все-таки были покрепче, так что полыхающим клинком орудовал я орудовал без особого труда.

– Замечательно, просто замечательно! – Белозерский радостно потер руки. – Никогда еще не видел, чтобы кто-то осваивал магию третьего ранга так быстро. У вас талант, друг мой!

– Возможно. – Я сжал пальцы, втягивая Огненный Меч обратно в ладонь. – Но… Вы ведь позвали меня сюда не только для этого?

Встретив мой взгляд, Белозерский тут же перестал улыбаться. Но и хмурился недолго: видимо, сообразил, что скрывать свой замысел уже нет никаких причин – да, пожалуй, и не было.

– Верно, – вздохнул он. – Урок вряд ли был лишним, но на самом деле я просто хотел поговорить с глазу на глаз. Пока Платон Николаевич и остальные думают, что я уже на полпути в Москву.

– И к чему же такая секретность, ваша светлость?

– Да брось ты уже этих «светлостей», Игорь.

Белозерский перешел на ты – будто нарочно решил подчеркнуть, что дальше беседа будет не то, что личной, а одной из тех, что следует держать в тайне от всех, включая Горчакова и даже дядю.

– Полагаю, тебе следует знать, что ваше с Ольгердом Святославовичем поселение за Невой изрядно заинтересовало кое-кого – и не только на Пограничье, – продолжил он. – Покровители требуют от Зубовых решительных действий.

– Действий? – Я приподнял бровь. – Значит…

– Значит, на тебя нападут Игорь. Не знаю, когда именно, но уже скоро. Старик не станет ждать, пока ты наберешь дружину в полторы сотни человек. – Белозерский огляделся по сторонам и даже чуть понизил голос, будто нас каким-то образом могли подслушать. – Четыре дня назад в Извару приехали люди из Москвы. Несколько десятков бойцов, среди которых есть Одаренные.

– Несколько десятков… – задумчиво повторил я. – Если добавить к ним личную гвардию Зубова и его сыновей – получится целая армия. Похоже, его сиятельство, наконец, решил подойти к вопросу всерьез.