Чтение онлайн

Мы дарили бейсбольный мяч каракалу, пластиковые бочки и огромные пластиковые плавучие буи-таблетки — бурым и белым медведям, чтобы было что рвать в воде (для большинства медведей такое «деструктивное» поведение — норма). Мы мазали вареньем деревья — чтобы гималайские и бурые медведи лазали по ним в поисках сладкого. Раскладывали по вольеру мясо для красных волков и их же приучали брать его у меня из рук. Прятали мясо в мешок и подвешивали его на дерево для леопардов. Для мангустов поставили нечто вроде «колеса фортуны», вращая которое зверьки могли добывать личинок-зофобасов. Тренировали лис, как собак в мондиоринге, заходу на низкий ящик, а белую медведицу учили спокойно стоять при осмотре уха… В общем, так прошла пара недель съемок, и я уже думал, что удивить меня Лене теперь вряд ли удастся. Но я ошибался.

— Ну, Иван Игоревич, — однажды спросила меня Лена, — вы готовы обогащать тигров?

Мы встретились на крутом подъеме к нашей комнате, в который хранилось съемочное оборудование. Было раннее утро, посетителей в зоопарке еще не было. Лена буквально излучала бодрость, энергию и готовность к творческим свершениям.

— Это наверх тащиться или вниз? — тяжело дыша, спросил я. Привыкнуть к постоянным перемещениям в гору человеку моей комплекции непросто.

— Немного вниз, — улыбнулась Лена.

— Как обогащать-то будем? — Я ожидал услышать что-то про очередной большой пластиковый мяч со спрятанным в специальном отверстии мясом. Это обычная игрушка для пищевого обогащения среды хищным животным в зоопарках. Такой гигантский конг — звери катают мяч и вытаскивают оттуда мясо.

— Будем запахом. — Лена жизнерадостно тряхнула головой.

— Сено в коробку, сверху мятой побрызгаем? — проявил я осведомленность.

После нескольких сезонов съемок и работы с киперами в зоопарках мира я считал себя опытным обогатителем. У кошек потребность нюхать развита не меньше, чем у собак, а возбуждают запахи их даже больше. И предпочитают они почему-то ароматы «с вывертом». К слову, деструктивное поведение домашних кошек тоже можно исправлять, обогащая их жизнь свежими запахами, душистым сеном например. Нюхая что-либо, они задействуют не только обоняние, но и осязание, с помощью усов-вибрисс ощущая предмет. И практика, и научные исследования показывают, что это занятие очень положительно влияет на поведение мурок.

— Нет, будем обогащать запахом в соответствии с их природным охотничьим поведением. Я тут у копытных помета насобирала, будем им мазать деревья! — Лена помахала двумя пластиковыми пакетами с крупными шариками навоза.

— Вы ведь будете со мной мазать или ограничитесь комментарием? — с невинной улыбкой отрезала мне путь к отступлению Лена. Деваться было некуда…

— Конечно, буду с вами, работа у нас такая! — вздохнул я. — Перчатки-то хоть дадите?

— Дам, конечно! — радостно сказала Лена и протянула мне латексные перчатки.

Следующие полтора часа мы ходили от дерева к дереву и густо мазали фекалиями стволы примерно на высоте тигриного роста. Операторы, зажимая носы и давясь от смеха, снимали этот процесс. Как и поведение тигров после того, как мы вышли из вольера. Не скажу, что кошки прямо-таки пришли в восторг от результатов нашей деятельности, но деревья они нюхали, потом довольно долго изучали наши следы, идущие от дерева к дереву. Поднимали головы к стволам, видимо пытаясь понять, как двуногие приматы смогли нагадить пометом копытных, да еще вертикально. В конце концов они оставили попытку решить эту головоломку и на всякий случай просто переметили все деревья. Но процесс увлек их очень надолго — чего мы, собственно, и добивались.

Проницательный читатель, конечно, догадался, к чему все это пахучее нелирическое отступление. Оно к тому, что любое животное в замкнутом пространстве должно иметь возможность чем-то себя занять. И если сформировать новое поведение не выходит (вы же не в состоянии вечно развлекать собаку целый день, оставаться с ней и придумывать новые упражнениями), то необходимо трансформировать старое. Для этого достаточно сделать одобряемым и, следовательно, подкрепляемым приемлемый вариант нежелательного поведения. Тут нам на помощь как раз и приходит опыт зоопарков, внедрением которого в практику собаководства еще в 1990-х начала заниматься Елена Сергеевна Непринцева. Она придумывала различные головоломки, заворачивая в крафтовую бумагу и пряча в картонные коробки кусочки мяса, сыра, игрушки и т.д. Впоследствии появились промышленно изготовленные с учетом потребностей каждого вида специальные игрушки для зоопарковских животных и для домашних питомцев, сделанные по примеру игрушек для обитателей зоопарков. «Правильному» владельцу остается только приучить питомца к играм с ними, а не с домашней мебелью или хозяйскими тапками.

Возвращаясь к разговору о подкреплениях, замечу, что никакие механические воздействия, тем более отсроченные, не в состоянии убрать деструктивное поведение так же эффективно, как этот простой и понятный способ переключения активности. Какое подкрепление лучше?

Для настоящего профессионала это дурацкая постановка вопроса. С положительными подкреплениями все понятно: они применяются в начале обучения любому навыку и в случаях, когда нужно усилить ориентацию собаки на проводника. Например, чтобы усилить связь между питомцем и человеком, можно подкреплять собаку каждый раз, когда она заглянет вам в душу, то есть в глаза, а если делать то же самое, предварительно называя кличку собаки, то впоследствии вы получите возможность эффективно переключать внимание собаки с соседской кошки на вашу персону. Чем подкреплять — не важно. Можно игрой, а можно кормом. Или и тем и другим.

В ряде ситуаций даже с «жесткими» собаками на начальных этапах формирования бывает лучше обойтись без отрицательных воздействий, можно попробовать «обыграть», «обмануть» собаку, переключив ее внимание, — пример такого рода есть в главе «Записки дрессировщика».

Однако и отрицательное (негативное) подкрепление не менее эффективно. Напомню: через формирование навыков формируется «правильное» поведение и «правильная» социальная роль собаки, поэтому, если собака доминантная, случается, что без «механики» никак не обойтись. Также негативные подкрепления просто необходимы с «жесткими» спортивно-служебными собаками на этапе автоматизации навыка. При этом нужно помнить, что после негатива должен следовать позитив — подкрепление требуемого поведения игрой, хваткой или лакомством — в зависимости от того, какой навык или цепочка навыков разучивается.

Два слова о том, как работает отрицательное подкрепление (опять в широком смысле этого термина). Напомню, что подкрепление — это то, что делает поведение более частым. Когда мы используем негативное подкрепление, у животного формируется мотивация избегания. Оно стремится избежать серии неприятных воздействий, и, как только делает это, воздействия, а за ними негативные ощущения прекращаются. То есть как только собака начинает избегать воздействий, демонстрируя желательное поведение, то оно (поведение) становится результативным и, как следствие, более частым.

Если вы подаете команду «сидеть» и энергично давите собаке на круп рукой, она сядет, чтобы избежать давления. В следующий раз, когда вы скомандуете «сидеть» и положите руку ей на круп, собака сядет быстрее. А потом и руку класть будет не нужно. Еще эффективнее серия шлепочков по крупу, когда работает феномен суммации воздействий. В результате избегания таких воздействий сформируется навык.

При этом результативное поведение сопровождается выработкой «гормонов счастья» (в том числе эндорфинов). В данном случае уместна, наверное, аналогия с радостно-возбужденным состоянием, которое возникает у бойца, ловко увернувшегося от очередного удара соперника. Тот, кто занимался единоборствами, поймет.

Такой же всплеск положительных эмоций вы испытываете, когда врач перестает сверлить вам больной зуб. И чем вам больнее, тем сильнее вы стремитесь избежать неприятных ощущений. «Доктор, еще укольчик!» — просите вы, просто потому что сбежать нельзя, а так бы сбежали. Поведение, позволяющее избежать воздействия, согласно классическим воззрениям, усиливается самим воздействием (стимулом).

Но отрицательное подкрепление далеко не всегда боль. В большинстве случаев это просто дискомфорт от воздействий, которого и старается избежать собака. Если же говорить о практике дрессировки, то тренер воздействует на собаку своим поведением, интонацией, мимикой, положением корпуса. Именно поэтому «стерильного» метода положительных подкреплений не бывает. Например, безобидное «нависание» над собой собака может воспринимать как угрозу. И зачастую «угрожающее» поведение человека оказывает на нее сильное негативное воздействие и может даже вызывать стресс. Порой «угроза» действует гораздо сильнее, чем кратковременные болевые ощущения. Ожидание боли страшнее самой боли. На этом когда-то строили обучение трусливых служебных собак защитной службе, вызывая у них оборонительную агрессию. С помощью одной лишь длительной угрозы иногда удавалось подчинить даже довольно сложных, доминантных собак. Но «нервов» им это стоило гораздо больше, чем при использовании, например, старого доброго контрастного метода.