На развалинах мира
Шрифт:
– Где вы живёте?
– Бен копать землянка, возле берег. Он ловить рыба – мы её жарить на палка. Когда хочешь есть – вкусно! Я усмехнулся – когда хочется, есть – все становиться вкусно!
– Передавай ему привет! Но почему вы обрадовались мне?
– Я есть обязательно сказать Бен о нашей встреча! Мы много слышать о твой поступок, для женщины поселок… Все говорить – твой быть смелый человек и обязательно говорить с синий человек. Но сами жители поселок… их не хотеть говорить!
– Почему?
– Они есть бояться… Синий много и они плохо вести себя с люди поселка. Салли слышать о храбрый Дар и его друг – Сова. Салли давно хотеть познакомиться с вами!
– Погодите.. я, разговаривая с иностранкой, не сводил глаз с торгов и, наконец, дождался… Трое, непохожих ни на кого, мужчин, неторопливо прохаживались по торгу, а заметив меня, не спеша стали подходить поближе. Я напрягся…
– О? Гляди, Чуха – ещё один, как неандерталец, прямо!
– Чего? Какой еще… нен.. дарталец?
Второй, с покрытым оспинами лицом, явно не блистал эрудицией… Тот, кто в упор меня разглядывал, не скрывал иронии:
– Учиться надо было, чухонец! А не по форточкам конфеты тырить!
Тот обиженно засопел, но первый уже согнал улыбку с лица.
– Ты кто будешь?
– Разве в посёлке объявились новые хозяева, чтобы спрашивать имя гостя? – я сознательно нарывался на жёсткий разговор – намерения этих людей следовало проверить быстро, пока их не стало слишком много… Но я уже видел, что не ошибся – это были заключенные. Характерные, прошитые номера на обшлагах курток, угрюмые физиономии, с неестественно землистыми, до бледности, лицами. Наколки на голых руках…
– Ого, какая речуха! Классно толкаешь, прямо, как по писаному!
Третий, рассматривающий меня с отсутствующим выражением на лице, как-то незаметно, стал уходить из поля зрения. Я мгновенно отреагировал, отступив назад на один шаг и вновь заставив их всех остаться перед собой.
– Ша, мальчики… Корешок не прост – уважаем…
– Ты не гоношись, зёма. Что друг другу фитиля ставить? Давай, познакомимся, что ли?
Возле нас образовался некоторый вакуум, было видно, что народ напуган появлением этих людей и не знает, как себя вести. Все ожидали развязки в возникшей ситуации. Салли, завидев, как синие обступили меня со всех сторон, незаметно скрылась за спинами…
– Мое имя – Дар. Кто вы?
Самый общительный весело улыбнулся, показав целый ряд золотых зубов.
– А мы не местные, а мы залётные… А мама нас рожала – три года дрожала! Я ей говорю – постой, а она – карман пустой! Вот и бродим, родимые, никем не судимые!..
Сомнений у меня больше не оставалось – эти пришельцы были из уголовников. Как и откуда они появились – отходило на второй план. Их вызывающее хамское поведение, одинаковый наряд, характерные словечки – всё указывало на принадлежность пришельцев к блатному миру.
К нам приблизился Аптекарь. Он заискивающе посмотрел на молчаливого – я понял, кто тут, на самом деле, за главного.
– Вот, рыбок принесли… Менять будете?
Тот, с неожиданно злым выражением на лице, отпихнул Аптекаря в сторону.
– Какая мена, браток? Что менять-то?
Весёлый старательно изображал добродушие… Аптекарь развел руками:
– Ну как же… Вы ведь сами сказали – рыбку половить!
– Ааа… Насчёт водички, что ли? Так ты не так понял, мужик!
Он пригнул голову мужчины к себе, и что-то сказал ему на ухо. Аптекарь испуганно отшатнулся и сразу подался в сторону.
– Рыбку оставил, земеля!
Весёлый, с хохотом показал висящую у него в руках, связку, Аптекарь растерянно посмотрел на обрезанную веревку в своих ладонях… Народ стал хмуриться – отбирать чужое, было не принято в этой среде, хоть и далекой от прежних норм морали. Святоша, показавшись вдалеке, быстро юркнул прочь, за деревья.
– Верните рыбу.
Они разом посмотрели на меня:
– А то, что?
Вопрос был задан очень серьёзно. Меня проверяли – это было понятно. Вся затея с уловом Аптекаря была подставой. Чужаки хотели выяснить, кто я такой не меньше, чем я – узнать всё о них. Похоже, я слишком принижал способности людей поселка к преувеличению… Они знали меня заочно. Так же, как знала Салли. Но, если желания той были ясны и понятны, то намерения этой троицы пока оставались скрытыми…
– У людей долины никто ничего не отбирает. Можно только менять. Или попросить…
– Ну, так я и прошу! Эй, кореш! Я ведь просил? Просил… Так что, шел бы ты своей дорогой, а мы – своей…
Они слегка напряглись. Я, предупреждая возможный выпад, снова отступил на шаг назад.
– Да что ты дёргаешься, корешок? Стой на месте – мы не кусаемся!
– Отдайте рыбу.
Мой тон не предвещал им ничего хорошего. Круг возле нас сузился еще плотнее. Что бы ни творилось в посёлке, но в минуты, подобные этой, вместе сплачивались все. Оставаться в стороне было нельзя – это понимали даже самые отъявленные трусы…
Весёлый согнал улыбку.
– Ну ладно, пошутили и будя… Возьми, землячок, рыбу. А жаль, – он причмокнул. – Вкусная, видать, рыбка!
И тогда я сделал непростительную глупость. Он так непосредственно протянул мне связку, что я инстинктивно вытянул руку, чтобы её забрать. Удар в бок я не заметил – их молчаливый главарь, все-таки улучил момент и саданул меня кулаком под ребро. У меня померкло в глазах – в кулаке ударившего находился кастет! Не давая мне опомниться, он снова поднял руку, и чей-то неуверенный возглас заставил его на миг задержаться.
– Эй, вы что творите?
Мне хватило этой секунды… Я не стал дожидаться следующего удара и, словно теряя сознание, свалился под ноги Весёлому. А потом, крутанувшись на утоптанной земле, подсёк ноги двоим ближайшим. Они упали в пыль рядом со мной. Остался только тот, кого звали Чухой. Он растеряно заморгал ресницами, я ужом выскользнул из-под тел и, выхватив меч, угрожающе поднял его над головой.
– Эй, приятель… Не шути так! Весёлый попытался было перехватить мою руку. Я резко взмахнул. Он взвыл и отступил назад – ладонь парня была рассечена почти пополам.
– Ты что, мать твою?
Ещё один взмах заставил всех троих попятиться и упасть на колени…
– Кончай, зёма! Пошутили мы, понимать надо!
Из толпы донёсся ропот, со всех сторон на пришлых летели недружелюбные взгляды. Кто-то предлагал хорошенько проучить чужаков… Появился Белоголовый и стал покрикивать что-то, отвлекая внимание собравшихся на себя. Весельчак поднялся и зло посмотрел на меня, он держался за руку, с которой стекала кровь… Я сурово произнес:
– В следующий раз – отсеку вместе с головой. Кто вы и откуда пришли? Отвечайте! Быстро!