ЖАНРЫ

Морозные узоры: Стихотворения и письма
Шрифт:

"Шлемы, щиты, алебарды..."

Шлемы, щиты, алебарды, Острые крестики пик. В струны ударили барды. Весел державный старик. Красные, черные крестики. В утреннем небе светло. Плачет валет о невесте, Облокотись на седло. В окна несется упрямо Рев исступленного рога. Скорбная молится дама, Стынут пажи у порога. Рыцари едут попарно. Вот загремели мосты. Хлынул поток лучезарный На золотые кресты. 1919

"Стою один на башне у окна..."

Стою один на башне у окна. Тысячелетняя разбита рама. Лазоревая стелется волна, Морской туман нежнее фимиама. Над ней волокна мягких облаков Расходятся и тают на просторе. Вот женщина из сказочных краев, Вот юноши в воинственном уборе. Вот белый лебедь шею изогнул И полетел с непобедимым кликом. Зубчатый замок в небе утонул. Опять туман и снова лик за ликом. Вот крадется пятнистый леопард… Прочь, призраки! О, где ты, день вчерашний? И дует мне в лицо холодный март, И страшно одному на ветхой башне. 1919

"Уже с утра я смерть за чашкой чаю..."

Уже с утра я смерть за чашкой чаю, Как гостью постоянную, встречаю. Я с ней беседую за самоваром, Гляжу на блюдечко с душистым паром. Взгрустнется мне – и гостья успокоит, Укажет книгу и тетрадь раскроет. А вечером, лишь чай нальется свежий, Вновь те же думы и беседы те же. <Вот кончилась тревога ожиданья, Я говорю: до завтра, до свиданья.> 1919

"— Я, дедушка, хочу покою..."

— Я, дедушка, хочу покою. — Ну, что ж, сынок: ищи, найдёшь. Ступай дорожкою лесною, А там лугами повернёшь. Бреду по россыпи песчаной, Кругом тяжёлых ёлок строй, За ними светлые поляны, Где птицы тешатся игрой. Бегут олени к водопою. Последний поворот, и вот: Открылась к вечному покою Безбрежная, передо мною Бесстрастная равнина вод. 1919

«ДЕРЖАВНЫЙ ВЗМАХ ДВУГЛАВОГО ОРЛА»

1. ПЕТР ПЕРВЫЙ

Державный взмах двуглавого орла На Запад мчит, и Русь затрепетала. Кто твой отец, родная мать не знала, И родина тебя не приняла. Недаром кровь стрелецкая текла И к праведному небу вопияла; Какой Москва была, какою стала, Куда твоя рука нас привела? Дыша на Русь огнем и смрадной серой, Калеча церковь и глумясь над верой, Как Ноев сын, ты предков осмеял. И перед вихрем адских наваждений Отпрянул богоносец: он узнал Предвестника последних откровений.

2. ЕКАТЕРИНА ПЕРВАЯ

Предвестника последних откровений Взяла земля и выслала туман. Всё та же боль неисцелимых ран, Всё тот же мрачный и бескрылый гений. Упав перед царицей на колени, Безродный князь сугубит свой обман, Насмешливо ударил барабан, И гвардия впервые на арене. Восходит иноземка на престол. Дочь за царевича холоп всесильный прочит, Но брак иной грядущее пророчит. Вновь над Кремлем взвивается орел, Вновь оживает светлый рой видений, Дни благодатные, святые тени.

3. ПЕТР ВТОРОЙ

Дни благодатные, святые тени. Под величавый гул колоколов Блеск византийских девственных орлов Озолотил дворцов кремлевских сени. Царь-отрок встал на красные ступени. Внимая мудро голосу веков, Святой Руси он воротить готов Рай тишины и богомольной лени. С боярами Царь едет на коне И держит кречета, а даль в огне, Зловещий бред томится над Москвою. Встают стрельцов безглавые тела, Сыноубийца-дед с своей сестрою. Бледнеют призраки, чернеет мгла.

4. АННА

Бледнеют призраки, чернеет мгла, В ней ледяного дома тают крыши. Императрица дремлет: тише, тише. Но вот она проснулась и пошла. Калмычка в жбане квасу поднесла, Шуты пищат и возятся, как мыши. Ждет Тредьяковский у оконной ниши, И кабинет-министр раскрыл дела. Перо скрипит, и слышится зевота. Но в дальних залах замелькало что-то, И медный профиль видят зеркала. Густой парик рассыпался кудряво. Да, для того, кому дана держава, Презренна слава и смешна хула.

5. ИВАН ШЕСТОЙ

Презренна слава и смешна хула, Но ты, дитя, что встретил ты на троне? Рубин пылает кровью на короне, Змея с шипеньем скипетр обвила. Неумолима хищная стрела, Не избежать безжалостной погони, Всё яростней храпят и пышут кони, Всё ближе карканье и свист крыла. При зареве полярного сиянья Отец и мать влачат ярмо изгнанья, А твой приют – угрюмый каземат. Под лбом разбитым кроток взор олений, Но вспыхнет кровь твоя, когда набат Пробьет свой час для новых поколений.

6. ЕЛИСАВЕТА

Пробьет свой час для новых поколений, Но как забыть: торжественный рассвет, Треск барабанов и полозьев след, Перед казармой крики коней в пене. Прочь, смертный грех, прочь, память об измене! Нет, не причастна им Елисавет. На смуглых ручках страшных пятен нет, Довольно палачей и преступлений. Балы шумели, Разумовский пел, И распускалась жизнь роскошным летом. Вот Ломоносов с Университетом. А Фридрих кличет смерть на грудах тел, Бросает меч и ждет конца мучений, Вверяясь бегу роковых мгновений.

7. ПЕТР ТРЕТИЙ

Вверяясь бегу роковых мгновений, Голштинский принц быть русским не хотел, В отечество он мыслями летел, В мир фрунтовых побед и поражений. Вот почему искал он вдохновений И так старательно смычком скрипел, Великий совершатель малых дел, Беспечный Марс игрушечных сражений. Доверчивое, слабое дитя, Живя легко и царствуя шутя, Он с церковью затеял спор неравный. И Клио беспристрастная сплела Царю убогому венок бесславный. Родной святыни Русь не предала.
Поделиться с друзьями: