Чтение онлайн

– Булочка, – шепчу я, захватывая зубами мочку ее уха и посасывая с удовольствием. – Хватит спать, давай уже развлекаться.

– М-м-м, – мычит она сладко.

– Не «м-м-м», а «да-а-а», – с хриплым смешком задвигаю я, опуская руку и касаясь ее живота.

Огнева на миг цепенеет, потом потрясенно ахает и открывает глаза. Удивлена? Малышка, то ли еще будет.

– Ты болеешь, – лепечет Булочка, пока я веду рукой ниже и накрываю ладонью ее промежность.

– Давно не чувствовал себя таким здоровым, – возражаю я, касаясь пальцами клитора.

По ее телу пробегает короткий разряд. Булочка судорожно вздыхает и инстинктивно подается навстречу моей ладони. Блин, блин, блин. Может, она и девственница, но реакции у нее все в наличии.

– Строила из себя недотрогу, а сама так течешь, – иронизирую хрипло, целуя ее шею. А потом сразу без прелюдии впечатываю затвердевший член в ее бедро и смотрю в глаза, чтобы у нее не осталось сомнений в том, чем собираюсь с ней заняться.

– Выбьем трехочковый, Булочка? – давлю я.

Молчит, но слова тут лишние. По тому, как она сначала медленно опускает ресницы, пряча от меня выражение своих глаз, а потом их резко открывает, я все и так понимаю. В этот момент она вся моя.

Наконец-то.

Приближаю свое лицо к ее лицу, тычусь лбом в ее лоб, пробую на вкус ее губы. В первый для нее раз мне хочется быть нежным. Я много думал об этом с нашего свидания в рестике и понял, что хочу стать не просто первым, а особенным. Но сейчас, когда процесс запущен, меня так бомбит, что движения выходят рваными и, боюсь, местами грубыми.

– Говори, как тебе нравится, – хриплю я, пытаясь быть джентльменом. – Не бойся. Тормози меня, если будет плохо…

– Мне нравится, – бормочет Огнева сипло, заливаясь румянцем. – Все… Очень… Арсений… Хорошо.

Сука. Ну откуда она такая? Непорочная дева с телом и лицом куртизанки.

– Ты охрененная, – резюмирую я и в каком-то дичайшем порыве набрасываюсь на ее губы. Кусаю, ласкаю, зализываю, едва ли не урча от наслаждения: животное желание выражается в совершенно животных повадках.

– Ты тоже, – отзывается девчонка, когда я даю ей возможность вдохнуть.

Сука, сука, сука.

Пока она жадно хватает ртом воздух, я скольжу влажными губами вниз по ее шее, облизываю выступающие ключицы, спускаюсь к груди и захватываю зубами сосок. Огнева тихо стонет, а я едва не кончаю от этого естественного и одновременно такого порочного звука. Яйца в кучу. Член колом. Тело покрывается испариной. В груди, как в центрифуге, все вертится, а я ведь даже не вошел в нее. Чудеса.

В собственническом жесте кладу ладонь на теплый живот прямо под хрупкими ребрами, ощущая, как от него мелкой рябью идет все Булочкино тело, поглаживаю пальцами нежную кожу, круговыми движениями опускаясь ниже. Огнева хрипит неразборчиво, но по тому, как она цепляется за мои плечи, я подозреваю, что с дерзких губ сейчас срывается что-то для меня в высшей степени лестное. Заставляю Булочку шире развести ноги, а сам устраиваюсь между ними, но прежде чем снять член с предохранителя, пальцем одной руки погружаюсь в нее – горячую и влажную, а другой на ощупь шарю в верхнем ящике тумбочки, пытаясь отыскать презервативы.

На полноценную прелюдию я сейчас просто не способен. Слишком долго ждал. Слишком сильно хочу. И противостоять похоти даже в угоду мнимому джентльменству, которое я примерил в отношениях с Огневой, физически не способен. Поэтому я снова целую ее, горячо и глубоко, потираю пальцами клитор, размазывая щедро выступившую влагу, и приставляю к ее входу упакованный в резинку пульсирующий член. А затем вторгаюсь одним мощным движением, обалдевая от того, какая она узкая, и едва не кончаю здесь же от одной мысли, что лишил ее девственности. Огнева протестующе дергается, потрясенно пищит, упирается ладошками мне в плечи, словно хочет оттолкнуть, но я завоеванных территорий не сдаю.

– Тс-с-с, – шепчу я, глядя в поблескивающие от выступивших слез глаза, и неловко целую ее скулу. – Дальше будет лучше. Обещаю. Просто дай мне… Тори, расслабься.

Она послушно кивает, но мышцы ни хрена не расслабляет – сдавливает мой член, как тисками, не позволяя продвинуться ни на миллиметр. Если так и дальше пойдет, я кончу без единой фрикции просто от того, как крепко она меня держит и как мягко дрожит.

– Тори, – повторяю, едва ворочая языком. – Расслабься, прошу… Расслабишься?

– Да, – скорее читаю по губам, чем слышу.

Снова целую ее. На этот раз максимально нежно и мягко, чтобы отвлечь. Для пробы осторожно двигаюсь, сантиметр за сантиметром погружаясь в нее. И едва не кончаю снова, когда Булочка, всхлипывая, несмело подается бедрами вперед и встречает меня где-то на полпути.

Без шуток и лишней скромности в сексе я многое могу и многое видел, но эта сладкая покорность Огневой – просто финиш. Затмевает похотью разум. Бросает искры желания в глаза. Я хочу ее трахать – глубоко и жестко, но вместо этого с несвойственной мне терпимостью даю ей возможность привыкнуть к новым ощущениям, прочувствовать все грани нашей близости, выдохнуть, потому что, кажется, она по-прежнему задерживает дыхание. Маленькая. Сладкая. Маленькая, сладкая и смелая. И впервые – полностью моя.

– Продолжаем? – говорю хриплым голосом, который сам не узнаю, и думаю о том, что, если она попросит остановиться, я просто умру.

– Да, – отзывается Булочка и сама тянется к моим губам. Прижимается к ним ласково, нежно, трогательно. И несмотря на всю целомудренность действа, очень и очень сексуально. Я точно скоро кончусь. Проникаю в ее рот языком, посасываю ее, ласкающим движением касаюсь нёба.

– Ты охрененная, Булочка, – повторяюсь, знаю, но в голове будто ничего другого и не осталось. Нейронные связи, отвечающие за речь, атрофировались, и есть только это – грубоватый комплимент, который непроизвольно срывается с губ, когда я начинаю медленно и ритмично в ней раскачиваться. И еще, и еще.

Блин.

Как бы мне ни хотелось продлить удовольствие, нашему с Булочкой первому сексу не суждено стать самым длинным эротическим марафоном в моей жизни. Оргазм приближается стремительно и накрывает меня с какой-то оглушающей силой. Внутри что-то взрывается, спираль, которая закручивалась в паху все это время, распрямляется, выстреливая потоком чистой энергии куда-то в мозг, в грудь и прямо в сердце. Я запрокидываю голову, окончательно теряя контроль над происходящим, неумолимо врезаюсь в Огневу, захлебываясь собственными ощущениями. Рычу, хриплю, издаю какие-то животные звуки, пока изливаюсь в презерватив, и такая слабость меня одолевает по итогу. Слабость и сонливость. И полное удовлетворение, аналога которому я даже не припомню, разве что на заре полового созревания, когда я еще дрочил на порно.

Обессиленно скатываюсь с Булочки. Подтягиваю ее к себе, заключая в объятия. Остаток ночи хочу провести здесь же, не выбираясь из постели. Желательно горизонтально, и чтобы Огнева была рядом, а я мог смотреть на ее грудь.

– Эй, ты как? – шепчу через несколько минут абсолютной тишины, вглядываясь в ее лицо с налипшими на лоб тонкими прядями волос.

– Хорошо. Я хорошо.

– Очень больно было?

– Терпимо.

– В следующий раз больно вообще не будет. Только хорошо.

Она изгибает бровь, уголки припухших губ приподнимаются в подобии улыбки.