Чтение онлайн

Но немалая часть браков морских котиков заканчивалась разводами. Хотя, с другой стороны, разве это не происходило везде? Сегодня разводились все — независимо от профессии.

Я сам не понимал, как относиться к этим внезапным видениям «а что, если…», которые преследовали меня с тех пор, как я приехал на ранчо. И особенно к тому факту, что в этих фантазиях рядом со мной всегда была именно Фэллон.

Когда группа развернулась в сторону замка, я снова замкнул процессию. На обратном пути Фэллон останавливалась реже, позволяя гостям самим болтать между собой, изредка отвечая на вопросы, которые ей выкрикивали.

Вид вокруг был потрясающий, но даже на фоне этой красоты сияла она.

Фэллон была ослепительна — расслабленная, уверенная, в старой ковбойской шляпе, надвинутой на затылок, так что виднелись сверкающие янтарные глаза. Ее загорелые руки, сильные и мускулистые, открыты короткими рукавами мятной рубашки, заправленной в потертые джинсы, выгодно подчеркивающие изгибы бедер. Руки в перчатках так легко держали поводья, словно они и не были нужны.

Она принадлежала этому месту — лошади, горам, мерцающим ручьям. Фэллон и Дейзи двигались как единое целое, и было легко представить, что она — кентавр, хранительница древней мудрости.

Но эта мысль тут же привела к другой — к картинке, где Фэллон обнажена по пояс… да что там, полностью. Скакать голышом было бы неудобно, но образ ее с развевающимися волосами, несущейся по полю в цветах… черт, это был материал для самых грешных фантазий.

Резкий треск разорвал воздух.

Несколько гостей вскрикнули. Лошади нервно заржали, звякнули удила. Я едва успел выбросить из головы видения голой Фэллон, прежде чем понял — это был выстрел. Чертова пуля.

Охотники? Теперь на ранчо устраивают охотничьи экскурсии?

Второй выстрел взметнул землю прямо у ног лошадей. Гости закричали, а по моим жилам ледяной лавиной пронесся страх.

Фэллон!

Кто-то стрелял по ней. По нам всем. Мы были на открытом пространстве. Совершенно беззащитны.

Впереди Фэллон развернула Дейзи, но еще один выстрел ударил в землю у ноги лошади.

В груди рванулась паника, но я мгновенно запер ее внутри, позволяя инстинктам и тренировке взять контроль.

— В лес! — приказал я.

Чак первый вышел из ступора, крикнул гостям следовать за ним и понесся галопом к деревьям. Несколько всадников последовали за ним, пригибаясь в седле.

Еще одна пуля взметнула траву между Дейзи и другой лошадью. Женщина на ее спине дернула поводья, лошадь, напуганная собственным страхом и паникой наездницы, сорвалась с места. Женщина соскользнула вбок, повиснув наполовину в седле, наполовину вне его, что только усилило панику животного.

Фэллон даже не замешкалась. Она пришпорила Дейзи и помчалась за ними.

Каждая клетка моего тела вопила — следуй за ней. Вытащи Фэллон из-под огня.

Но правда была в том, что она никогда не будет в безопасности, пока я не остановлю ублюдка, который устроил это.

Я развернул Денди и погнал его к источнику выстрелов.

Линия холмов впереди была утыкана деревьями и валунами — идеальное укрытие для стрелка. Не меньше трехсот метров до него. Значит, стрелял профессионал, тот, кто отлично знает винтовки.

Новый выстрел, новые крики позади и весь мой мир сузился до одной задачи: найти стрелка и остановить его.

Я гнал Денди быстрее, чем мне было комфортно, я редко садился в седло в последние годы, но медлить нельзя. Если не доберусь до стрелка вовремя, он убьет кого-то.

Фэллон.

Черт!

Что я буду делать, если потеряю ее? Я не должен был оставлять ее!

Но я не обернулся.

Я сосредоточился на миссии. На том, чтобы найти стрелка. А когда найду — разнесу его в клочья за то, что он напугал ее. За то, что снова принес в ее глаза темноту и погасил ее свет.

Внизу холма я спрыгнул с лошади, когда очередной выстрел свистнул уже по мне, распугав птиц в кронах. Я бросился вверх по склону, туда, откуда донесся звук.

Шорох заставил меня резко остановиться. Я затаил дыхание, вслушиваясь в то, что не мог увидеть. Лес вдруг стих. Даже пчелы не жужжали.

И вдруг сверху посыпались камешки.

Я рванул вперед, не замедляясь ни на секунду, укрываясь за каждым выступом.

Мелькнула тень — темные волосы. Он исчез за гребнем холма, и я ускорился.

Внезапно рев мотора — многотактного.

Черт! Он уходит!

Мои бедра горели, но я втиснул все силы, карабкаясь вверх. Перемахнул через последний валун и увидел, как красный мотоцикл взрывает гравий и несется по проселочной дороге.

— Твою мать! — крикнул я в оглушающей тишине.

Выдернув телефон, я тут же набрал охрану.

Как только Лэнс ответил, я перебил его:

— Немедленно отправь команду на проселочную дорогу к северо-западной границе участка. Стрелок уходит на красном мотоцикле. Без шлема. Каштановые волосы, коричневая куртка. Номерного знака нет. Двигается в сторону озера, не к Риверс.

— Стрелок? — выдохнул Лэнс.

— Действуй, Лэнс. Живо!

Я сбросил вызов, сцепил пальцы за головой, выровнял дыхание и медленно развернулся, оглядывая окрестности.

Спустился по склону туда, откуда стрелял ублюдок, стараясь не смазать следы. Высматривал любые зацепки, которые могли бы выдать его личность.

Остановился у группы валунов, нависавших над долиной. Если бы я хотел устроить засаду — выбрал бы именно это место. Отсюда открывался идеальный обзор на тропу, ведущую из леса.

Но он не мог знать заранее, что Фэллон поведет экскурсию. Кевин сказал, она заменила кого-то в последний момент.

Значит, кого он ждал?

Я осмотрел землю. Следы — место, где он лежал между камней. Вмятины от приклада и пистолетной рукояти в земле. Следы ботинок. Горстка стреляных гильз.

Не профессионал. Профессионал забрал бы все гильзы и замел любые следы.

Я поднял взгляд на равнину — гости сгрудились кругом, держа лошадей близко, и у меня похолодело внутри. Кто-то лежал на земле в центре этого кольца.

Между копыт я увидел вспышку мятно-зеленого, распростертую среди цветов.

На секунду весь мир застыл. И мое сердце вместе с ним. Боль пронзила каждую вену.

Нет. Черт, нет! Только не она!

Я перемахнул через валун, тяжелые ботинки соскользнули по хвое и камням. Ветки хлестали по лицу, когда я несся вниз по склону, разгоняясь до такой скорости, что едва контролировал себя. Расстояние казалось бесконечным.