Чтение онлайн

Не оглядываясь, Вефиделия подняла и заткнула мешающий подол за тонкий поясок. Выпуская связующую её с Вельдом силу, она словно цеплялась за сырые гладкие камни, всего лишь касаясь их, и они удерживали её, не давая поскользнуться на осыпях. Бездна накатывала по пятам, жаля ноги и утяжеляя платье. Небо разверзлось стеновым ливнем, когда до спасительного узкого выступа остался последний рывок.

— По-быстрому устроило ловушку, да всё равно не успело, божество?! — прорычала Вефиделия и нырнула в слепую, неестественно ледяную завесу дождя.

Она больно впечаталась в твёрдую плиту, навечно закрывшую грот с велордом, распласталась по ней, впитывая отеческое тепло, и заговорила, не обращая внимания на проникающий со всех сторон ветер и косые хлёсткие морозные струи:

— Папа, я стараюсь справиться. — Дыхание перехватывало от пробирающего до костей холода. — Завтра верный воин отправится к дяде. Вчера я исполнила твою последнюю волю. Ты, как всегда, оказался прав. — Вефиделия криво усмехнулась, прижимаясь плотнее к контрастно тёплому скальному боку. — Мне достался в супруги не слабый дурак, который тоже уже оценил подарок, коим предстала невеста из Вельда. Ты верил, что наш союз сложится. Я надеюсь, мы с ним найдём справедливый выход, ты будешь отомщён, и наш брак не станет ошибкой.

— Веледи! Веледи! — крики глухо пробились через рёв стихий.

Вефиделия набрала в грудь как можно больше воздуха и громко отозвалась:

— Я на срединном выступе, в безопасности. — Стиснула зубы, отбивающие хаотичную дробь. — Запрещаю вам спускаться за мной и рисковать жизнью!

Оставляя Вефиделию в окружении множества женщин, краснеющих при нём, настороженных или исподтишка оценивающих любопытными и неравнодушными взглядами, Никкорд удовлетворённо полюбовался прорвавшимся возмущением Вефы, прежде чем присоединиться к мужскому отряду. Смущённая девочка после сна и воинственная молодая женщина при расставании. «Жена», — он с усилием подавил растягивающую губы улыбку. Никогда не думал, что будет испытывать подобную гордую радость, женившись.

— Небесноглазая велшба наложила-таки на тебя свои чары, — ухмыльнулся Югорд и ткнул Никкорда в плечо. — Ты блаженно светишься, как мальчишка, впервые увидевший голую девчонку.

Никкорд предупреждающе втянул воздух, но Юг уже сообразил, что сравнение недалеко ушло от действительности, примирительно поднял вверх обе ладони и тут же закашлялся, отводя проницательный взгляд от освежённого пореза на лице друга. Никкорд остановился.

— Ты не угомонишься, пока не узнаешь пикантные подробности? — Он встряхнул волосами и развёл руки в стороны. — Но ты их не получишь. Поэтому излей разом весь запас своей остроумной иронии, и займёмся серьёзным делом.

— Кор, — озорное веселье плескалось в насмешливых глазах, хотя голос Юга звучал наигранно спокойно, — я просто беспокоюсь, что ты понёс ощутимые потери при ночном захвате. Меткие коготки ослепили тебя и лишили оружия. Надеюсь, не всего. — Югорд отскочил в сторону и расхохотался, красноречиво похлопывая себя по ножнам, которые, в отличие от ножен Никкорда, плотно обхватывали стальное наполнение.

Не желая при свидетелях пытаться снова вытащить свой меч, застрявший в расселине между камнями, под издёвки Югорда о поломанных копьях и стёртых в супружеской спальне клинках Никкорд надел кольчугу, сделал мысленную зарубку перенести свои вещи в замок, отыскал среди них короткий меч и проверил остроту ножа.

— Юг, довольно, — осадил он разошедшегося товарища. — Лучше поторопись взобраться на коня, иначе бесконечная река юбок надолго задержит нас на выезде за ворота.

Никкорд вскочил в седло, оглянулся на пшеничную копну волос, молниеносно выхваченную в разноликой толпе, и пришпорил вороного.

Широкие дороги, извилистая каменная полоса побережья, переходы скал в равнинные луга, обрамлённые лесом, перестали отчуждать от себя. Никкорд будто бы сроднился с ними в последние дни и, проехав или увидев единожды, уже помнил и принимал как нечто родное и вызывающее желание сберечь и защитить.

«Твои происки?» — Никкорд привычно потёр грудь, но малышка внутри притихла и не проявляла признаков присутствия. Не она влияла на отношение к Вельду. Чем сильнее Никкорд прикипал к Вефиделии, тем крепче становилась и привязанность к её земле.

Ордовцев продолжали поражать низинные деревушки с домами, прилепившимися за воздух и водоросли к отвесным скалам, и хозяйственными гротами, вырубленными прямо в неприступных природных стенах, с бесконечно обновляемыми настилами-подходами к морю, возвышающимися на дубовых опорах и местами уходящими далеко в воду. В ближайших к Вельдому поселениях жизнь шла своим чередом, но и сюда уже доносились предупреждения от более дальних соседей, призывающих уходить на скалы.

Каждое слово Руфольда подтверждалось. Завидев вооружённый отряд с суши, жители группировались, но, узнавая рыжего парнишку и Альпира, заговаривали первыми и почтительно приветствовали супруга веледи. Со свойственной маленьким детям непосредственностью ребятишки пялились на Никкорда, показывали пальчиками на его глаза и послушно ярко синеющее при его близости море. Выставленные в прошлый раз дополнительные дозорные повторяли слова об общем напряжённом ожидании вестей о Заморье, но сообщали, что ни одной галеры не наблюдалось даже на горизонте.

Миновали все подходящие обеду часы, когда воины достигли богатого знатного дома, между угодьями которого пролегала общая дорога, ведущая дальше на запад. С обеих сторон от неё возвышались глухие высокие ограды. Хозяин встретил отряд из Вельдома радушно, поздравил Никкорда и передал наилучшие пожелания веледи.

— Мы все скорбим по поводу кончины велорда, но ничто так не объединяет, как разделение жизнеутверждающих событий. Мудрое решение, господин, устроить чествование веледи и её супруга по истечении положенного времени печали, — он поблагодарил за приглашение на праздник.

— Веледи всегда помнит о своём народе и ценит его поддержку, — ответил Никкорд поданному Вельда, не подав виду, что удивился планируемому празднеству. Ещё одна зарубка в уме — обсудить с Вефиделией соблюдение траура и выбранного ею самой невычурного свадебного церемониала.

В просторном зале за щедро накрытым столом Никкорд, Югорд и Альпир разделили трапезу с благородным семейством, глава которого уверил, что при малейшей угрозе гонец незамедлительно прибудет в Вельдом. Лошади получили свою порцию овса. Руфольда накормила кухарка, и он вышел поболтать с дворовыми мальчишками.

Небо заволакивало надувшимися облаками. Солнце превратилось в размазанное желтоватое пятно, растеряв лучи в скапливающемся преддверии грозы. День, конечно, близился к завершению, но казалось, что вечер решил пожаловать раньше, приглушить свет и затемнить цвета предшествующего собрата.

— Господин, — Руфольд обратился к Никкорду прямо с порога, едва его пропустили в столовый зал.

— Что случилось? — Никкорд оценил обеспокоенное выражение мальчишеского лица и суетливо дёргающиеся руки.