Чтение онлайн

На первый взгляд, Дамблдор вроде бы не изменился. Восседал на своём троне в Большом зале и выглядел таким же утомлённым, как и все последние дни. Хотя нет, было в его облике что-то неправильное, цепляющее взгляд.

— Ребята, у него волосы и борода пышнее стали! — первым догадался Тео.

Остальные тут же скосили глаза, пытаясь рассмотреть директора получше и убедиться в правильности вывода.

— И в самом деле, какой-то он стал «объёмный», пушистенький, что ли… — вынес свой вердикт Драко.

— Это что, зелье не подействовало? — в голосе Винса слышалось неприкрытое разочарование.

— То что сварили мы с Гарри, не подействовать просто не могло, — Блейз даже не пытался скрыть злорадство. — А что директор так «распушился», говорит только о том, что нашим «подарком» он всё же воспользовался и теперь скрывает последствия. Ну в самом деле, вы же не ожидали, что он выставит на всеобщее обозрение свою лысину?

— Так это парик что ли? — присвистнул Грег. — И он вот так, во всём этом в Большой зал припёрся?

— А как ему ещё было идти? Или так, или лысым. Он выбрал вариант: «Тупой шпион из хренового фильма»

— Сдёрнем? — глаза Грега азартно блеснули.

Гарри исподтишка рассматривающий директора, отрицательно покачал головой. Старик измотанный неурядицами и проблемами и без того в последнее время пребывал в сомнительном душевном равновесии, теперь же Гарри показалось, что в его, хищно обегающем зал взгляде, мелькнула отчётливая сумасшедшинка.

— Не, я точно не рискну. Во всяком случае в ближайшем будущем. У него же глаза как у маньяка горят. Заавадит и не заметит. Кажется мы довели его до ручки. Пусть Миртл с Шорохом развлекаются как хотят, а нам пока лучше притормозить.

Как раз в этот момент, Дамблдор метнул в их сторону какой-то особо беспокойно-злобный взгляд, и ребята полностью согласились с Гарри, что пора бы поумерить свой пыл и хотя бы на некоторое время переключиться на более безобидные вещи, чем доведение директора до белого каления.

Изменения в директорской внешности заметили многие, но поскольку он буквально через два дня вернулся к привычному образу, то особых сплетен это не вызвало. Всех куда больше интересовали, распускаемые портретами, невероятные слухи о безумном лысом старике, с подвываниями бежавшем голышом по ночным коридорам замка. Ребята, конечно, догадывались, кто бы это мог быть, но благоразумно держали свои догадки при себе. Тем более, что портрет Финеаса Найджелуса по секрету поделился с деканом Роули рассказом о представлении, которое имел счастье наблюдать в директорском кабинете. Роули счёл историю забавной и, опять же по секрету, пересказал сплетню Северусу и Люциусу. Снейп тут же нашёл косвенное подтверждение тому, что история не выдумка, поскольку совсем недавно, он получил анонимный заказ на двойную порцию самого эффективного зелья стимулирующего рост волос. Если допустить, что отращивать собирались не только шевелюру, но ещё и бороду, размер заказа становился понятен.

Вот уже от Снейпа и Малфоя-старшего мальчишки и получили более или менее чёткое представление о том, как развлекался директор, пока сами они общались с Шорохом. Ни Гарри, ни Драко родные неудобных вопросов задавать не стали, но вглядывались в лица своих чад столь внимательно, что ребята поняли — они под подозрением. Поняли и пообещали себе строго придерживаться решения временно перестать играть на расшатанных стариковских нервах. Гадостей они действительно больше не делали, но гром грянул и без их помощи…

Альбус судорожно комкал пальцами дорогой, искрящий магией пергамент, безуспешно стараясь унять порождённую гневом дрожь. Его, величайшего мага современности, вышвырнули из Международной конфедерации волшебников, словно паршивого пса! Не просто сняли с должности президента, не разжаловали до рядового члена конфедерации, а прямо так, махом, взяли и выперли из организации под предлогом, что постоянными скандалами во вверенной ему школе, он их якобы дискредитирует! Четверть века высокомерным выскочкам из МКМ не было никакого дела до того, что происходит в Хогвартсе, а тут они вдруг спохватились. Избавились от него подло, без предупреждения, не дав возможности объясниться и защитить своё доброе имя! Ни принять этого, ни простить Альбус не мог. Да и не хотел.

Анализируя произошедшее, он пришёл к выводу, что списать неприятности исключительно на потерю артефактов невозможно. Да, многое за прошедшие годы удавалось сохранить в секрете, но ведь и до прессы не один скандал докатился. Так с чего вдруг, сейчас-то?! Он точно знал, что странное брожение в МКМ началось сразу после Рождественских праздников, но было оно каким-то вялым, еле ощутимым. Так расходятся от брошенного в воду камня круги: чем дальше от места падения, тем слабее волна. Вот эти едва различимые «волны» и были замечены Альбусом. И он даже своевременно принял кое-какие меры, чтобы переключить внимание с себя на тотальное нарушение африканскими колдунами Статута секретности, а потом… Потом навалились другие заботы. В Хогвартс нагрянули сотрудники Отдела тайн и он выпустил ситуацию из-под контроля. Да, в конфедерации ему тогда выказали недовольство ситуацией, но опять же, как-то вяло, без огонька. Да и не имела МКМ никакого отношения к делам Хогвартса, чтобы всерьёз его проблемами обеспокоиться. Теперь же всех вдруг как прорвало, и те, у кого не было ни причин, ни прав давать какую-либо оценку его работе как директора, влезли туда, куда лезть не должны были.

Неутешительный вывод напрашивался сам собой: кто-то рыл под Альбуса со стороны, мутил воду в конфедерации через друзей и знакомых. Вот только он никак не мог вычислить, кто? Никто, кроме древних родов не имел достаточных связей и влияния, а вся старая аристократия со своей подноготной была известна Альбусу вдоль и поперёк. Если бы те же Малфои, Трэверсы, Бёрки или Гринграссы могли нагадить ему с этой стороны, то воспользовались бы своим шансом гораздо раньше. Но не то, что отравить ему жизнь через МКМ, а хотя бы просто сделать гадость, было не в их силах.

И потом, Мордред его знает, как в этот раз всё сложилось бы, если бы, весьма некстати, не всплыла давешняя история с громившим Хогвартс троллем. Казавшаяся Альбусу тогда очень удачной идея, оправдать своё отсутствие в школе делами МКМ, неожиданно вышла боком. Чистоплюев из конфедерации ужасно возмутило, что их председатель подверг опасности вверенных его заботам детей и свалил свою халатность в том числе и на них, прикрывшись нуждами организации. Кто подсуетился и предложил одновременно с выдворением председателя выпустить и официальный бюллетень, Альбус не знал, но о его лжи неожиданно стало известно всему миру.

На то, что в ближайшее время удастся восстановить свой статус или хотя бы просто утаить своё изгнание, рассчитывать не приходилось. Огласка была неизбежна. Единственным вариантом было как-то смягчить подачу информации в английской прессе, а для этого требовалось отсрочить распространение новости хотя бы на день-другой.

Едва придя к такому выводу, Альбус, не медля ни секунды, бросился писать письма тем из членов МКМ, кто был лоялен к нему лично и имел достаточно веса в организации, чтобы выиграть для него время. Покончив с написанием в максимально короткие сроки, Альбус вручил Фоуксу пять писем, с требованием сегодня же доставить их адресатам любой ценой. Плевать, что адресаты эти рассеяны по всему миру: от Северной Америки до ЮАР, на то феникс и волшебное существо, чтобы совершать невозможное.

Как только от вспышки, в которой исчез феникс, перестало слепить глаза, Альбус принялся за новое послание. В этот раз в услугах Джека Хальфи он нуждался как никогда остро. Жаль, что за уже оказанную услугу, того пришлось освободить от большей части обязательств. Но кто же знал, что статья сулящая столько выгод, в конце концов, обернётся сплошными разочарованиями. Ну ничего, чем прижать Хальфи он и сейчас найдёт, главное вытащить того на встречу.

Привязав письмо к лапке самой быстрой школьной совы, Альбус принялся составлять план собственного спасения, мысленно матерясь, что ему не пришло в голову сначала послать Фоукса к Хальфи, и не ждать теперь ответа, который всё никак не приходил. Отправить с требованием встречи патронус, Альбус не решился. Всё же патронус у него приметный мало ли кому на глаза попадётся, а о том, что его с племянником главного редактора свои особые дела связывают, лишним людям знать незачем.