Чтение онлайн

Я остаюсь в дверях, совершенно не понимая, что делать.

Вообще.

Катя, похоже, замечательная, но ее задача готовить еду, собирать завтраки на завтра, следить за чистотой и стирать белье. На мне же дети. Развлекать их. Обучать. Помогать с домашней работой.

Я сажусь напротив Уиллы.

— Домашнее задание делаешь?

Ответа не поступает.

Я наклоняюсь и подглядываю через стол. Кажется, английский. Мы сидим в молчании несколько долгих минут. И дело не в том, что она сосредоточена – молчание-то намеренное, а взгляд не отрывается от страниц.

Мне кажется, это поза защиты. Посмотри, мне не нужна няня.

Здорово.

Я наливаю стакан воды, ставлю перед ней и оставляю одну. Направляюсь к кухонному острову, где Сэм с энтузиазмом болтает с Катей, пока та шинкует гору овощей.

Сэм замечает, что я подошла.

— Это Изабель. Она наша новая няня, — громко объявляет он.

Катя улыбается. Ее кудрявые светлые волосы собраны в низкий хвост, а выражение лица максимально вежливое.

— Я знаю, мы уже познакомились.

— О, — говорит Сэм, берет еще дольку яблока и начинает медленно жевать. — Ладно. Я пошел играть.

— Иди. Хочешь взять яблоки с собой?

— Да.

Катя протягивает миску, и Сэм убегает к себе в комнату.

Я выдыхаю.

— Они всегда такие... самостоятельные?

Она пожимает плечами, не отрываясь от разделочной доски.

— Да, в основном. Но это не значит, что им не нужно руководство. У Сэма часто бывают большие проекты, и он легко забывает про задания. Уилле... ну, помощь в учебе почти не нужна. Она и сама отлично справляется.

Я бросаю взгляд на Уиллу, по-прежнему сидящую за столом, склонив голову. Похоже, погружена в работу, но я уверена, что она слышит каждое слово.

— Наверняка оба умницы, — говорю я. — Папа говорил о них только хорошее.

Ручка в руке Уиллы чуть замирает. Ага. Точно слышит.

— А когда он сегодня вернется? — спрашиваю я.

— О, совсем забыла сказать. Вот, — Катя вытирает руки полотенцем и подходит к холодильнику. К нему магнитом прикреплен планшет. — Здесь обновляется его расписание, ассистент все ведет. Посмотрим... Алек будет дома в шесть. Успеет к ужину с детьми.

— Отлично, — говорю я. Значит, у меня еще три часа. — Спасибо, что так тепло меня приняли. Могу представить, как вам и Маку тяжело с такой текучкой нянь...

Вежливое выражение лица Кати становится мягче, искреннее, и она чуть слышно вздыхает.

— Да, было нелегко. Но у меня хорошее предчувствие насчет тебя.

Это заставляет улыбнуться в ответ.

— Спасибо.

Следующие три часа проходят ничем не примечательно. Уилла ясно дает понять – игнорированием – что ей от меня ничего не нужно. Я уважаю это. Возможно, это ее способ оценить новую няню: сначала дистанцироваться, и если все так, я не стану мешать.

С Сэмом проще. Он рад появлению новой слушательницы, и с удовольствием рассказывает про пластмассовые постройки и истории из школы. Я сижу на ковре в его комнате и слушаю. Помогает, когда спрашиваю про школьные задания, и даже достает бумажку с инструкциями из рюкзака. Мягкую бумажку.

Все меняется, когда домой возвращается Алек.

Словно весь дом до этого затаил дыхание и с его приходом выдохнул. Уилла бросает раскраску и бежит в прихожую. Сэм идет медленнее, но не забывает прихватить сконструированный ранее корабль, чтобы показать отцу.

Я задерживаюсь в коридоре чуть позади.

Алек стоит у тумбы, расстегивает запонки и бросает их в небольшую чашу. На фоне детей кажется невероятно высоким.

Они говорят одновременно.

— Папа, смотри, я сделал корабль. Большой.

— У нас была гимнастика, и я стала второй по результатам в классе.

Алек треплет Сэма по волосам и улыбается Уилле.

— Молодец, солнышко.

— Папа!

— Ого, крутой корабль. Похож на тот, что мы видели в гавани пару недель назад? — спрашивает он, стягивая пиджак.

Что-то в этом моменте заставляет глаза заслезиться. Мне не положено видеть Алека Коннована таким. Никому не положено, кроме самого близкого круга. И я точно к нему не отношусь.

Но отвести взгляд не могу.

Суровость, которую я привыкла видеть на его лице, по-прежнему присутствует, но будто притуплена. И я не могу понять, то ли это маска... то ли настоящая его сторона.

Он слушает детей с особой сосредоточенностью и закатывает рукава светло-голубой рубашки. Сантиметр за сантиметром, его сильные руки медленно складывают ткань.

Трудно не представить эти руки... Нет. Я справлюсь с влечением. Ну и что, что он высокий, широкоплечий и чертовски привлекательный? Не имеет значения, что возраст делает его еще более эффектным, или что по спокойной, сосредоточенной силе я уже слишком долго скучаю.

Я танцевала до кровавых мозолей. Немного внутреннего дискомфорта – ничто по сравнению с этим.

Алек оглядывается, будто кого-то ищет. Взгляд останавливается на мне.

Он замирает посреди движения.

— Изабель, — произносит он.

Глаза пристально скользят по мне с ног до головы, и я сдерживаюсь, чтобы не скрестить руки на груди. Может, джинсы и свитер – не совсем подходящая форма для няни в доме Коннованов? Но в брифе ни слова не было про униформу.

— Привет, — говорю я.

Его лицо тут же напрягается.

— Все прошло нормально?

— Да, абсолютно. Без единой заминки.

Алек единожды кивает и снова переводит взгляд на детей. Кивает в сторону обеденного стола.

— Садитесь оба. Катя почти закончила готовить.

Уилла легко отпрыгивает к столу. Ее поведение за те пять минут, что Алек дома, меняется на сто восемьдесят градусов.

— Хорошо.

— Я сейчас подойду, — говорит он и направляется ко мне.

Через его плечо я замечаю, как Уилла бросает в мою сторону ядовитый взгляд.

Он понижает голос.

— Привет.

— Привет, — шепчу в ответ.

— Я поужинаю с детьми, — говорит он. — Вечер у тебя свободный, но я хотел бы с тобой поговорить. Не против подождать?

— Нет, конечно.