Чтение онлайн

— Подумайте сами, — невозмутимо продолжал Варалица, — зачем нам слепо обвинять бедного писателя, которого я вытащил сегодня утром из постели? Согласен, что связь между его вчерашним прибытием и смертью Огледало вызывает подозрения, но… Его ведь можно использовать всем нам на благо. Думаю, даже Кровник согласится, что найти убийцу — наше первостепенное задание. Так давайте же поставим главного подозреваемого перед дилеммой — расследовать убийство и найти настоящего подонка, поскольку это в первую очередь в его интересах, или же отказаться, тем самым вызвав ещё больше подозрений. Выбор, как по мне, очевиден. Если тебе действительно нечего скрывать, то просто возьмись за это дело, найди настоящего убийцу и очисти своё имя. Да что я вам разжёвываю — как будто никогда сами не читали все эти бульварные романы про крутых копов. Я уж молчу о том, что Кровнику не привыкать копаться в чужих костях. Да, он, может, и не детектив, но всё-таки… Всё-таки какой-никакой опыт ведения расследований у него имеется. В отличие от всех нас, я имею в виду.

— Я согласна, — раздался спокойный голос Масковой откуда-то сзади. Её слова хлестнули меня кнутом по сердцу и заставили вскипеть кровь. — Дамиан единственный, кто ещё не знаком со всеми нами так уж хорошо, ему будет проще проводить допросы и, не знаю, искать улики, или чем там обычно занимаются следователи…

— А ещё это безумно романтично, — вздохнула бледная Бездухова. — Писатель расследует убийство в старом Мотеле на краю свете, играя наперегонки со временем, чтобы отстоять своё доброе имя… Люблю такие истории.

— Ага, — сплюнул Туманов у меня за спиной. — Только если этот гений-детектив не справится, то нас всех ночью перережут. То есть мы так и так скоро сдохнем. Почему всё в этом мире хочет нас убить?

— А меня вы спросить сперва не хотите? — взорвался я. — Я не убивал Огледало. Точка. Хотите верьте, хотите — нет, мне плевать. Скрывать мне нечего, оправдываться я тоже не стану, поскольку невиновен. И уж тем более в гробу я видал какое-то там расследование. Я, блять, писатель, моё дело — творить, а не искать убийц!

— Может когда-то она действительно было так, — сурово заметил Вуйкович. — Но только не теперь, только не в наши времена. Вы хотите убежать от чумы, Дамиан, хотите переложить ответственность на других, хотите, чтобы мир окончательно развалился на куски, ведь тогда вам не придётся ничего решать — можно будет спокойно плыть по течению. Я же призываю вас не бежать, а бороться против напасти. Не вы ли вчера говорили мне, что более не являетесь писателем? Тогда кто вы, хочу я спросить?

— Вопросы здесь задаёт только месье Пуаро, — захохотал Варалица. — Хотя, признаться, вы, Стефан, больше похожи на детектива преклонного возраста.

— Заткнись! — набросился я на Варалице, который в тот момент казался мне причиной всех неприятностей. — Хочешь, чтобы я поиграл в престарелого детектива? Хочешь, чтобы я устроил тут ёбаное следствие со снятием отпечатков и прочей хернёй? Ну так давай устроим, давай! Побуду пляшущим детективом вам всем на потеху. Кто убил Огледало — таков ваш вопрос? Ну так давайте я сразу же проведу первый свой допрос и спрошу это у человека, который с порога сегодня утром заявил мне, что точно знает о смерти Огледало. Говори, Андрэ, где ты был этой ночь, а? Откуда ты знал, что он мёртв?

— Тише-тише, начальник, не горячись так сильно, — хохотал Варалица. — Чего ты так завёлся, новоприобретённый статус черепушку жмёт?

— Отвечайте на его вопросы, Андрэ, — строго приказал Вуйкович. — Вы сами его возвели в эту роль.

— Как скажете! — Варалица примирительно поднял обе руки. — Значит, убивал ли я Огледало? Нет, не убивал…

— Почему я должен тебе верить? — перебил я его.

— Потому что, мой пылкий Пуаро, — захихикал Варалица, — я был всю ночь занят. А откуда я знал, что Огледало мёртв? Как я уже вам сказал — он не явился на завтрак, чего ранее никогда не происходило. Вот я и позволил себе явиться к вам, слегка пошутить, сгоряча ляпнул глупость… Мне ведь всегда скучно, не забывайте об этом. Что плохого в том, чтобы навестить забавного писателя, пошутить про убийство и сходить проведать нашего скромняшу-стесняшу Михаэля? Но за шутку прошу прощения. Шучу, мне не жаль.

— Что ты делал ночью? — спросил я раздражённо.

— Вешал кота, — коротко ответил Варалица.

— Вешал… кота?

— Ага, — Варалица подскочил к окну, поднял жалюзи и открыл всем присутствующим вид на парковку, где на одном из деревьев в петле болталось окоченевшее тельце рыженького кота. — Вешал кота.

Воцарившуюся тишину я прервал тем, что подошёл к Варалице и со всей силы врезал ему по лицу, после чего посмотрел на то, как шутник корчится от боли на полу.

— Да бросьте, — хохотал Варалица, пока я стремительно поднимался по лестнице, намереваясь свалить как можно скорее, — я же просто пошутил, так, немного глупости для настроения…

Вернувшись к себе в номер, я немедленно включил телевизор, пытаясь отвлечься, а затем принялся ходить из угла в угол. Голова гудела, руки дрожали, ярость заставляла дышать огнём. Бросив взгляд на переполненный шумом экран телевизора, я с разочарованием увидел очередную рекламу — на сей раз пёстрые надписи предлагали позвонить немедленно и получить скидку на комплект бритвенных лезвий. Только сейчас мне в голову пришёл очевидный вопрос: откуда здесь вообще сигнал, если добрая половина мира уже мертва?

Раздосадованный тем фактом, что теперь именно мне придётся копаться в этом дерьме, я уселся на кровать, закрыл лицо ладонями и попытался успокоиться. Перед глазами всё ещё раскачивался повешенный Варалице кот. Тогда я закурил и, пуская перед собой клубы едкого дыма, принялся думать. В голове у меня мигом возникла условная доска с фотографиями всех постояльцев Мотеля. Я хотел соглашаться с тем, что Огледало убили, но если Варалице прав… С чем соглашаться я не хотел особенно сильно. В любом случае надо начать хоть с чего-то. Но с чего?

Где-то очень далеко прогремел взрыв — видимо, пламя Апокалипсиса добралось до очередной заправки, баков с топливом или, не знаю, вагонного состава, перевозившего нефть и брошенного на рельсах. Медлить нельзя — я хотел убраться из Мотеля как можно скорее, но теперь очень сомневался, что вообще смогу это сделать, пока толпа внизу считает меня убийцей. К тому же, какая-то часть меня в принципе не желала покидать Мотель. Как я говорил — мне всё ещё было глубоко плевать на конец света. И на Огледало мне тоже было плевать. Но если Варалица прав, то один из этих шестерых действительно мог объявить охоту. Зачем? Или его целью был только Огледало? Нет, это ещё более нелепо — кому вообще могло потребоваться прикончить самого тихого постояльца? Ответ пришёл почти сразу — потому что он лёгкая жертва, которая не вызовет особых подозрений. Вернее, вызовет, но только одно. Отсюда можно перейти к следующей ниточке — почему Огледало решили убить именно сейчас? Они все гостят в Мотеле достаточно давно, так почему нельзя было сделать свои грязные дела раньше? Вывод — убийца прикончил Огледало намеренно, чтобы подставить меня, именно я был его исходной целью. Но почему? У кого-то из них есть на меня счёты? Или же вся эта версия — бред собачий, поскольку убийца на самом деле психопат, убивающий без разбору? И тогда получается, что в его действиях бесполезно искать логику, бесполезно, скажем, пытаться связать самоубийство той влюблённой парочки и Огледало, нет никакого смысла определять паттерн, потому что мы имеем дело с хаосом во плоти. Это не говоря уже о том, что убийц может быть несколько. Однако даже так — как им удалось проникнуть в запертую комнату, тихо убить человека и исчезнуть, оставив лишь странную лужу на полу? Почему тогда нельзя было сразу убрать за собой, не оставив вообще никаких зацепок?

Я вздохнул и потёр лоб. В моей голове было слишком много вопросов, которые давили на мозги. Хуже всего то, что все они, если сделать пару шагов назад, не имели вообще никакого смысла, вызывали лишь равнодушие. Чем, чёрт возьми, я занимаюсь? Ищу себе оправдание, пытаясь обвинить кого-то другого? Для этого мне не хватает знаний и опыта. Я приехал сюда не для этого. Я приехал, чтобы… чтобы…

Ход моих мыслей прервал какой-то звук в углу комнаты. Посмотрев в ту сторону, я увидел, как с потолка капает что-то чёрное, напоминающее ту смесь, в которой якобы растворили тело Огледало. Маленькие капли медленно образовывались на почерневшем потолке, после чего падали на пол: кап-кап-кап. Казалось бы, вид неизвестной субстанции должен был ужаснуть меня, но нет — я спокойно встал и пододвинул мусорное ведро, чтобы не пачкать пол, после чего вернулся на своё место и продолжил распутывать клубок.