Чтение онлайн

…В 1990-е гг. нам в дрессировочных буднях попадались разные владельцы собак. Иногда приходилось правильно и определенным образом себя «позиционировать», ну просто для собственной безопасности. Приключений в те годы хватало, о чем подробнее — в главе «Записки дрессировщика», и допускаю, что с позиций сегодняшнего дня они могут выглядеть диковато.

Как-то раз в те времена мне пришлось безо всякой защиты снимать с привязи довольно свирепого «кавказца». Вот его я «задавил» бесконтактным способом, только лишь угрозой. Для этого я взял в руки пустую трехлитровую банку из-под томатного сока, подошел поближе, но так, чтобы пес меня не достал, максимально «раздулся», расправил плечи, наклонил голову и наклонился вперед, изобразив угрозу нависания. Затем поднес банку ко рту и, не обращая внимания на рвущегося с привязи пса, стал в нее… рычать, стараясь издавать звук на самых низких частотах (с точки зрения хищника, чем ниже частота, тем противник мощнее). Банка отлично усиливала мой рык, звучавший (ну, мне так казалось), как рык тигра. Позу я не менял, переставая рычать только для шумного вдоха, что лишь усиливало эффект. Минуты через три «кавказец» замолк, отвернулся, зевнул, через какое-то время робко завилял хвостом и, как говорил Жванецкий, «в общем, ушел от ответа». Короче говоря, я победил. Почему? С одной стороны, я угрожал собаке, максимально ярко обозначая свою мощь. С другой, никак своим поведением не подкреплял ответную угрозу с ее стороны, не реагировал, не дергался, игнорировал, не давал ей вариантов для развития ситуации.

Повторил бы я сейчас подобный подвиг? Конечно нет! Тогда я был в отличной форме, вовсю занимался единоборствами и был уверен, что смогу удержать пса, если он бросится. Такая практика у меня была, при этом надо заметить, что «скоростных» собак типа малинуа в те времена было немного, а кавказские овчарки — мощные, очень злобные, с сильнейшей хваткой, но не «скоростные». Если знаешь их манеру атаковать (а как не знать — в те времена дрессировки были каждый день, и каждый день меня кусали собаки), шанс сразиться успешно весьма высок. К счастью, в той ситуации он не представился, потому что хватило суммации воздействия в виде продолжающейся угрозы в сочетании с игнорированием действий собаки.

Так что загнать собаку в стресс можно и не трогая ее руками. Необходимо уметь считывать ее поведение и прекратить давление (неважно, механическое или угрозу) сразу после того, как собака показала, что она все поняла, — мимикой, положением ушей или корпуса. Отсутствие реакции тренера на такие сигналы приводит к стрессовой для питомца ситуации, а систематический стресс — к дистрессу, разрушительному для организма. К слову, в отличие от кратковременного и порой бодрящего стресса (он-то как раз бывает полезен, но только не в процессе общения собаки с владельцем), дистресс — очень плохая и разрушительная для организма штука.

Само же стрессовое воздействие во время обучения плохо тем, что, как правило, заставляет собаку включить и демонстрировать элементы социальной коммуникации, а не выполнять навык. Говоря человеческим языком, в такой ситуации она просто зажимается и единственной ее целью становится желание продемонстрировать хозяину, что она «хорошая», поэтому «пожалуйста, не надо больше».

Вспоминается бородатый анекдот. На прием к ветеринару приходит человек с собакой.

— Доктор, что делать? Когда я разговариваю с собакой, она писается, а потом ложится на пол и прикрывается лапами.

— Покажите, — просит ветеринар.

— Жучка, СИДЕ-Е-ЕТЬ!!!!

Чтобы не попадать в подобную ситуацию, помните: довести собаку до угнетенного состояния можно, просто задавив ее собственным авторитетом. Природная механика

Но вернемся к механическим воздействиям. Мы же понимаем, что они бывают очень разными. Например, по устному сообщению этолога Софии Баскиной, для лошадей простое касание уже существенное воздействие, заставляющее менять позицию. У собак болевой порог куда как выше, чувствительность, соответственно, ниже. Поэтому весь фокус применения «механики» в том, что она должна быть достаточной и адекватной задаче. Не больше и не меньше. А за ее применением сразу должно следовать положительное подкрепление.

Возникает вопрос, который, увы, редко задают владельцы собак: когда нужно прекращать отрицательное воздействие? Например, ситуация, когда такое воздействие показано: вы пытаетесь отучить щенка кусать ваши пятки. Посмотрите, как ведут себя взрослые собаки с расшалившимся щенком, когда они прекращают «наказывать ребенка». Точно такой же алгоритм должен использовать хозяин собаки. Можно прижать щенка к земле, можно чуть сдавить ему мордочку — собаки в такой ситуации захватывают в пасть голову щенка. Но любое негативное воздействие (механическое или угрозу) следует прекращать сразу после того, как собака подаст сигнал «сдаюсь».

Положение ушей, глаз, губ щенка многое вам скажет. То же самое можно сказать, если вы «поддавливаете» собаку бесконтактным методом, угрожая ей.

Радикальные поборники положительных подкреплений обычно поднимают ужасный шум и клеймят нехорошими словами тех, кто использует механические воздействия на собаку, отрицая такие воздействия вообще. Между тем сейчас от написания этих строк меня отвлекает грозный рык и щелканье зубов нашего фоксика Джульетты. С их помощью она призывает к порядку расшалившегося Гена — недоросля шести месяцев от роду, пытавшегося залезть в сумку. Ген в ответ издает возмущенные рулады, припадает на передние лапы, изгибает тело, выдвигая навстречу опасности попу. Эта поза может означать просьбу и желание прорваться к сумке, но так или иначе невидимой «красной линии» Ген не пересекает. Почему? Да потому, что ему пару раз уже прилетало от грозной «фрекен Бок», как мы иногда называем Джульетту за сходство с известным персонажем сказки Астрид Линдгрен. Для того чтобы поставить щенка на место, взрослые собаки порой используют зубы — если вдруг для кого-то это открытие.

Собаки, воспитывая своих щенков, учат их правильному поведению не только с помощью уговоров и ласки. Порой они применяют силу, и, поскольку животные в норме крайне рациональны, она абсолютно адекватна и соизмерима с задачами воспитания. Другими словами, если суке нужно поставить расшалившегося щенка на место, она прижмет его к полу, а если этого мало — прихватит его, но не будет кусать до крови. То есть разумные механические воздействия на собаку вполне соответствуют ее биологии.

Очевидно, что полицейская собака типа малинуа пользовательского разведения, предков которой лет сто с гаком отбирали на способность терпеть и не замечать боль, в процессе обучения требует иного подхода и иных воздействий, нежели домашние пудель, австралийская овчарка или бернский зенненхунд. Одним достаточно строгого взгляда, к другим требуется применять более жесткие меры.

Поборники «бесконфликтности» и дрессировки исключительно на положительных подкреплениях не должны обманывать себя и других. Принятие позы подчинения, демонстрация стремления избежать конфликта с хозяином означают прежде всего, что у собаки есть определенный, предшествующий ситуации, еще «детский» опыт. Другими словами, есть понимание, что может случиться, если сделать что-то не то или не сделать того, что нужно. Щенка за вольность может наказать сука, что прямо сейчас и делает Джульетта, воспитывая Гена, который в два раза больше ее самой. Щенок запоминает и действия со стороны человека. То же отстранение рукой для крохотного малыша, если он не отличается особо крепким характером (а таких сейчас большинство), уже механическое воздействие. Взять щенка за шиворот в случае хулиганства — тоже. Да что там говорить, разжимание челюстей у кусачего щенка (и такие бывают) тоже механика. Он же не просто так челюсти под воздействием размыкает. Иногда для этого и человек не нужен — мама может поучить, если видит, что хозяин недоволен.

Собака воспитывается и развивает врожденные поведенческие комплексы во взаимодействии с человеком с раннего возраста; те или иные механические воздействия, которые нам кажутся безобидными и которые мы попросту не замечаем, для щенка, а потом и взрослой собаки могут оказаться очень даже существенными.

То, что часто и не очень точно называют сигналами примирения (на самом деле это социальные сигналы, которые проявляются в разных ситуациях), возникает не на пустом месте, а в ответ на что-то, на действия человека, которые требуют от собаки ответной реакции. И если она не имеет предварительного опыта, не понимает и не считывает поведение хозяина, то и адекватных сигналов подавать не будет. Используя принятые термины, скажем так: щенок в процессе индивидуального развития (онтогенеза, как говорят ученые) естественным образом получает отрицательные механические воздействия (пусть даже минимальной силы), благодаря которым (если он не очень силен характером) его дальнейшее обучение может строиться практически без них, а лишь на основе угрозы применения. На контрасте

Я убежден, что в использовании механики нет ничего предосудительного, просто ее количество и качество должны быть разумными, необходимыми и достаточными. У меня есть железное правило дрессировки, которое я когда-то сформулировал для себя и своих учеников: лучше «недо-», чем «пере-». Оно в равной степени касается применения механики и общей нагрузки на собаку в процессе обучения.

Таким образом, наиболее рациональные методы обучения собак, да и всех живых существ, построены на тех же механизмах, с помощью которых сука воспитывает своего щенка. Повторю еще раз: суть скиннеровского классического оперантного метода тренинга заключается в том, что с помощью определенной системы положительных и отрицательных воздействий можно сформировать у любого живого существа искомое поведение. Нужно лишь выбрать правильные подкрепления и давать их вовремя. С некоторой долей допущения этот метод можно именовать привычным нам термином «контрастный».