На развалинах мира
Шрифт:
– Не могу больше… Ох!..
Я медленно поднялся, весь дрожа и готовый вновь прильнуть к ее телу. Ната сползла с ног Элины, и устало легла на бок. Она опустила голову и жалобно произнесла:
– Он совсем меня замучил… Элина, пожалей меня!
Та поджала затекшие ноги и повернулась к ней:
– Солнышко ты наше! Иди ко мне!
Она обняла Нату и прижалась к ней своим телом. Я, разгорячённый и остающийся неудовлетворённым, положил руку на её талию. Элина повернула голову, прошептав:
– Как ты хочешь?
– Так же. Не поворачивайся. Встань на колени.
Она подчинилась. Бесподобные, манящие и доступные ягодицы девушки приподнялись мне навстречу, и я дал волю своим желаниям, вконец потеряв голову от стремления немедленно взять её этим образом. Я не хотел, не мог быть ласковым и нежным… Желая войти в неё с силой, заставив закричать, и получить от этого желаемое успокоение. Я рывком притянул её к себе, развел мягкие полушария в стороны и приставил покрасневшую головку члена к маленькому, испуганно сжавшемуся отверстию. Элина вскрикнула – я надавил, проникнув внутрь, и сразу, ухватив её за бёдра, со всей силой потянул её на себя, не давая вырваться. Девушка еще раз вскрикнула, застонала, но я уже не останавливался… Ната, во все глаза смотревшая на меня и Элину, испуганно поднесла ладони ко рту. Вначале плотное и сильное сопротивление было жестоко преодолено. Элина опустилась на локти рук и положила голову на постель, предоставив мне большую доступность и облегчая движения члена в своем чреве. Став совсем покорной, она сама развела свои ягодицы, дабы я взял её с наибольшей силой. После этого я взорвался, выплеснув в неё несметное количество спермы. Я отпустил вздрагивающую девушку и встал на колени. Я удержал ее, порывающуюся уйти с постели и приник губами к нежной коже, которую только что сжимал до синяков.
– Элина… прости. Я сам не знаю, что нашло…
– Что ты.. она повернулась ко мне и вымученно улыбнулась.. Всё было… нормально. Ты – мой муж. Я только испугалась… Потом поняла, что ты хочешь. Правда, сегодня мне было, немного больно… Но я стерпела, потому что это был ты. А знаешь, Ната правду говорит – с каждым разом мне даже начинает становиться приятно, когда ты так в меня входишь. Это ведь не впервые… И с каждым разом я чувствую что-то, непохожее, на то, как если бы обычно… но тоже хорошо. Только так, как сегодня, ты не делал никогда. Так грубо…
Она опустила голову и спрятала от меня свои глаза. Я виновато привлек ее к себе и поцеловал. Ната, молча за всем наблюдавшая и лишь широко раскрывшая глаза, когда я почти что насиловал Элину, встала на колени возле нас:
– Я боялась за тебя, девочка… Он никогда таким ещё не был. Дар.. губы её вздрогнули Делай с нами всё что хочешь, только не будь жестоким…
Я обнял одной рукой её, другой Элину и притянул обеих к себе:
– И во мне сидит зверь… Иногда он вырывается на свободу. Но вы всегда можете его остановить. Достаточно сказать хоть слово, и это отрезвит меня.
– Значит, ты ждал, пока Элина сама тебя попросит?
– Да.
– Почему ты молчала? – она обратилась к подруге.
Линка прилегла на бок и положила голову мне на плечо.
– Почему? Не знаю… Разве ты не сделала бы так же? Ната взъерошила ей волосы и легла рядом.
– Что ты солнышко, рыженькая наша… Конечно. А теперь обними меня, а этот грубиян и варвар пусть спит в одиночестве, раз не может совладать со своими животными инстинктами.
– Нет… Мне его жалко. Я не усну так. Так тепло спать, уткнувшись в плечо.
– Слабые мы женщины, а кто-то этим пользуется… Я тоже не усну.
Она потянула меня, и я лёг между девушками, раскрывшими мне навстречу свои объятия.
– Обещай, что так больше не будешь…- Ната шепнула мне на ухо.
Я так же шепотом ответил:
– Постараюсь. Сам не знаю, что на меня нашло… Но ты всегда в силах меня удержать.
Элина вскоре уснула, тихо дыша мне в шею. Я тоже закрыл глаза, проваливаясь в дрему. Ната прикоснулась к мочке губами и тихо произнесла:
– Я все знаю… Это глупо, да. Но, иногда, мне тоже… так хочется… Когда ни будь, я попрошу тебя, чтобы ты меня ударил, швырнул на пол, изнасиловал, как последнюю шлюху, но ты меня не слушай… Потому, что я хочу узнать все тёмные стороны твоей души, хочу стать безвольной и испытать унижение и страх в твоих руках…
– Ната? Что ты, родная? Что с тобой?
Она беззвучно заплакала:
– Я сама не понимаю… Наверное – это из-за сегодняшнего случая. Я уже стала забывать о таких людях. А в лесу, вдруг, пришлось все вспомнить! Мне хорошо с тобой, очень хорошо! Никогда так не было! Я проклинаю тот день, когда стала женщиной! Если бы я знала, что ты где-то есть, что я встречу тебя! Я сама, сама бы пришла к тебе и легла с тобой, сколько бы мне тогда не было лет! Ты понимаешь меня? Сколько бы мне не было! Думаешь, сейчас мне стало легко об этом говорить? После всех тех, кто у меня был… Но это неправда! Я и тогда, в двенадцать лет, уже все понимала! Все-все! И мне не надо было объяснять – откуда берутся дети… Как я завидую Линке! Ты стал для неё первым, и это прошло так, как надо, а не как у меня… А теперь я лежу с тобой и, хочу я того или нет, сравниваю тебя с теми… со всеми, кто покупал меня. Ты не верь, – она сглатывала слезы и торопилась высказаться Не верь, что проститутки ничего не испытывают с клиентами! Большей частью, это так и есть, но мы же не бесчувственные колоды. И, хочешь того или нет, бывали среди клиентов и такие, кто мог довести меня до оргазма. А получалось это только у тех, кто брал меня, не жалея… Силой! Понимаешь? Я их ненавижу! Почему так? Почему? Ты первый! Первый, кто дал мне испытать счастье от любви с нежностью… но я всё время жду, когда ты станешь иным, как сегодня, с Линкой! И хочу этого…
– Ната!
– Нет, нет, не останавливай меня! Ведь ты всё про меня знаешь, всё! Я раскрылась перед тобой полностью, у меня нет ни единой тайны, которую я хотела бы утаить. Я счастлива, Дар! Я очень счастлива! И, веришь ты мне, или нет – я счастлива и тем, что она с нами! Что у тебя не только я! Это, может быть, глупо, но это так. Я люблю её, хоть тебя люблю больше… Но иногда я схожу с ума, когда вижу, что ты уходишь с ней, оставляя меня одну. Не бросай меня, любимый! Никогда не бросай!
Она, не в силах удержаться, с силой прижалась ко мне всем телом…
– Ты возьмёшь меня! Ты возьмёшь меня, так же, как взял сегодня Линку! Не жалея, не спрашивая больно мне или нет! Ты сделаешь это, для меня… Нет, пусть не сегодня – у тебя должны остаться силы на завтрашний день! Но ты сделаешь так, как я тебя прошу, потому что я должна знать, какой ты можешь быть…
– Я не…
– Молчи, прошу тебя, молчи!
– Это получилось случайно, Ната!
– Нет! Не случайно! Я знала, что когда ни будь, в тебе это проснётся. Не прячь глаза – ты ни в чём не виноват! Я знаю, почему так… Ты почти такой же был, когда мы нашли Элину, помнишь? Только ты не мог себе позволить этого со мной, потому что жалел меня и стеснялся её… Не жалей меня больше! Я вся твоя, до малейшей капельки – твоя! И, если испытывать боль, то пусть я получу ее от тебя! Ты думаешь, – она жарко зашептала, неистово перемежая слова поцелуями Я с ума сошла? Я садистка? Нет, Дар… Это не так. Кто, как не я, хочет только ласки, только нежности, после всего, что мне пришлось вынести. Я не хочу, что бы ты, когда ни будь, меня ударил…
– Это невозможно, родная моя…
Она поцеловала мне глаза:
– Сероглазый мой, единственный… Чудо мое и сладость моя! Только ты! А я – просто глупая, малолетняя девчонка, которой судьба играет, как хочет, давая ей иногда случайный шанс. И я его не упущу! Ни за что не упущу! Она вздохнула, немного успокоившись:
– Об одном я жалею и кусаю себе локти… Я не могу забеременеть. Я так хочу иметь ребёнка! Твоего ребёнка, Дар! Я не боюсь нисколечко! Мы сумели бы его вырастить, даже в этих условиях! Но мне не суждено… И я, еще и поэтому согласилась, тогда на то, чтобы Элина осталась с нами. Пусть не я – она станет его матерью! Если нам повезёт, если она понесёт от тебя – у тебя будут самые счастливые жёны во всей долине! Как я хочу этого! Как я завидую ей! Это чистая зависть, мой родной!
– Я люблю тебя, малыш… Я очень тебя люблю, Наточка…
– Обними меня покрепче, милый!
Она сглотнула и снова забилась – нервы девушки не выдержали напряжения, дав выход чувствам слезами. Она уже не могла остановиться – они горячим потоком окропляли мою грудь. Она рыдала, вздрагивая и прижимаясь ко мне, а я, не зная что сказать, лишь целовал ее глаза и кончики пальцев, которые взял в свою ладонь. Тяжело вздохнув, надо мной приподнялась Элина. Она тоже плакала, роняя на меня слёзы. Девушка легла к Нате, обняв её со спины. Мы сцепили свои руки и Ната, маленьким котенком, спрятавшись между наших тел, постепенно успокаивалась и затихала…