Чтение онлайн

Мы были в гостях у одного состоятельного индуса. Его сын недавно женился на девушке из семьи небогатой, но обеспечившей ей высшее образование. Молодая жена была, что называется, неописуемо красивой (на втором курсе стала Мисс университета), и мы с восхищением наблюдали за худенькой «принцессой» с точеными формами.

Когда спустя четыре года мы с Чугуновым снова оказались в этой семье, то не могли узнать среди присутствующих бывшую «принцессу»: она за это время родила двух мальчишек, отъелась и стала фигурой походить на дирижабль. Но, как нам показалось, она своими формами очень гордилась и по-прежнему считала себя неотразимой.

* * *

В Индии ты понимаешь, что Восток не только «дело тонкое», но и что в нем трудно разобраться. Правильнее было бы сказать, что разобраться и понять его невозможно. Поясню:

Приближались суббота и воскресенье - нерабочие дни в Индии. Кхемка еще в четверг спросил меня, как бы мы хотели отдохнуть. Я ответил, что поскольку в своей жизни уже купался в Атлантическом, Тихом и Северном Ледовитом океанах, то для полного комплекта желательно было бы нырнуть в волны Индийского, а кроме того, я никогда не был в Храме любви (читал я о нем в путевых заметках Ильи Эренбурга об Индии, и мне показалось, что там есть что-то интересное).

К вечеру Кхемка вручил нам программу двухдневного отдыха: в субботу летим на южное побережье, ночуем, в воскресенье наутро вылетаем в центр страны, потом два часа езды на машине к храму, осмотр и вечером – возвращаемся в Калькутту. Помощник Кхемки, (по имени Бар… - не выговоришь, поэтому мы его звали Борис) уже вылетел вперед по маршруту (для его «расчистки» и дальнейшего сопровождения). Мы с радостью согласились.

Рано утром в субботу налегке (отдыхающие!) прибыли в аэропорт Калькутты. Объявили посадку. Мои приятели увлеклись разговором и прошли первыми. Меня же при осмотре притормозили: попросили открыть кейс, а там шесть бутылок шотландского виски по 0,7 литра, одна из них – початая.

Это был «паек», выданный Кхемкой нам на двое суток: сам он был вегетарианец, никогда не употреблявший спиртное. Но он твердо знал, что белому человеку для сохранения здоровья в условиях тропического климата нужно регулярно употреблять виски, и поэтому каждое утро у наших дверей выставлялось для каждого по одной бутылке очень приличного напитка. Кхемка убежденно рекомендовал нам каждый день начинать с интенсивного полоскания зубов алкоголем (вместо традиционной чистки), а потом в течение дня постоянно «поддерживать тонус». Причем для медицинских целей годилось только шотландское виски – импортное, стоящее раз в пять дороже местного.

Мы как-то занялись подсчетами и обратили внимание, что бурильщик, обслуживающий наш буровой станок, получает в месяц зарплату, достаточную для оплаты стоимости двух бутылок индийского виски, а шотландского – лишь полбутылки. Вот это, очевидно, и поразило секьюрити: у меня в кейсе находилось целое состояние – годовая зарплата высокооплачиваемого рабочего.

Они пытались что-то спросить у меня, я не понимал и односложно твердил: «Мое лекарство…, мой живот…, мои товарищи…». А в это время товарищи мои, о чем-то возбужденно жестикулируя (на них уже действовала утренняя чистка зубов по «спецметоду Кхемки»), удалялись с толпой пассажиров. Позвали старшего, показали мой багаж, опять началась тарабарщина на смеси хинди с английским. Я уже начал беспокоиться – может, это запрещено? – упекут еще в каталажку!

Видимо, от отчаяния я выпалил: «Хрущев – Неру – Руси – Хинди – Бхай-бхай!». Эффект был, как от «Сим-Сим, открой дверь!». Меня дружно поддержали: «Бхай-бхай!», а старший даже подтолкнул дружески – иди, мол, догоняй.

Я догнал моих коллег, начал их срамить: «Что же вы меня бросили, поросята?». Чугунов сразу определил: «Это тебя хотели «расколоть» на бутылку, а ты пожадничал, перешел на политику. Давай в честь благополучного завершения допьем начатую бутылку…». Так мы и сделали и полетели на побережье Индийского океана.

Борис нас встретил, отвез в экзотический отель, состоявший из группы отдельных домиков, расположенных среди пальм и стоящих на высоких сваях – точно, как у Робинзона Крузо. Жилища наши, продувавшиеся со всех сторон, располагались неподалеку от воды (в сильный шторм, говорят, волны подкатывались даже под сваи), и, как потом оказалось, спать в них под мерный шум океана было одно удовольствие.

Весь день мы провели на берегу. Как ни прятались от солнца, немного обгорели, но было терпимо. Океан - это что-то необъяснимое. Когда находишься на берегу моря, тоже испытываешь чувство чего-то огромного, но имеющего конечные размеры. А когда смотришь на океан, охватывает дрожь от безмерности этой огромнейшей чаши воды, ее величия и неторопливости. Не умею точно выразить, поэтому не буду даже стараться.

Небольшая тонкость. Каждый проживающий в хижине обязан нанять личного спасателя. Для этого ему необходимо выбрать молодого человека в красном тюрбане и белых плавках из ожидающих в рисепшэн, и оплатить его услуги – в переводе на наши деньги 50 копеек в сутки. Спасатель должен находиться всегда рядом с вами на берегу, в воде, у дома. Надо отметить, плавают они отлично: когда плывешь - он впереди, если повернул – он обгонит, и опять его красная шапочка маячит перед глазами.

После очередного заплыва я сидел на прибрежном песке и наблюдал, как ведут себя мелкие бесцветные рачки: когда волна откатывается, они разбегаются в разные стороны, хватают, очевидно, что-то микроскопическое, а затем молниеносно исчезают в мокром песке. От скуки я попробовал поймать одного из них – ничего не вышло!

Тогда за дело взялся мой спасатель: он бросался на прытких рачков несколько раз и наконец торжественно протянул мне свой охотничий трофей – маленького, не более сантиметра, краба. Я опустил его на песок, и тот немедленно в нем исчез.

Я решил чем-то отметить заслугу «охотника» - деньги у меня были только крупные, а в таком деле действует принцип «у попа сдачи не бывает», поэтому я дал ему пачку сигарет «Наша Марка». Такие сигареты, предпочитаемые одно время всей нашей южной «элитой», выпускала ростовская табачная фабрика. Спасатель поблагодарил меня со всей сердечностью и на некоторое время исчез.

Вечером мы зашли в рисепшэн: в самом центре витрины табачного ларька стояла знакомая пачка «Нашей Марки» - раньше ее не было, я помню точно.

Скучать на пляже нам не давали лотошники – они соблюдали определенный этикет и по очереди подходили к нам, предлагая свой товар: бусы, серьги, браслеты, очковые оправы, бижутерию. Причем все изделия были изготовлены из натуральных материалов (золото, камни поделочные и драгоценные, кораллы…). Борис объяснил, что на этот пляж не допускаются недобросовестные торговцы, которые «впаривают» подделки лопоухим покупателям. Стоило все какие-то гроши, и мы имели возможность подобрать отличные сувениры своим домашним и знакомым.

На следующий день мы отправились смотреть Кхаджурахо – место, где находится «Храм любви». Летели на небольшом «боинге», потом долго ехали на автомобиле. Я считал, что Индия - это страна джунглей. На самом деле у нас создалось впечатление, что джунглей, где можно увидеть диких слонов, тигров, обезьян, где обитают Тарзаны или Маугли, в Индии просто нет. (Есть, говорят, некие островки дикого леса, но мы много колесили – и на поезде, и на автомобиле, - и нигде не видели ничего подобного). Не утверждаю, что джунглей там нет, а просто – я не видел.