Чтение онлайн

Если взять структуру распределения населения по производствам разных укладов, например, ЕС в качестве эталона развитой страны, то мы увидим дикий перекос (на рис. 74 приведена иллюстрация к методике сравнения для наглядности). Чтобы избавиться от этого дисбаланса, нужны десятилетия. Кто думает, что всё просто — возьмите структуру специальностей в процентах для развитых стран или хотя бы в СССР конца 80-х гг. и придумайте, как быстро добиться того же с китайцами. Сколько нужно врачей, учителей, инженеров, ученых и т. д. не в абсолютных цифрах, а в применении к гигантскому базовому населению Китая? Сколько нужно людей со средне специальным и высшим образованием вместо полуграмотных крестьян? Сколько времени понадобится, чтобы создать систему и дать нужное образование сотням миллионов? Где взять столько природных ресурсов?

Не нужно объяснять, что для необходимого высокого внутреннего спроса должна быть высокая производительность и высокое разделение труда в стране в целом.

Стратегической уязвимостью Китая последних нескольких столетий является неспособность создавать новые технологии с нуля. Практически все технологии Поднебесной получены/украдены на стороне, а после распакованы и доведены до массового использования. Правда, последнее действительно делается виртуозно, десятки поколений рисовой культуры, когда рис нужно сажать на строго определенное расстояние, ни больше и не меньше, а сам процесс долгий монотонный и доведенный до конвейерного автоматизма.

Переход в шестой технологический уклад в Китае возможен только по проторенной другими дороге, пусть читателей не смущает высокий текущий уровень роботизации. Усилившееся, вплоть до открытой технологической блокады со стороны США, противостояние резко снизило перспективы трансиндустриальной революции. С каждым годом отсутствие доступа к новым наработкам будет всё более заметным, пока Китай еще держится в числе лидеров за счет предыдущих «подарков».

Таким образом, рост экономики Китая шел без оглядки на формирование структурных перекосов. Вместо органичного развития спроса и потребления, с направлением на экспорт дополнительно произведенных объемов, Поднебесная создавала целые отрасли, ориентированные исключительно на внешние рынки.

Внутренний китайский рынок не способен потреблять ни номенклатуру, ни объемы идущей на экспорт продукции, но оплачивать цену, что платят США, будет Европа и другие развитые страны. В реальности экономика Китая не рентабельна на уровне внутренних цен по целому ряду отраслей, затрачивается намного большее количество энергии и трудозатрат на единицу продукции. Более рентабельный экспорт субсидировал поступающую на внутренний рынок продукцию.

В условиях мирового кризиса и распада глобального мира на панрегионы последствия от сокращения объемов выпуска при сохранении предприятий или полном закрытии имеет совершенно разные последствия.

Рассмотрим, что привело к таким диспропорциям.

26.2. Стратегические ошибки Китая

Текущую элиту Китая можно условно разделить на три группы[69]: армейцы-националисты (представитель и ставленник Си Цзиньпин, Председатель КНР 2013 г. — н. в.), комсомольцы-либералы (Ху Цзиньтао, Председатель КНР 2003-2013 гг.) и шанхайцы-финансисты (Цзян Цзэминь, Председатель КНР 19932003 гг.).

В отличие от российских либералов-компрадоров все три группы можно смело отнести к национальной элите, правда, каждая из них по-своему видит путь обретения величия Китая и имеет свой образ будущего.

Под непосредственным руководством комсомольцев (контроль реального сектора) и шанхайцев (контроль финансового сектора, транспорта и коммуникаций) Китай сделал две стратегические ошибки, которые дали ему выигрыш в кратко- и среднесрочной перспективе, но обернулись большими проблемами в долгосрочной. Сейчас Поднебесная на перепутье, сделать для комплекта третью ошибку или нет:

1. Поверили США и построили экономику, опирающуюся исключительно на внешние рынки — забыли Великого кормчего Мао Цзэдуна.

2. Поверили либеральным экономистам в 2008 г., что кризис имеет циклическую природу, и вместо экстренной перестройки экономики начали создавать дополнительные производственные мощности и повышать внутренний спрос инфраструктурными проектами индустриальной эпохи — работы Розы Люксембург остались не у дел.

3. Осталось лишь поверить Фининтерну, Британии и условным «Ротшильдам» и попытаться перехватить лидерство в праволиберальном глобальном проекте у США, полностью отринув труды В. И. Ленина и К. Маркса.

В тот момент, когда в условиях надвигающегося кризиса необходима сильная концентрация ресурсов и усиление роли государства в экономике, речь идет про «углубление реформ» и масштабную приватизацию госмонополий, что проходят под лозунгом ликвидации нерентабельных предприятий и отраслей, и всё больше напоминает логику и риторику конца 1980-х гг. в СССР.

Про погоню за быстрым ростом и игнорирование внутренних проблем в течение десятилетий сказано много. Складывается впечатление, что государство просто боялось социальных бунтов и волнений — все на сохранение роста экономики.

Бытует миф о великой пользе государственных инвестиций в инфраструктуру, только во всем надо знать меру и инвестиции нужно направлять в отрасли с максимальным мультипликатором. И если в Америке 30-х гг., это была инфраструктура для перехода в четвертый технологический уклад, то на входе в шестой уклад вливать дикие средства в инфраструктуру для четвертого уклада не то что не оптимально, а просто глупо. Да и скоростные пассажирские поезда — это не научная, а чисто прикладная инженерная задача.

Таким образом, ориентирующиеся на экспорт продукции комсомольцы-либералы и планирующие превратить юань в мировую резервную валюту шанхайцы довели Китай до отказа от коммунистических принципов в экономике.

Назвать экономику Поднебесной социалистической можно с очень большой натяжкой, так как последняя всё более и более теряет даже видимость следования принципам марксизма.

26.3. Последствия ошибок

Последние 12 лет с кризиса 2008 г. на самом верхнем уровне Китай регулярно декларирует меры по стимулированию внутреннего спроса, двойной циркуляции/оборота и т. д., вот только в реальности это сводилось практически исключительно к эмиссионной накачке/кредитованию корпоративного сектора и конечного потребления без структурных реформ. В итоге на 1% роста ВВП приходилось около 3% роста общего долга, дойдя до 303% к ВВП в начале 2019 г., т. е. еще до начала карантинных мероприятий и кризиса 2020 г.

Если бы не необходимость перезагрузки всей социально-экономической внутренней среды США, то трансиндустриальная революция, переход в шестой технологический уклад (замещение и роботизация производства развивающихся стран) наступил бы не в 2030-2035 гг., а в ближайшие несколько лет и полностью уничтожил экономику Китая. Но внутренний кризис в Штатах дает Поднебесной и миру шанс не очень отстать, а при неблагоприятном для США сценарии и обогнать гегемона последних десятилетий.

Экономика Китая построена на положительном сальдо внешнеторгового баланса, диких государственных инвестициях и выводе/стерилизации избыточной долларовой денежной массы из экономики. Каков масштаб проблемы?